Путь домой.

Глава 4.

Огонь ярко полыхал, съедая потрескавшиеся сухие ветки. Я смотрела на жарящегося кролика и чувствовала подступающий ком к горлу. Мне совсем не хотелось его есть. Но кроме «не хочу», есть ведь еще слово «надо». Я обязана была его съесть, ведь за тем я его и убила.

«Убила…»

Какое жуткое слово. Я зажмурила глаза, чтобы не видеть больше ни кролика, ни капель крови на штанах. Но даже так перед глазами, то и дело мелькали воспоминания, как я его убиваю. А ведь вначале был просто азарт.

Поняв, что ловушки для птиц не выйдет: не было ни веревки, ни еды чем бы их приманить, ни, собственно, коробки, которой накрыло бы птицу, дерни я в нужный момент за веревку. Я решила вырыть небольшую яму и спрятать ее под свежими листьями. Копать пришлось руками. Выкопав небольшую ямку, я попыталась показать своему спутнику, что делать.

«А как показать?» – пришел разумный вопрос. Он ведь как в тех фильмах про бандитов, мог подумать, что это его могила. Я подошла к нему и, взяв его за руку, наклонила к земле и чуть капнула. Потом показала на вырытую мною яму и на него. Он ничего не сказал, а просто принялся рыть такую же яму. Пока он рыл, я принялась набрасывать на яму ветки. Старалась искать самые тонкие и не класть их много, ровно столько, чтобы удерживали поверх листву. Когда я закончила укрывать ловушку листьями, спутник уже укладывал поверх ветки. Он все это время внимательно за мной наблюдал, поэтому знал, что делать. Как только обе ловушки были сделаны, мы ушли обратно к водопаду, чтобы помыть руки. Земля плохо отмывалась и я мечтала о том, чтобы сейчас у меня было мыло. Увы, в сумочке его не было, а чтобы его сделать… Моя подруга в свое время занималась изготовлением мыла на дому и я один раз принимала в этом участие. Там было столько всего… Можно попытаться сделать, что-то похожее, но вдруг я завтра уже окажусь дома? Как бы мне ни хотелось домой, я понимала, что попаду туда только в том случае, если пойму, как оказалась здесь. А как, я и сама не знала. Нет, мне иногда хотелось вернутся в тот лес и продолжить поиски портала, но… А вдруг тот портал уже исчез и на меня там снова нападут волки. Возвращаться обратно не было никакого желания, да и я не была к этому готова. Остается только попытаться создать самой себе хорошие условия пока я здесь и при этом не попасть ник кому в руки.

Отмыв грязь, насколько это было возможно без мыла, мы вернулись к ловушкам. Спрятавшись за одним из цветущих кустов, мы стали ждать, когда кто-нибудь в них попадется. Я не обладала терпением, как и вся наша семья. Минут тридцать, это максимум, сколько я могла ждать. Потом меня потянуло кусать ногти, но они были такими грязными. Я не рискнула. Вместо этого я попыталась отвлечься мыслями о еде. Больше всего на свете мне хотелось сейчас маминого куриного бульона с корочкой свежего хлеба. Я даже представила, как сижу и ем его.

«Одна ложечка… Вторая ложечка… Хлебушек. Одна ложечка…»

Я сглотнула слюну. Пожалуй, думать о еде было не лучшей идеей. И посмотрела, что делает спасенный, он тихо сидел и не шевелился, как будто знал, что нельзя.

Тогда я высунула голову из кустов, чтобы посмотреть, не попался ли там кто. Возле ловушек появился заяц.

Прыг…

Его лапы приземлились недалеко от первой ловушки.

«Ну же…Еще один прыжок…»

Я внимательно за ним следила, но он не спешил, словно чувствовал, что там впереди его поджидает угроза.

«Всего одни прыжок… Давай…Ты можешь».

Я мысленно пробовала заставить зайца двигаться, но они лишь слабо шевелил своим заячьим носиком и не спешил. Я нервно прикусила губу, готова была сейчас закричать на него в голос. Но спугнуть будущий ужин совершенно не хотелось. Только и оставалось что ждать, да мысленно попытаться дозваться зайца.

Прошла минута… Вторая… Я не знала точно, сколько времени прошло, но заяц, наконец, сделал еще один прыжок и попал в ловушку. Я тут же вылезла из-за куста, и пока бежала до зайца, он выпрыгнул из первой ловушки и успел прыгнуть во вторую. В последнюю секунду мне удалось его схватить за уши. Прямо сейчас в моих руках был будущий ужин, но было одно «но». Он был живой, и кому-то нужно было убить его.

Заяц дергался в моих руках, словно чувствовал, что сейчас умрет. А я… Я была готова разжать руку и даже помахать ему ладошкой и сказать: «Беги, глупый заяц, беги».

Из-за кустов вышел мой спутник. Я посмотрела на него, при этом отметив для себя, какое худое у него тело. Он ведь тоже, как и я, не ел. Нельзя было отпускать ужин. Я кое-как расстегнула сумочку и достала оттуда складной нож. Заяц попытался прыгнуть, выгнув свои задние длинные ноги.

«Прости меня, заяц…»

Я вытянула его задние ноги и зажала ногой.

«Только бы не заплакать», - подумала я и занесла нож над зайцем.

Удар! Еще один!

Лишь в третий раз я попала ему в сердце. Он перестал шевелиться, а я смогла, наконец, выпустить его из своих рук. Не знаю, как ясдержалась и не расплакалась. Возможно, мне слишком хотелось смыть с себя кровь, которая попала на меня, когда я убивала зайца. Я встала и на ватных ногах пошла к воде, выпустив по пути из рук нож – орудие своего преступления.

Я терла и терла руки. Терла лицо. Попыталась смыть со штанов кровь. С кожи кровь смылась, а вот со штанов…

«Это был всего лишь заяц… заяц, а не человек».

Я попыталась себя успокоить. Меня начинало трясти.

«Это еда… Всего лишь еда».

Я представила запеченного зайца, но перед глазами встал его испуганный взгляд, когда я занесла над ним нож. Я хлопнула себя пару раз по щекам, было больно, но этого хватило. Боль немного отрезвила затуманенный разум.

«Это всего лишь животное… Еда, не больше», - я кивнула этой мысли и, умывшись в последний раз, пошла к зайцу. По пути я старалась ни о чем не думать, даже о том, что с него нужно еще снять шкуру. Ведь если его так жарить, то шерсть начнет гореть.

Вернувшись на место преступления, я обнаружила, что с кролика давно уже снята шкура. Да и сам кролик практически уже готов для жарки. Я бросила удивленный взгляд на спасенного, который как ни в чем не бывало, потрошил кролика, как будто он делал это каждый день. Я не стала смотреть, как он ловко отрезает кролику голову моим ножом, вместо этого отправилась собирать сухие ветки.