Путь к истинной (книга 1)

Глава 39

Ринна спустилась в приемную. Ей нужно было сообщить, что она заменила кристаллы и несколько изменила иллюзию, в связи с этим – скорректировать жеребьевку по командам на следующий день соревнований. Дверь в кабинет ректора была открыта. Магистр замерла на пороге. Нил сидел за столом; он закрыл глаза, блаженно закинул голову назад и наслаждался. Сзади стояла ведьма, глава Школы ведьмовства; полуобняв Дарберга, она что-то нашептывала ему на ухо и водила пальцем от виска до шеи. Ринна встретилась с ней взглядом; та нахально улыбнулась. Дальше магистр Блейнвир смотреть не стала. Она молниеносно покинула приемную, быстрым шагом направилась в комнату, стараясь задушить в себе подступающие слезы. «Только не реви, Ринна, не сейчас. Успокойся. Ректор никогда тебе ничего не обещал, более того, скорее презирал тебя после ночи прорыва шихты». Слезы навернулись на глаза; она еле сдерживалась, когда очень неудачно столкнулась в коридоре с Холтом и адепткой с его факультета.

– Доброго вечера, – поздоровалась она, не сбавляя шага.
– Ринна? – неслось ей вслед. – С тобой все в порядке?

Но она поспешила в свою комнату. Не успела закрыть дверь, как на пороге оказался Холт. Он мягко закрыл за собой дверь.
– Что произошло?
– Ничего, ничего не произошло, – но слезы предательски полились из глаз. Холт обнял Ринну и прижал к себе. Возможно, сказывалось напряжение дня, но она уже не могла остановиться. Холт больше ничего не спрашивал, только обнимал и гладил по голове, как когда-то в детстве делал ее папа. Выплакавшись, она так и стояла, уткнувшись носом в грудь друга, больше ничего не хотела.
– Не отпускай меня, – шепнула она.
– Хорошо, – улыбнулся Холт и прижал ее сильнее.
– Хочешь, я накажу того мерзавца, который посмел тебя обидеть? – прошептал он.
Ринна засмеялась:
– Тяжело же тебе придется.
– Для тебя я постараюсь, – хмыкнул Холт и щелкнул ее по носу.

– Мара, ты изучила уже все части меня, от твоего пальца мне щекотно. Ты можешь сказать, у меня действительно есть истинная или другая ведьма ошиблась?
Мара задумчиво смотрела на Нила.
– Поразительно, но ты так похож на своего прадеда. Только полностью темный.
– К сожалению, боюсь, я на него похож намного больше, чем ты можешь подумать, – мрачно произнес Дарберг.
– Вот как? – улыбнулась Мара.
– Ты ответишь на мой вопрос?
– Да, истинная у тебя есть, – ответила Мара.

Нил напряженно смотрел на ведьму, которую когда-то его прадед спас от гонений. С тех пор Мара всегда негласно помогала Дарбергам.
– Скажу больше. Она рядом, и она тебя любит.
– Ты можешь сказать, кто она?
– Нет, но я вижу, что она страдает. Ты причиняешь ей боль.
Нил раздосадованно выдохнул.
– Ты не возражаешь, если я отлучусь ненадолго?
– Не возражаю, – улыбнулась ведьма.

Нил вышел из кабинета и слился с тенью. Накрыв часть академии, его дракон скользил от одной комнаты к другой. В основном адепты праздновали победу Макса и Вика или готовились к следующему дню турнира. Особо страдающих среди них не было. Магистр Майора была чем-то раздосадована; она читала очередной любовный роман. С большими опасениями Нил приблизился к комнате магистра Фионы. Но нет. Женщина была в приподнятом настроении. На столе лежал какой-то мешок, а сама Фиона улыбалась себе в зеркало. Далее Дарберг приблизился к знакомой комнате третьекурсниц.

Здесь страдали все. Мия плакала сама и утешала подругу:
– Лил, милая, я же говорила тебе: не связывайся. Он рано или поздно предаст.
– У-у-у! – выла подруга, обливаясь слезами. – Я для него пустое место, он оставил меня там одну.
– Ты так говоришь, как будто он оставил тебя одну с дюжиной умертвий, – злобно сказала Викки. – Вот Виктор вообще не стесняется при мне флиртовать со всеми этими… – она невнятно провела в воздухе рукой и тоже разревелась.

Все трое поплакали и пришли к популярному женскому мнению, что все мужики – козлы.

Озадаченный Нил двинулся дальше. Комнату магистра Блейнвир он посетил последней. Увиденное неприятным осадком засело в душе. Ринна стояла в крепких объятиях Холта. Он шептал ей на ухо что-то, она смеялась. «Для тебя я постараюсь», – уловил слух. На этом Нил поспешил покинуть комнату. Видеть продолжение «диалога» ему не хотелось. Задумчивый, он вернулся в кабинет.
– Проверил?
– Проверил.
– Нашел?
– Нет.
– Скажи, Нил, зачем тебе истинная? Ты, в отличие от других драконов, можешь позволить себе влюбиться и жить счастливо.
Дракон дернулся от этих слов.
– Нет, Мара. Я не могу позволить себе влюбиться. Когда влюбился мой прадед, он сделал глубоко несчастными себя, двух своих женщин и весь наш род впоследствии. Не хочу повторить его судьбу, а хочу найти свою истинную пару и ничего более.
– А может, ты уже влюбился, мой мальчик?
– Нет, я не влюбился.
– Тогда кто она?
– Ты о ком?
– О той, кто сейчас занимает твои мысли.
– Я не люблю ее.
– И все же?
– Ведьма, как и ты.
– Как и Аарана, – выгнула бровь Мара.
– Мара, ну какая Аарана? Я – единственный в империи абсолютный темный дракон-маг, на меня с детства косо смотрят, потому что любая потеря контроля может убить ближнего; я проклят и не могу найти истинную, которая из-за меня страдает; у меня полудракон, который не может обратиться полностью и никогда не сможет; у меня целый ворох неприятностей на работе и магическая пыль, бесконтрольно разгуливающая по империи. Мне сейчас прямо не хватает еще одной ведьмы для полного комплекта, – закончил перечислять Нил и отвернулся.

Мара все еще внимательно смотрела на него и думала: «Да, мой мальчик, все так и есть. И истинную свою ты должен найти сам, и выбор сделать, как было много лет назад, и много еще испытаний выпадет на твою голову. Одолеешь ли ты их? Одной Многоликой известно…».
– Угостишь бокалом огненного?
– С удовольствием, – Нил достал из портального кармана бутылку любимого вина драконов.
– У меня к тебе еще одна просьба.
– Да?
– Я хочу, чтобы ты съездила со мной в Ритгу, посмотрела, есть ли там защита и какая.
– Фу! Не люблю вампиров, – сморщилась Мара.
– Мне нужно, чтобы ты оценила неклассическую магию.
– Хорошо, но только ради тебя. А твоя ведьма, она такая глазастенькая?
– Она не моя.
– Хорошо, НЕ твоя ведьма глазастенькая?
– Мара, оставь это!