Путь к сердцу мужчины

Глава четвертая

Денек был погожим… Нет, правда, замечательный день!

Я полулежала на заднем сиденье джипа Гоши и млела от ярких солнечных лучей, которые бликами скользили по лицу, заставляя счастливо жмуриться.

Однако, Георгий, то и дело бросая на меня беспокойные взгляды, все сильнее жал на газ. Интересно, почему?

Может, из-за моих страдальческих хныков, которые прямо-таки голосили о том, какая я несчастная. Не настолько, чтобы в больницу ехать, но несчастная же!

Между прочим, в наше время, мужчины совершенно не способны на поступки. Вот скажите, нельзя было по хорошему пригласить меня на ужин, с последующим завтраком (год воздержания и такой прекрасный генофонд дают о себе знать), и тогда, возможно, я бы разочаровалась за считанные секунды в Гоше. Не зря же существует теория, что чем крупнее мужчина, тем меньше у него…это самое!

Достоинством сей агрегат я назвать никак не могла. Ну, какое это, к черту, достоинство?! Достоинство у него может быть и большое, огромное просто, а вот ЭТО САМОЕ…

Понимая, что понесло меня не туда и я уже минуты три не строю из себя пострадавшую, прикрыла глаза, скривив лицо, как и полагается жертве ДТП.
Пока изображала вселенские страдания, авто остановилось возле родной кондитерской, после чего водитель, взглянув на вывеску громко хмыкнул:

- «Плюшки от Валюшки»? – и столько иронии в голосе, что мне моментально захотелось придушить Лизавету. Ну, сестрица! Ну, удружила! – Так вы, случайно, не эта самая Валюшка?

- Валентина, - буркнула я, про себя возмущаясь такой догадливости. – Но у вас, видимо, ужасная память.

- Пока никто не жаловался,- хмыкнул он, развернувшись ко мне корпусом. – Я вижу, вам лучше…

- Гораздо, - попыталась изобразить улыбку, но тут же скривилась.

Мол, лучше то, конечно, но столкновение с машиной даром не проходит: спина болит, хвост отваливается. – У вас входит в привычку меня спасать.

- Неужели? – Гоша вопросительно изогнул бровь, вперив в меня взгляд своих карих глаз. – Не припоминаю.

- Банк. Ограбление, - попыталась я восстановить его воспоминания. – Я вас еще на ужин пригласила, но вы сослались на срочные дела. Так, может, хоть сегодня накормите бедную девушку, которую сбили…

По-моему, зря я ему про себя напомнила. Вон как глаза округлилась и румянец резко спал.

Эх, Валя-Валя! Такими темпами, от тебя скоро все мужчины убегать будут. Все, кроме …

Стук в окно заставил вздрогнуть и подпрыгнуть от неожиданности. Я уже готова была высказать все, что думаю, о прервавшем нас смертнике, но повернув голову, лишь застонала. Вот только его мне сейчас не хватало, для полного счастья!

- Валентина! – заголосил Петенька, барабаня маленьким кулачком в окно. Я же, в который раз, удивилась, что вообще нашла в этом мужчине?!

Мужские руки всегда были моей особой слабостью. Широкие ладони с грубоватой, чуть шершавой кожей, которая при прикосновении, заставляет табун мурашек, пройтись по твоему позвоночнику.

Пальцы длинные, ровные и, самое главное,- вены. Слегка выпирающие, но от этого еще более привлекательные и сексуальные.

Я не могла объяснить, как вены могут быть сексуальными, да и описывать я хорошо не умела, но точно знала: Петькины худощавые, влажные ладошки, совершенно не подходили для почетного звания самого желанного места в мужской анатомии.

- Валентина, сейчас же открой окно, - краснел за стеклом Петя от праведного гнева, оглашая своими воплями всю улицу.

- Откроете? – усмехнулся Гоша.

- Придется, - тяжело вздохнула и нажала кнопочку автоматического стеклоподъемника. – Что, Петь, на этот раз?

- Валентина, немедленно выходи из машины! – Зубило даже ножкой притопнул, выражая, тем самым, насколько он зол. – Нам нужно поговорить!

- Опять? Петь, ну сколько можно то? Не выйду я за тебя замуж! У меня вот, - я махнула в сторону Георгия рукой и добавила: - Жених есть.

Жених, судя по бульканью, был весьма «рад» оказанной чести и хотел было возмутиться, но я ойкнула, потирая ушибленную, от удара об асфальт, спину. Вот вроде и не болела, а тут так резко…. А, главное, неожиданно!
- Жених? – только сейчас Петенька соизволил посмотреть на водителя автомобиля и, выпятив цыплячью грудь, снова стукнул ножкой. – Пусть выходит и дерется со мной как мужчина! Ни я, ни мама, просто так тебя не отдадим.

Гоша посмотрел сначала на меня, потом на Петеньку, после чего, почесав задумчиво затылок, скептически произнес:

- Зашибу же.

- Петь, иди уже, а? Никто с тобой кулаками махать не будет. Георгий-воспитанный молодой человек и предпочитает решать конфликт словами, - тут же память подкинула картинку, как бойцы СОБРа впечатывали ботинок в лицо грабителя, но Пете этого знать явно не стоило.

- Я еще вернусь! – выпалил свою любимую фразу Зубило. – С мамой!

Смотрела я вслед гордой прямой спине Петеньки и вздыхала.

Ведь, правда, вернется и маму захватит. А мама Петеньки была страшнее всех проверок Роспотребнадзора и СЭС!