Путь Кровавого владыки. Том 1

Глава 13. Ни на что не годный десятый принц

После принятого лекарства Шен Лин чувствовал себя куда лучше. Гуан Чжили развлек его праздной болтовней, но вдоволь расслабиться им не дали — пришел стражник из дворца.

— Его величество приказал вас прямо сейчас к нему проводить.

Шен Лин вздохнул. Приказ отца ничуть не удивлял: Нефритовому императору неважно, как чувствует себя десятый сын. У Шен Лина не было сил возмущаться, а вот Гуан Чжили не постеснялся высказаться:

— Как он может?! Его высочество дрался с Королем демонов и получил десять внутренних повреждений. Ему нельзя вставать с кровати! У Его величества нет никакой жалости к собственному сыну!

Шен Лин его оборвал:

— Не говори так про Нефритового императора, иначе можешь нарваться на неприятности.

— А что такого? — Гуан Чжили сложил на груди руки. — Я что ли неправду говорю? Как ты к нему пойдёшь в таком состоянии?

Шен Лин отбросил оделяло. Хоть внутри по-прежнему все болело, принц был уверен, что сможет перенести путь до дворца и обратно.

— Твое лекарство мне очень помогло, я чувствую себя гораздо лучше. — Шен Лин улыбнулся, но ни от кого не укрылось, что улыбка вышла натянутая.

— Тебе следует отдыхать! — не унимался Гуан Чжили.

Его забота тронула Шен Лина до глубины души, но упрямиться не было смысла: раз Нефритовый император что-то приказал, следовало выполнять его волю.

— Отец зовёт. — Шен Лин поднялся, и от резкого движения перед глазами все потемнело, но он не подал виду и двинулся к ширме. — Нужно только одеться приличнее.

Шен Лин выбрал наряд из белого шелка и золотую заколку-гуань. Теперь он выглядел достаточно блистательно для посещения дворца. Правда, болезненная бледность лица и синие губы портили внешний лоск, а если выглядишь неидеально, то перед императором лучше не представать. Была бы воля Шен Лина, он бы и не пошёл, но раз его звали, пришлось потратить часть духовых сил на иллюзию — благодаря ей принц уже не походил на восставшего из могилы мертвеца. Теперь к его внешнему виду вряд ли получится придраться, и отец не назовёт его растяпой, не достойным быть сыном Небесного императора.

— Я помогу тебе добраться, — вызвался Гуан Чжили, — а потом отведу обратно, чтобы ты напрасно не тратил духовные силы.

— И я помогу, Ваше высочество, — вызвался стражник.

— Благодарю, — отозвался Шен Лин.

Как хорошо, что рядом есть люди, готовые по собственной воле ему помочь. Перемещение отнимает много духовных сил, и если бы ему пришлось их тратить, то перед императором стало бы несладко. Конечно, в ином случае Шен Лин мог просто попросить о помощи, но для него это казалось такой катастрофой, что лучше он будет захлёбываться собственной кровью, чем подобная мольба сойдет с его уст.

Стражник и Гуан Чжили взяли Шен Лина под руки. Дворец находился недалеко от Небесного пространства принца и располагался на огромном клочке земли, парящем в облаках. Просто так переместиться туда было нельзя — дворец окружала невидимая защита, поэтому они зависли в воздухе прямо над ним.

Здание дворца и прилегающая к нему территория были огромны: тут трудились самые важные небожители. Именно в этом месте решалось большинство вопросов, касающихся трех миров — а в представлении богов мира было и правда три. Духи не раз выступали против такого деления и считали, что мира четыре. Их оскорбляло, что боги фактически объединили Светлые и Темные царства. По мнению Небес, духи и демоны — одно и то же. Дабы отгородиться от тех, кто попирает законы природы, духи всеми силами пытались убедить богов, что Темные царства к ним никак не относятся. Но на Небесах всерьез это не воспринимали — Царство духов для них было едино.

Шен Лин же видел явные различия между духами и демонами и был согласен, что мира на самом деле четыре, но мысли какого-то десятого принца никогда не имели значения.

Сквозь защиту они прошли очень просто: она была настроена так, что распознавала всех, кто служил на территории дворца, Верховных богов и членов императорской семьи, а каждый из новоприбывших относился к той или иной касте.

В императорский дворец вела крутая лестница и по правилам любому входящему следует по ней подняться, выказывая таким образом почтение самому императору, ведь до его высот еще нужно добраться. Правило распространялось на всех, даже на принцев, но Гуан Чжили не хотел, чтобы Шен Лин лишний раз напрягался, поэтому они пролетели прямо над лестницей. Стражник не смел ему противиться. При виде столь вопиющего события, небожители, что сновали на площади пред дворцом, изумленно замерли.

— Бог Знаний, — пролепетал стражник, — меня за это накажут.

Гуан Чжили огляделся: свидетелей и правда достаточно, и многие не сводят с них глаз.

— Ты что, не помнишь, что Его высочество ранен?! — Он нарочно повысил голос. — Как, по-твоему, он должен подниматься по лестнице? Я сделал это, чтобы он не утруждался!

Шен Лин понял, что Гуан Чжили пытается спасти стражника от наказания, поэтому вмешался:

— Вот именно! Я приказывал доставить меня к дверям дворца, а не к первой ступени лестницы!

Гуан Чжили не понравилось, что он перетягивал вину на себя.

— Ваше высочество.