Путь метаморфа или как не потерять себя

Глава 2 Попала!

Первое, что я услышала, — «Берегись!».
Очнувшись, будто после глубокого сна, я с трудом поднялась на локтях, пытаясь принять хоть какое-то подобие вертикального положения. Голова гудела, как будто внутри неё били в колокола, а в ушах стоял звон, похожий на отголоски разбитого стекла. Мне казалось — я потеряла сознание. Хотя такого со мной никогда раньше не случалось.

Я растерянно оглянулась… и замерла. Прямо на меня с неимоверной скоростью неслась огромная каменная глыба — грубая, покрытая мхом и трещинами, будто вырванная из самого сердца горы.

— Откуда она здесь взялась?! — вырвалось у меня. — Боже мой, что происходит?!

Я ничего не понимала. И уже не успевала отскочить. Но вдруг что-то сбоку налетело на меня — и мы вместе рухнули на землю. Я больно стукнулась: руками, бедром. Но, наверное, это было меньшее из зол — ведь буквально в метре от меня с грохотом, подняв облако пыли и щебня, врезалась в землю та самая глыба, под которой, по всем законам логики, должны были закончиться мои дни.

— С тобой всё в порядке? — прозвучал над головой звонкий, словно колокольчик, голос.

— Да… вроде бы… — ответила я растерянно, до сих пор не в силах осознать, что происходит.

Однако, когда я наконец подняла глаза и огляделась — передо мной открылась картина, от которой захватило дух.
Замок. Он был точь-в-точь как тот, что я недавно нарисовала в своём альбоме — но теперь он дышал, жил, трещал от напряжения и боли. Высокие стены из серого, местами розоватого камня уходили ввысь, украшенные резными арками, башенками с флюгерами в виде драконов, а между зубцами развевались знамёна с вышитыми гербами, которые я никогда не видела. Внутри двора мелькали люди в плащах и кожаных нагрудниках, кто-то кричал приказы, другие — тащили раненых или пытались затушить огонь, вспыхнувший на одной из галерей.

А над всем этим хаосом — драконы.
Тот, что кружил первым, был невероятной красоты: бирюзовый, как морская пена в утреннем свете, с чешуёй, переливающейся оттенками лазури и изумруда. Его крылья, прозрачные у краёв, отливали искристо-белым, когда он резко менял траекторию полёта. Он был грациозен, как танцор, но в его движениях чувствовалась отчаянная ярость.

На него нападал другой — огромный, огненно-красный, с бордовыми подпалинами по краям крыльев, будто обожжёнными в самом сердце вулкана. Его глаза горели алым, а из пасти то и дело вырывались клубы пламени, обжигающие воздух. Этот дракон был крупнее, мощнее, и в каждом его движении чувствовалась жажда разрушения.

Они кружили в смертоносном танце, не замечая, как разрушают замок: то врезаясь в маленькие башенки на самом верху, осыпая их обломками, то стремительно обрушиваясь вниз, почти врезаясь в стену, что окружала крепость. Каждый их удар сотрясал землю под ногами. Из трещин в мостовой выползали клубы дыма, а где-то вдалеке рухнул мост через ров — с глухим рокотом, будто вздохнул сам мир.

Внизу, у подножия замка, метались люди — тревожная, испуганная толпа. Женщины в простых платьях тащили детей за руки, стражники с копьями бегали без толку, а старик в плаще пытался заклинанием удержать обломки башни в воздухе — но магия давала сбой, и камни всё равно падали.

А рядом со мной, всё ещё прижавшись к земле, сидела девушка, которая меня спасла.
Юное лицо, полное решимости и тревоги, заглядывало мне в глаза. Её волосы, цвета спелой пшеницы, растрепал ветер, а на щеке была свежая царапина. Но больше всего поражали её глаза — такие пронзительные, ярко-голубые, огромные, как небо в самый ясный день. Она ждала ответа — ждала, что я скажу, всё ли со мной в порядке.

Но я ничего не могла сказать.
Голова снова закружилась.
И я почувствовала, как сознание медленно, неотвратимо покидает меня…