Путь на острова или долгая дорога домой

Глава 13. Очередная смена места жительства.

Оказавшись в небольшой светлой комнате я, наконец, увидела…нормальную кровать! Она словно манила меня белыми простынями, выглядывавшими из-под покрывала, двумя огромными подушками, а ещё тёплым, надеюсь, очень тёплым, одеялом. А главное – полным отсутствием голубей поблизости. Дрожь во всём теле просто выводила из себя. Не думая о том, что я в комнате не одна, уже направилась было в сторону кровати, но быстро осознала, что первоочередной целью, к сожалению, является уборная, о чём я незамедлительно известила Льюиса, с тревогой наблюдавшего за мной.

- Да-да, конечно. Алина, ты поживёшь в этой комнате несколько дней. Я здесь кое-что приготовил для тебя. Френсис побежал за лекарем, думаю, они скоро придут. Поэтому постарайся долго за стенкой не возиться, а по возможности просто быстренько переоденься во что-нибудь, что обнаружишь в шкафу – и в кровать. Только постарайся не заснуть.

С этими словами Льюис указал на небольшую нишу рядом с входной дверью в комнату, где оказался проход в крохотную уборную, после чего покинул комнату, а я, почти не глядя, достала из шкафа просторную хлопковую ночную рубашку и на нетвердых ногах отправилась приводить себя в порядок.

- Не заснуть? Это ещё почему? – пробормотала я себе под нос. Лежа в этой прекрасной кровати под тёплым одеялом, я никак не могла перестать дрожать. Холодная вода в уборной сделала своё дело, и теперь мои зубы отбивали известный только им ритм. Спать хотелось неимоверно, но противный озноб мешал.

Думаю, если у меня получится, мне обязательно приснится Сайрус.

Разбудили меня прикосновения прохладных пальцев ко лбу и вискам. От этих волшебных рук ко мне побежало долгожданное тепло. Тихий женский голос, полный заботы и тревоги, ругал мою новую родню и так беспокоился обо мне, что пришлось искать в себе силы и открывать глаза.

На моей кровати сидела пожилая миловидная женщина в тёмно-синем платье и забавном цветастом фартуке. Заметив, что я проснулась, она ласково мне улыбнулась, и мои губы сами собой растянулись в ответной улыбке.

- Здравствуй, Алина, я Амалия эро Стэл, местная знахарка и некогда няня младших Валийских.

- Плохо вы их воспитывали, - просипела я. – Скоро по восемнадцать лет стукнет, а ума не нажили. Ой, здравствуйте. Извините.

Женщина заливисто рассмеялась, непроизвольно перестав дарить мне тепло.

- Нет, нет, положите обратно, - хрипло попросила я, и руки женщины снова опустились на мои виски. А со стороны двери донеслись весёлые голоса братьев:

- Привет, болезная.

- Привет.

- Привет, Алина.

За ними в комнату вошел Льюис в сопровождении этого противного Арчибальда. Близнецы, увидев деда, попытались слиться с мебелью, Амалия лишь кивнула правителю, не переставая лечить меня, а я попыталась нахмуриться так, чтобы дед сразу осознал, насколько он виноват, извинился и отправил бы домой.

- Пожалуйста, посмотри сам, - сердито обратился к своему отцу Льюис, не обращая внимания на присутствующих. – Ты, вообще, зачем её там запер?

- Можно подумать ты не знаешь? Всех непослушных дев семейства запирали именно в Восточной башне. Это традиция, сын мой.

- И в каком веке это было в последний раз? – взревел Льюис.

Не проняло. Бросив напоследок «Я думаю, это даже к лучшему», старик развернулся и покинул комнату.

- Вот же противный старикан, - вырвалось у меня.

- Ты бы с ним повежливее что ли, - сказал кто-то из братцев. – А то он и для тебя пакость какую-нибудь придумает.

- То есть до этого только приятности были? – вытаращила я глаза.

- А мне вот интересно, - задумчиво протянул Льюис, присаживаясь в стоящее в углу комнаты, кресло. – Что же вы такого натворили, что попались к нему в лапы? А, молодёжь?

Мне тоже было очень любопытно, особенно, когда мои братцы стали переглядываться между собой и нелепо мычать, пытаясь выдавить из себя хоть какое-то вразумительное объяснение происходящему.

- Льюис, мальчик мой, я всё понимаю, - вдруг произнесла Амалия. – Но ведь не здесь. Девочка действительно серьезно больна. Ты подойди сам, да послушай, как она дышит.

- Да уж и отсюда слышно. Вы правы, тётушка. Просто в данное время эта комната, наверное, единственное относительно спокойное место во дворце. Вот и расслабился. Извини, Алина, мы, пожалуй, и правда, пойдём. А ты давай, выздоравливай, набирайся сил. А я пока узнаю, почему ты без тёплой одежды всю ночь вместе с голубями просидела.

Неожиданно голос прорезался у Говарда, кажется, это он немного заикается:

- Льюис, а ты п-п-помнишь, что м-мы твои родные п-племянники? Ты главное – Сайрусу не говори.

- Он ведь если у-узнает, с нас шкуру з-заживо сдерёт? – разве Алик тоже заикается? Чего это он?

- И правильно сделает, - гневно прошипела Амалия. – Вы перенесёте свои разборки в другое место или нет? Больной нужен отдых.

В этот раз народ быстренько покинул комнату, только уже в дверях Льюис обернулся и сказал «А может оно, и правда, к лучшему» и вышел.

Когда в комнате стало тихо, на меня снова накатала сонливость и какая-то усталость. Веки стали невероятно тяжёлыми, а желания бороться со сном – и вовсе не было. Поэтому я с чистой совестью заснула, вспоминая, как точно так же мама в детстве сидела на моей кровати, когда я в очередной раз сваливалась с простудой.