Путь на Север

Новая звезда по имени Таня

Таня стремительно выбежала из комнаты, широко распахнув дверь, в которую влетел холодный порыв свежего ветра. Ярость, столь давно позабытое ею чувство, переполняла ее от макушки до пяток. Руки непроизвольно сжались в кулаки, брови насупились, лицо вытянулась – с ней произошла разительная перемена не только внутренне. Все попытки успокоиться и призвать разум были тщетны. Татьяна целеустремленно двигалась в неизвестном направлении. Она пыталась заставить себя не оборачиваться, но, когда дом уже почти скрылся за пределами ее видимости, не смогла удержаться: но нет, Иван не последовал за ней. Обернувшись назад, она не смогла сдержать слез досады, обиды и злости, но продолжала свое поступательное движение вперед. Она понимала, что через сотню-другую шагов она, возможно, раскается в столь импульсивном поступке, столь несвойственном ей, но сейчас ей не хотелось ни о чем думать. Было лишь одно желание – поддаться обуревавшим ее эмоциям: сопротивление им причинило бы ей лишь большую боль.

И, действительно, через сотню-другую шагов, Татьяна замедлила шаг, найдя себя одну посреди туманной дороги. К счастью, невдалеке расположилась обзорная площадка, оснащенная деревянными лавочками. Присев на одну из них, она решила обдумать свое незавидное положение. У нее было несколько вариантов: первый – засунув подальше гордость, вернуться в дом; второй – присоединиться к туристической группе, которую еще предстояло отыскать. Недолго думая, она выбрала второй вариант. Она была столь поглощена своими мыслями, что не сразу услышала приближающиеся к ней шаги. Когда она почувствовала шорох травы, Он был уже за ней:

— Не разрешите к вам присесть? – спросил приятный вкрадчивый мужской голос. Это был, конечно же, Иван.

Татьяна взглянула на него, не испытывая никаких эмоций, что ее саму несказанно удивило. Хотя еще несколько шагов назад она была бы несказанно рада такому развитию событий. Сейчас же она даже не удивилась его приходу, как будто, так и должно было быть. Зловещий холодок парализовал все ее тело: она поняла, что влюбилась не в того парня. Порой Тане, как и любой девушке, хотелось влюбиться без памяти, но, в отличие от многих, она этого не боялась. Ее не пугала перспектива оказаться обманутой, брошенной, напротив, она так долго жила без эмоций, что уже была бы рада испытать хоть какое-то чувство, даже если бы оно причинило боль. Ведь это бы означало, что она еще может что-то чувствовать, что она жива… Сейчас же, за последние несколько дней ощутив целую гамму самых разных эмоций, она испугалась своего сбывшегося желания. Ведь Иван был явно не тем парнем.

— Ну что ты, глупая? — подозрительно ласково спросил Иван, приобнимая Татьяну. Это был опасный маневр: Татьяна, мужественно пытаясь сдержать предательски нависшие слезы, все же не смогла не разрыдаться. Из нее выплеснулись все накопившиеся чувства, к которым она не привыкла. Она позволила себя обнять, поддавшись эмоциям, отдавшись в лапы тому чудовищному ящеру из Фрогнер-парка. «Лучше чувствовать боль, чем не чувствовать вообще ничего», – думала она, заранее предвидя, чем закончится ее необдуманный поспешный шаг.

Татьяна потеряла счет времени. Она не представляла, как долго просидели они на панорамной скамейке, не обращая никакого внимания на распростертые перед ними красоты. Это казалось парадоксом, но, несмотря на все перипетии, вопреки осознанию неминуемого протрезвления, Татьяна была абсолютно счастлива, пожалуй, впервые в жизни. И неминуемое окончание этого туманного вечера лишь делало его еще более прекрасным.

Придя в себя после долгого поцелуя, Татьяна решила задать мучивший ее вопрос:

—А что с Алекс?

— А что с ней может быть? Она достаточно взрослая, чтобы продолжать путешествие одна, — пожал плечами Иван.

— Может, надо ее взять с собой, пока она не вляпалась во что-нибудь? – неуверенно спросила Татьяна. Она не хотела быть ответственной за то, что могло случиться с Алекс.

Иван лишь рассмеялся:

— Разве Алекс похожа на человека, которого можно просто взять с собой? Ты же ее дольше моего знаешь! Она по натуре одиночка.

— Иван! – Татьяна настойчиво подергала его за рукав. – Мы должны вернуться за ней! Ты же ее знаешь!

— Да успокойся ты! Я предлагал ей пойти вместе – она отказалась. Сказала, что вдвоем нам будет лучше.

Но Татьяна не унималась, она по какой-то причине, которая была непонятна даже ей самой, считала себя в ответе за Алекс.

— Я так не могу, — едва слышно сказала Татьяна и развернулась в сторону деревни.

Иван только развел руками: он сразу же понял, что никакие доводы не смогут разубедить его упертую подругу.

Но, вернувшись в дом, Алекс там они уже не обнаружили. Хозяин отрицательно помотал головой на вопрос Тани. Он только жестом показал, что та ушла в неопределенном направлении. Иван победоносно посмотрел на Татьяну: все обернулось так, как он и ожидал.

Пожилая пара, провожала их, обнявшись в дверном проеме. Они давно уже не общались ни с кем, кроме как с неразговорчивым продавцом в сельском магазине или с мрачного вида кассиром в банке, и теперь гадали, удастся ли им еще в этой жизни хоть раз поговорить с кем-то по-настоящему. Проявит ли еще хоть кто-нибудь интерес к их размеренной стариковой жизни? И пусть это была глупая иностранная молодежь, жаждущая только приключений, это не имело никакого значения. Оставшись одни, они заново обрадовались тому, что были друг у друга. Со временем под влиянием жизни в этой даже по норвежским меркам глуши у них появился страх, их общий тролль, который сидел в глубине их уже зачерствевших душ. Страх одиночества.