Путь наложницы

✧ Глава 4. Ловушка красоты

Стихи о разлуке

Ни облачка
не видно над горами,
И ветер
отдыхает под сосной.
Хочу узнать,
о чём грустишь в разлуке?..
Один любуюсь
яркою луной.

Чжан Жун

На следующий день красавицы собрались у почтовой станции, ожидая посадки в карету, чтобы продолжить свой путь. Наконец Линь Сюли вышла вместе с Бу-момо. Когда красавицы заметили барышню Линь, на их лицах появилось странное выражение. Линь Сюли не стала обращать на это внимание. Она собиралась стать Вдовствующей Императрицей, какой смысл возиться с мелкими рыбками?

Бу-момо забралась в свою карету, затем настала очередь всех красавиц садиться. Линь Сюли не спешила и стояла в самом конце вереницы красавиц. Все девушки переглянулись, но никто не осмелился сесть в карету раньше Линь Сюли. Барышни спокойно уступили ей место, а Линь Сюли мягко улыбнулась, прошла сквозь толпу и первой села в карету.

Бай Циньюэ, дочь придворного лекаря, всегда испытывала отвращение к Линь Сюли. Увидев вчерашнее выступление красавицы, она так разозлилась, что захотела отчитать её. Окружающие быстро схватили Бай Циньюэ, а Ван Чжаоцзюнь встала рядом с Юэ Дуньчжу и жалобно посмотрела на неё, словно прося о помощи.

Юэ Дуньчжу покачала головой, давая понять, что не стоит ссориться с Линь Сюли. Выступающие стропила гниют первыми*, и те, кто держится высоко, не смогут далеко уйти. Просто подождите и посмотрите на это.

*[出头的椽子先烂 chūtóude chuánzi xiān làn — любой, кто бросается в глаза, становится мишенью для нападения].

Ван Чжаоцзюнь и остальные забрались в карету сразу после Линь Сюли. Кареты медленно поехали, как только девицы уселись. Линь Сюли не обращала внимания на множество недовольных взглядов красавиц. Она спокойно закрыла глаза, дабы отдохнуть. Прошлой ночью Линь Сюли не удалось хорошо поспать, поэтому юная мисс решилась выспаться в карете по пути в резиденцию Цин-вана.

Терпения Бай Циньюэ хватило ненадолго. Она только и хотела придраться к Линь Сюли. Наконец, Бай Циньюэ не удержалась и ехидно заметила:

— Я слышала, что вчера вечером сестрица Линь устроила большое представление.

Линь Сюли с закрытыми глазами издала слабое хмыканье:

— Вдовствующая Императрица назначила меня руководить красавицами. Я обязана быть в центре внимания, не так ли?

Бай Циньюэ поперхнулась и через некоторое время снова зашипела:

— Дочери из хороших семей не встречаются с мужчинами со стороны. Вчера сестрица Линь выскочила на улицу перед таким количеством мужчин, а Бу-момо ничего не сказала?

Линь Сюли открыла глаза и с улыбкой посмотрела на Бай Циньюэ:

— Бу-момо очень заботится обо мне. Она не только не упрекала меня, но и хвалила за успехи.

Видя недоверие во взгляде Бай Циньюэ, Линь Сюли непроизвольно подняла руку и показала нефритовый браслет на запястье:

— Это награда Вдовствующей Императрицы, как я могу носить его?

То был браслет, который носила Бу-момо и никогда не сходивший с её руки. Все девицы были поражены. Когда Бай Циньюэ увидела на запястье Линь Сюли знакомый нефритовый браслет, она сердито закатила глаза.

Тем не менее Бай Циньюэ не унималась:

— Гордишься своим поступком? Это не подлежит огласке. Вчера вечером ты бросилась к Цин-вану, чтобы сообщить об убийце и дать указания постороннему человеку. Разве так себя ведут юные барышни?

Юэ Дуньчжу больше не могла оставаться в стороне, видя, как ситуация в карете всё больше накалялась. Она невозмутимо сказала:

— Если дочь хочет соблюдать женские заповеди, неужели ей запрещено следовать четырём книгам и пяти канонам*? Это вотчина Цин-вана. Найдя убийцу, сестрица Линь сообщила об этом Цин-вану, разве она не права?

*[四书五经 sì shū wǔjīng четыре книги: «Луньюй» 论语, «Мэнцзы» 孟子, «Дасюе» 大学, «Чжунъюн» 中庸;

пять канонов: «Ицзин» 易经, «Шу-цзин» 书经, «Шицзин» 诗经, «Лицзи» 礼记, «Чуньцю» 春秋].

Бай Циньюэ была в ярости, но кто осмелился бы сказать, что слова Юэ Дуньчжу — неправильны? Красавица была вынуждена признать своё поражение и замолчать. Линь Сюли, увидев, что она наконец-то остановилась, усмехнулась.

Конечно, Линь Сюли поступила неправильно. Юэ Дуньчжу была благоразумный и образованной девушкой. Разумеется, она тоже это понимала, но приняла сторону Линь Сюли в этом конфликте. Барышня одарила сестрицу Юэ едва заметной улыбкой и благодарным кивком головы.

После пяти дней пути в карете девушки, наконец, прибыли в провинцию Цзянсу. Город Цзянъинь, принадлежавший Цзянъиньскому военному округу, полностью отличался от Цзиньлина, в котором красавицам приходилось останавливаться. Водный город Цзиньлин — тёплый и ласковый, украшенный золотом и нефритом, где повсюду царила великолепная атмосфера. Напротив, войдя в Цзянъинь, девушки мгновенно ощутили безмолвный простор. Это была атмосфера, присущая городу, в котором уже много лет идёт война.

Солдаты, охранявшие город, знали, что из столицы прислали красавиц, и с холодным лицом пропустили их, проверив документы. Проехав через ворота, все девушки в карете замолчали.