Путь наложницы

✧ Глава 6. Утреннее приветствие

Цветы — не цветы
Как будто цветы.
Не цветы.
Как будто туман.
Не туман.

В глубокую полночь
придет.
Наутро с зарею
уйдет.

Приходит, подобно весеннему сну,
на несколько быстрых часов.
Уходит, как утренние облака,
и после нигде не сыскать.

В четвертый день шестого месяца седьмого года правления Шуньчжи Бу-момо покинула резиденцию Цин-вана. У вторых ворот стояла Линь Сюли, а за ней —два ряда красавиц. Все они молча смотрели, как Бу-момо садится в карету.

Ван Чжаоцзюнь стояла в толпе и молча смотрела вслед удаляющемуся посланнику императорского дворца. Сегодня её наряд не бросался в глаза, стоя в толпе красавиц, она сразу же затерялась. Ван Чжаоцзюнь не хотела, чтобы её заметили. Когда Бу-момо садилась в карету, женщина обернулась и увидела Линь Сюли, стоящую в первых рядах.

Барышня Линь, почувствовав внимание Бу-момо, склонила голову и поклонилась.

— С уважением провожаю момо.

Бу-момо наконец-то села в карету, и занавес был опущен. Карета медленно тронулась, колеса покатились по земле, издавая слабый скрип. Бу-момо уехала, и как бы ни старались десять красавиц, в этот момент у всех было грустное выражение лица. Ван Чжаоцзюнь тоже выглядела подавленной. В этот момент главная героиня не понимала, что её история с этими девушками только началась, и она будет бороться с ними в течение следующих двадцати лет.

Карета Бу-момо выехала из боковых ворот, свернула за угол и вскоре исчезла. Привратник и стражники шли следом, держа в руках флаг, символизирующий императорский двор, и через некоторое время даже флага не стало видно.

Десять красавиц стояли долгое время. Утренний ветерок развевал юбку Линь Сюли взад-вперед. Руи подождала немного и медленно сказала:

— Барышни, пора возвращаться.

Девушки одна за другой повиновались. Линь Сюли была последней, она сделала два шага и снова оглянулась. Перед ней с глухим звуком закрывались боковые ворота резиденции Цин-вана. Линь Сюли поняла, что в этой резиденции пройдёт вся её жизнь.

С этого момента, независимо от того, жила она или умирала, мучилась или процветала, поднималась или тихо угасала, все эти красавицы были прочно связаны с этой резиденцией и окружающими людьми. Если Линь Сюли преуспеет, то станет фениксом, если потерпит неудачу, то будет обездолена и умрёт жалкой смертью.

Линь Сюли остановилась, служанке оставалось только ждать рядом с ней. Через некоторое время служанка не удержалась и напомнила:

— Барышня Линь.

Линь Сюли решительно зашагала вперёд:

— Начался новый день, пойдём.

Бу-момо и посланники императорского двора наконец-то уехали. С этого момента провинция Цзянсу снова стала владением Цин-вана. Изначально Линь Сюли думала, что Цин-ван усыпит их бдительность, а потом обязательно произойдёт какое-то движение в отношении группы девушек-шпионок, либо для проверки, либо для их очистки. Линь Сюли была хорошо подготовлена, но в последние дни все было спокойно и безмятежно, ничего не происходило.

В дальнейшем сюжет должен был развиваться довольно банально. В дораме главная героиня то и дело сталкивалась с шицзы, пока на заднем дворе между красавицами возникали множество трений. Впрочем, все так и произошло.

До Линь Сюли дошли слухи о конфликте между Бай Циньюэ и Юэ Дуньчжу по поводу того, кто первым воспользуется горячей водой. В итоге Ван Чжаоцзюнь отказалась от своей воды, чтобы разрешить спор между двумя девушками. Слуги в резиденции хвалили Ван Чжаоцзюнь за ее уравновешенность.

В это же время Линь Сюли продолжала жить спокойной жизнью вдали от девяти красавиц. Она была хороша обеспечена. У Линь Сюли была отдельная комната, вкусная еда и вода. Ей позволили быть свободной и непринуждённой. Если бы барышня Линь была человеком без особых амбиций, возможно, ей бы понравилась такая комфортная жизнь. Но она знала, что ей не будет стремиться к своей цели сейчас, то через несколько лет будет плакать и причитать.

Линь Сюли нужно было что-то предпринять, чтобы наладить отношения с Цин-ваном после инцидента на банкете. Получив небольшую передышку, красавица решила, что с завтрашнего дня каждое утро будет ходить в главный двор, чтобы выразить своё почтение. Она верила, что это послужит поводом для её прощения.

На следующий день Линь Сюли впервые проснулась рано, тщательно оделась и стала ждать у двора Цин-вана. Утренние и вечерние приветствия были самыми важными. Линь Сюли, выросшая в доме чиновника, не могла допустить ошибки.

Главный двор резиденции был известен как двор Хуайюань*. Он занимал огромную площадь и был великолепен. Линь Сюли стояла у порога и неподвижно ждала. Стражник, дежуривший у дверей, несколько раз взглянул на неё и наконец не удержался:

— Барышня Линь, вы пришли с утра пораньше к Великому Вану, что-то случилось?

*[ 怀远 Huáiyuǎn — лелеять дальние земли].

Линь Сюли ответила с покорностью и учтивостью:

— Эта девушка здесь, чтобы выразить своё почтение Его Высочеству.

Выразить своё почтение? Стражник просто не мог понять. Линь Сюли обладала выдающейся внешностью. Сейчас все в резиденции знали барышню Линь. Даже дежурные стражники в той или иной степени слышали о ней. Увидев её сегодня, он понял, что она действительно соответствует своей репутации. Однако барышня Линь казалась немного глуповатой.

Стражник тактично сказал:

— Барышня Линь заботлива, но принц не любит шума, особенно ненужных и излишних формальностей. Пожалуйста, возвращайтесь.

— Как это возможно? — Линь Сюли решительно отказалась и с праведным видом ответила. — По этикету положено оказывать почтение утром и вечером. Хочет или нет — дело Его Высочества, но моё намерение искренне.

Ладно, стражнику нечего было добавить. Он был достаточно любезен, чтобы предупредить барышню, но не ожидал, что Линь Сюли окажется такой настойчивой. Поскольку это было намерение благородной госпожи из столицы, он позволил ей постоять здесь некоторое время.