Путь наложницы

✧ Глава 11. Показать истинное лицо

В мире жизнь человека
не имеет корней глубоких.
Упорхнет она, словно
над дорогой легкая пыль.

И развеется всюду,
вслед за ветром, кружась, умчится.
Так и я, здесь живущий,
не навеки в тело одет...

Опустились на землю -
и уже меж собой мы братья:
Так ли важно, чтоб были
кость от кости, от плоти плоть?

Обретенная радость
пусть заставит нас веселиться, -
Тем вином, что найдется,
угостим соседей своих!

В жизни время расцвета
никогда не приходит снова,
Да и в день тот же самый
трудно дважды взойти заре.

Не теряя мгновенья,
вдохновим же себя усердьем,
Ибо годы и луны
человека не станут ждать!

Линь Сюли долго смотрела на ладонь, на которой покоилась записка с коротким указанием:«Жди возможности прочитать его письма».

О ком шла речь было ясно.

Линь Сюли свернула записку, поднесла её к свече и стала наблюдать, как написанные чернилами слова превращаются в пепел. Вдовствующая Императрица смогла спрятать своих людей в резиденции Цин-вана, но, похоже, её руки не проникли в главный двор.

В конце концов, Вдовствующая Императрица была женщиной. Она не могла использовать служанок или слуг для вмешательства в военные дела. Вдовствующая Императрица хотела, чтобы Цин-ван охранял северо-запад, но не могла полностью доверять человеку, в руках которого сосредоточена столь огромная военная власть. Поэтому она придумала хитрость — использовать женщин в качестве шпионок.

Наверное, не стоит говорить, то была глупая идея. В дораме «Замужество дочери Ван» не нашлось ни одной обычной женщины, к которой Великий Ван пристрастился бы. Тем более, как он может быть очарован красавицей, зная, что она шпионка? Линь Сюли полагала, что даже если на свете есть такой человек, то, очевидно, что это была не она.

Линь Сюли просто хотела стать Вдовствующей Императрицей и наслаждаться спокойной жизнью. Какое отношение к Линь Сюли имела вражда между нынешней Вдовствующей Императрицей и Цин-ваном? Они боролись сами с собой, а Линь Сюли лишь хотела обеспечить себе лучшее будущее.

Тем не менее, Линь Сюли не могла игнорировать поручение Вдовствующей Императрицы. На протяжении нескольких дней барышня Линь уходила рано в кабинет, а возвращалась поздно. Постепенно она привыкла проводить весь день в павильоне. За исключением первого дня и ещё нескольких раз, Линь Сюли больше никогда не видела Цин-вана.

Тем временем сюжет дорамы подталкивал главных героев друг к другу. Шицзы начал спрашивать мнение Юэ Дуньчжу и Ван Чжаоцзюнь по поводу некоторых политических вопросов. Юэ Дуньчжу сохраняла дистанцию, вела себя осторожно и в большинстве случаев не решалась ничего сказать, а вот барышня Ван могла неоднократно выдвигать новые идеи.

Отношение Чжао Шэньюаня к этим двум девушкам неосознанно изменилось. Хотя, с точки зрения Линь Сюли, позиция шицзы с самого начала была предвзятой. Пусть красавиц в его окружении и было двое, Юэ Дуньчжу была для Чжао Шэньюаня случайной прохожей. Как бы старательно она не прислуживала шицзы, что бы ни умела делать, Ван Чжаоцзюнь со всем справлялась лучше. Таково было преимущество главной героини. Постепенно Чжао Шэньюань влюбился в Ван Чжаоцзюнь.

«Как жаль, что названные сестры постепенно будут настроены друг против друга. В таком случае даже я могу понести тяжкие последствия», — размышляла Линь Сюли.

В один из дней ранним утром служанка Линь Сюли — Шуньсинь, пришла с улицы с тазиком воды. Потирая руки, она жаловалась:

— Раздражает. Опять идёт дождь. Неудобно что-то делать в дождливые дни.

Шуньсинь оглянулась и увидела, что Линь Сюли стояла у окна и безучастно смотрела на улицу. Голос служанки стал мягче:

— Барышня Линь, на что вы смотрите?

Линь Сюли пробормотала:

— Дождь идет.

— Да, — Шуньсинь болтала без умолку: — Вчера в середине ночи неожиданно пошел дождь, и он всё не прекращается. Необычайно холодно. Барышня, не забудьте взять с собой накидку, когда выйдете сегодня на улицу.

Шуньсинь взяла накидку и протянула её барышне. Линь Сюли надела одежду, но ее мысли все еще витали снаружи.

В кабинете Линь Сюли сняла накидку, и служанка тут же вышла вперёд, чтобы принять накидку. Красавица переоделась в лёгкую и удобную одежду, надела туфли на мягкой подошве и вошла в комнату.

Она спросила:

— Принц сегодня здесь?

Служанка показала пальцем внутрь и покачала головой, не решаясь больше ничего сказать. Линь Сюли поняла и с улыбкой поблагодарила ее:

— Понятно, спасибо.

Внешняя обстановка отличалась от обычной. Отсутствие Цин-вана было отличной возможностью для Линь Сюли выполнить поручение Вдовствующей Императрицы.

Красавица, прислушиваясь к звукам снаружи, заметила, что шум в кабинете становился все тише и тише, и вот, наконец, торопливые шаги стихли, и снаружи стало совсем тихо. Линь Сюли осторожно подошла к двери и тихонько приоткрыла дверь. Некоторое время она наблюдала за происходящим через щель, а затем, натянув накидку и взяв зонтик вышла.

Добежав до кабинета Цин-вана, Линь Сюли с удивлением заметила, что комната была пуста, и даже слуги исчезли. Действительно, возможность, посланная Небесами. Обернувшись, она впервые увидела через ряд перегородок место, где Чэнь Шэн занимался своими официальными делами. В этом кабинете все было чинно и благородно, как и у его хозяина: на книжных полках аккуратно стояли тома, а на столе из красного сандалового дерева громоздились неразобранные письма.