Путь проклятого

Глава 19 Боевое крещение

В этот день проклятому снова стало неспокойно. Должно было произойти что-то нехорошее. Нечто, связанное с торговым караваном. Привыкший доверять своим ощущениям, Михаил поделился возникшими сомнениями с переводчиком. Тот не стал отмахиваться, детально расспросил проклятого, и предложил съездить на форпост, охраняющий вход в Шаарн.
Михаил уже давно заметил, что инструктор отнюдь не прост, и стоит в местной иерархической лестнице довольно высоко. Вот и сейчас, стоило ему принять решение, и колесики невидимого механизма пришли в движение.
До ущелья было недалеко, видимо, когда осваивали эти места, поселок начали строить на ближайшей удобной территории. К ним быстро присоединились пяток вооруженных мужчин и двое носильщиков, которые теперь сопровождали проклятого практически при любых перемещениях вне поселка. По дороге они с инструктором разговорились. Тот уже абсолютно свободно говорил на русском при обсуждении общих тем.
-Чего именно ты опасаешься?
-Не знаю пока, а что везет этот караван?
Про то, что в Шаарн периодически заходят торговые караваны, Миша знал, но вот что они возят, выскочило у него из головы напрочь.
-В основном песок, для линии отмежевания. Он сыреет в этом климате, и болотные твари могут по нему ползать, а если они доберутся до леса, то будет беда. Вот и обновляют насыпь.
-Тогда караван большой получается?
-Да.
-А кроме песка есть еще что?
-Еда, крепкий алкоголь, тетива для луков, хозяйственные мелочи, которые нельзя произвести тут.
-Они везут какой-то сюрприз, - уверенно заявил Миша, - какой не знаю, и даже не догадываюсь. Но стоит мне подумать о караване, как холодок по спине пробегает.
-Не пустить их, только на основании твоих предчувствий не получится. Дорога сюда долгая, а песок жизненно необходим. Если ты прав, придется тебе, меченный, как-то доказать свою правоту.
-Попробую, но знаешь, пока не представляю как.
Добравшись до блокпоста, инструктор о чем-то переговорил с парой мужчин, один из них махнул рукой, указывая вверх. Проклятый с интересом осматривался. Вот он - вход в ущелье. Чуть дальше, видимо в самой узкой его части, находятся массивные ворота, они были закрыты, но присмотревшись, Михаил заметил, что здоровенный засов открыт, и при необходимости с той стороны ворота распахнут на раз. Вот это плохо, надо как-то убедить охрану исправить ситуацию с воротами, но вряд ли охрана послушает чужака.
Вокруг много вооруженных людей, практически у всех луки или арбалеты. Тоже понятно, в таком месте совсем не обязательно подпускать врага на расстояние удара. Недалеко стоят какие-то домики, наверное, казармы? Но развить эту мысль проклятый не успел, подошел инструктор:
-Полезли наверх.
Он указал на свисающие вдоль отвесной стены, веревочные лестницы. Миша поежился, на вид, стена была высотой метров двадцать, а веревочные лестницы он не любил с детства. Хотя, пожалуй, с учетом его последнего опыта, в области лазанья по канатам, с этим он должен справиться легко.
Забрались наверх, и если снизу, проклятый увидел лишь несколько домов, то здесь, по обеим сторонам ущелья, раскинулся целый поселок. Тут было довольно многолюдно, и практически все встречные были вооружены стрелковым оружием. Еще он заметил огромное множество камней, видимо в случае реальной опасности, ущелье планировалось завалить каменными глыбами, похоронив агрессора. Пока Михаил осматривался, инструктор о чем-то разговаривал с парой мужчин. В какой-то момент, разговор перешел на повышенный тон, и тогда проклятый обратил на них внимание. Инструктор, странное дело, только сейчас Миша понял, что так и не спросил как того зовут, видимо просто не пришло в голову. Так вот, инструктор о чем-то спорил с двумя мужчинами, один из них - широкоплечий крепыш, был явно чем-то недоволен, а второй, высокий, худощавый и лысый как бильярдный шар, сохранял спокойствие.
В этот момент, раздался шум, и проклятый с любопытством принялся смотреть вниз. В ущелье медленно вползал караван. Обычные повозки. Первые две - крытые, а начиная с третьей - открытые, засыпанные песком. Караван полз медленно, каждую повозку тянули по два животных, толи лошади, толи ишаки, ну или какие-либо представители местной фауны. Возглавляли его трое, почему-то в закрытых шлемах. Один из них чем-то привлек внимание проклятого, но стоило Мише начать рассматривать его, как мужчина (а, может, и нет), вдруг повернулся, смотря вверх, и ему показалось, что их взгляды встретились, от чего по спине пробежал неприятный холодок. Хотя на таком расстоянии что-либо рассмотреть было практически невозможно, и Миша был прикрыт конструкцией возведенной на краю обрыва, но под этим взглядом, он не чувствовал себя в безопасности.
Кроме этих троих, на каждой повозке сидел возница, а пара вооруженных мужчин, шли пешком посреди каравана. Вот первая повозка приблизилась к закрытым воротам, и один из идущих впереди, что-то крикнул охраннику.
От дальнейших наблюдений, Михаила отвлекли. Подошел инструктор, в сопровождении тех двоих. Крепыш что-то спросил, точнее проорал, и сплюнул в сторону.
-Они интересуются, зачем мы здесь - перевел инструктор.
-Что-то не так с этим караваном, какая-то опасность, нельзя его пускать в Шаарн.
-Миша, - инструктор внимательно посмотрел на проклятого, - что именно ты чувствуешь?
-Не знаю, но при мысли о том, что они окажутся внутри, мне становится не по себе.
Инструктор вновь начал говорить спутникам, но крепыш даже не стал дослушивать. Он что-то прорычал, а затем, придвинувшись вплотную к проклятому, начал что-то шипеть прямо ему в лицо. Миша не понял и половины и брезгливо отодвинулся:
-Что он от меня хочет?
-Если отбросить ругань - усмехнулся инструктор, - то он говорит, что останавливать караван, на основании твоих предчувствий никто не будет, а также то, что ты тут вообще быть не должен.
Похоже крепыш, заметивший отвращение на Мишином лице, вообще готов был лезть в драку, но тут вмешался второй мужчина. Положив руку на плечо товарища, он что-то произнес ему примиряющее.
-Он говорит, что они досмотрят наших гостей, но все равно, все подводы не проверить, и совсем уж долго никто работать не будет. Извини, но ты нюхач, и для солдат ты не авторитет - добавил инструктор уже от себя.
Оставшись в одиночестве проклятый продолжил смотреть в ущелье. Вереница повозок остановилась, вышедший из небольшой калитки боец, о чем-то разговаривал с караванщиком. Затем к нему присоединилась еще парочка, и кто-то полез в переднюю повозку. Один из пришлых снял шлем, а остальные бродили между повозками. Ощущение приближающейся беды крепло с каждой минутой, ясно же, ничего эти простофили не найдут, караван зайдет в Шаарн, а потом будет…. Вот что будет он не знал, но очень не хотел чтобы оно случилось, даже несмотря на то, что сам он был тут не полностью, а во сне. Проверять что случиться с ним на Земле, если его убьют тут, проклятый не испытывал ни малейшего желания.
От нечего делать, он принялся считать повозки. В видимую часть ущелья, заползли 23 штуки, и скорее всего, еще сколько-то находились за поворотом. Миша прошелся вдоль ограждения, тут и там валялись камни, от мелких, размером с кирпич, до крупных, которые без крана и не поднимешь. Михаил точно не знал, как тут все организовано, но предполагал, что при необходимости, подрубаются какие-либо подпорки, и камни летят вниз, образовывая завал, погребая под собой часть врага, а также преграждая вход в долину для остальных.
Очередной взгляд вниз, подтвердил его опасения. Проверяющие вернулись за ворота, и тяжелые створки начали поворачиваться. Ладно, подумал он, я тут все равно гость, не хотите слушать, и не надо. Тут его внимание привлекла пятая повозка. Стоило кинуть на нее взор, как Миша дернулся, очень уж неприятное ощущение, словно он раскусил таракана. И откуда интересно берутся такие аналогии? Ведь проклятый никогда не пробовал ни тараканов, ни какую-либо восточную экзотику. Там что-то было, под слоем песка, но как об этом сказать? Проклятый обернулся, но инструктора поблизости не оказалось, а никто другой его явно не станет слушать. Он вертел головой, в попытке придумать хоть что-нибудь, и вдруг обратил внимание на один из камней, валяющихся тут. Это был хороший, здоровый булыжник, причем, весьма странной формы. Он чем - то напоминал моргенштерн, проклятый вспомнил мудреное словечко, из какой-то онлайн игры, то ли “Диабло”, то ли “Моровинд”. Главное было не это, а то, что камень лежал практически на краю, между четвертой и пятой повозками. Помня, что главное в его предчувствиях - это не сомневаться, Миша потащил камень к краю. Казалось, он весил центнер, и если бы не последние тренировки, его затея не увенчалась бы успехом. В какой-то момент, он вновь почувствовал на себе взгляд, но отвлекаться было некогда, поэтому он не увидел, как тот - же караванщик, внимательно рассматривает его, положив руку на рукоять клинка.
Обливаясь потом, Миша дотащил камень до края, и перевалил его вниз. Тот, ударяясь о стену и кувыркаясь, полетел вниз, и через секунду воткнулся в ровную песчаную поверхность повозки. Раздался дикий, невыносимый вой, и песок словно взорвался. Наружу полезли какие-то твари, плоские как камбала, они прыгали с повозки прямо на стену, и начинали карабкаться вверх. Караванщик, который бодался взглядов с проклятым, пронзительно закричал, вытаскивая меч. Видимо его крик послужил сигналом, и еще минимум из трех повозок, начали вылезать такие же монстры. Тут уже тревогу протрубили и защитники. Ближайшие лучники с арбалетчиками принялись опустошать колчаны, возле ворот закипело сражение. Вот тут выяснилось, что защитники очень и очень уступают в мастерстве гостям.
Над головами возниц, как по волшебству появились щиты, не дающие стелам и арбалетным болтам вгрызаться в людскую плоть. Пока стрелы защитников, смогли нанести урон, только несчастным животным, тянущим повозки. Тут и там, раненые лошади (или все-таки ишаки), пронзительно верещали, дергались, но им некуда было деться в узком ущелье. Нечисть, которую до поры, до времени скрывал песок, неумолимо взбирались по стенам, правда, когда ближе к верху, начался отрицательный уклон, их движение замедлилось, и некоторые начали срываться, падая с противным писком.
Из троих караванщиком, оказавшихся во время замеса впереди, один остался лежать там, где его застала тревога, утыканный стрелами как еж, еще один успел добраться до ворот, и даже пустить кровь кому-то из охраны, а вот третий… Третий дрался как демон. Успев врубиться в толпу охраны, он обезопасил себя от стрел, и непревзойденно орудуя мечом и коротким кинжалом, положил восемь человек, менее чем за минуту. Затем длинным, нечеловеческим прыжком добрался до стены, со свисающими лестницами, попав таким образом в мертвую зону, для стрелков, расположенных вверху.
Часть возниц, под прикрытием щитов, также добрались до ворот, и из небольших арбалетов перестреляли уцелевших и раненых защитников. Часть насекомых, также сумела преодолеть стену. Выползая на ровную поверхность, они с противным писком, бросались на людей. Внешне эти твари напоминали плоский блин, со множеством ножек. Стрелы рикошетили от их панцирей, не причиняя никакого вреда. Тем временем, оставшийся в живых караванщик, и добравшиеся до ворот возницы, воспользовавшись общей неразберихой, и полезли вверх. Защитники сверху были слишком заняты обрушившимися на них насекомыми, и не могли должным образом отреагировать на эту опасность.
Тем временем по ущелью, в сторону ворот, также под прикрытием щитов, двигались еще два десятка бойцов. До инструктора и худощавого охранника, одного из тех, кого пытался предупредить проклятый, наконец-то дошло, что дело пахнет керосином. Сам Михаил в это время лежал на краю обрыва, скидывая ту каменную глыбу, он похоже сильно потянул предплечье и спину. К тому же, оказавшись, первый раз в реальном бою, он сильно растерялся, и ему казалось, что стоит подняться, и в тебя моментально попадет стрела.
А когда из-за обрыва появились первые плоские сороконожки, Михаил натурально впал в ступор. Примерно, как на Земле, встретившись с котом. И точно также, как и в той ситуации, монстр лишь дернулся в сторону проклятого, затем замер, и потопал в другую сторону. Не успел Михаил перевести дух, как к нему подскочил инструктор, и рывком заставил подняться, хотя он и сам понимал, пора уходить от края, и если его не хотят съесть, то вполне могут затоптать. Пока инструктор тащил Михаила, долговязый боец, перерубил сдерживающую опору, и огромная куча камней, пришла в движение. Они сметали попавшихся по пути сороконожек, и сбивали их со стен. Каменная лавина накрыла остаток нападающих, пробирающихся по ущелью. От тяжелых глыб не могли спасти никакие щиты.
Как раз в этот момент, наверху появился этот быстрый и умелый караванщик. Он моментально бросился на ближайших лучников, и в это время до верха добрались и остальные оставшиеся в живых нападавшие. Бой закипел с новой силой. Проклятый все это видел лишь краем глаза, участвовать в бою он не мог, да и не хотел. Однако у некоторых участников сражения были иные планы. Мастер-боец, казалось, целенаправленно пробивается к нему. Непонятно как он его вычислил среди всех защитников, да и как выжил в этой бешеной рубке, но факт есть факт, Миша не успел укрыться за домами, или в одном из них, как неистовый караванщик оказался прямо перед ним. Долговязый боец, тот самый который обрушил камни, бросился на нападавшего сбоку. Силы оказались не равны, и он в следующий миг свалиться замертво на землю. Инструктор куда-то пропал, и проклятый с караванщиком оказались один на один, на расстоянии примерно трех метров.
Вот и все, подумал Михаил, отрешенно смотря на человека в шлеме. Даже глаз не увижу, почему то пришла совсем уж дурацкая мысль. Боец пошел в атаку, а точнее убить человека раскрывшего их, и единственное, на что оказался способен проклятый - это прикрыться рукой, а точнее, просто вскинуть руку в защитном и абсолютно беспомощном жесте. Рука проклятого светилась. Можно было бы подумать, что татуировка, или метка, как ее тут называют, блеснула на солнце, хотя солнца в Шаарне не было. Однако факт, остается фактом, его «украшение» было видно так, словно внутрь встроили подсветку. Караванщик при этом замер, буквально на секунду, но этого хватило, чтобы из его шеи, выросло оперение арбалетного болта. Каким бы супер бойцом он не был, но бессмертным при этом все-таки не являлся. Стоило телу караванщика упасть на землю, как оцепенение Михаила прошло, и обернувшись посмотреть кто его спас, он увидел инструктора с небольшим арбалетом в руках.

Тот подошел к агонизирующему телу и, подождав пока караванщик замрет, сдернул с мертвеца шлем. Увидев лицо бойца, инструктор некоторое время постоял, а затем выругался. Слов проклятый не понял, но интонацию уловил сразу. Ему стало любопытно и, приблизившись, Михаил увидел, что уши мертвеца не такие, как у человека, а чем-то похожи на кошачьи. Они начинались там, где и положено ушам, тянулись вверх вдоль черепа, и вверху имели треугольную форму как у мурчащих, почему-то столь любимых женщинами, животных.
От созерцания, проклятого отвлекли очень грубо. Он чуть не упал от сильного толчка в плечо, и резко развернувшись, Михаил увидел разъяренного крепыша, именно того мужика, которому он сразу не понравился.
-Ты подстроил? - заорал он в лицо проклятому, - ты?
Словарный запас землянина, был весьма мал, чтобы ответить именно то, что очень хотелось, а русского этот дятел явно бы не понял.
-Я их почувствовал, и я предупреждал, что нельзя пускать караван. - Медленно, подбирая слова, ответил он.
-Ты…! Ты отвлекал нас, - проорал мужик, и добавил длинную фразу, которую проклятый хоть и не понял дословно, но в том, что это были отнюдь не комплименты, сомневаться не приходилось. Миша начал выходить из себя, в начале его никто не слушал, теперь еще и обвиняют.
-Идиот! - Бросил он в перекошенное злобой лицо.
Фраза, сказанная на русском, хоть и не была понята, но крепыш тоже уловил интонацию, и в ярости схватив Михаила за грудки, приблизился вплотную.
-Убью! - Проорал он, - столько народу погибло! - понятные слова, он перемежал ругательствами, - плевал я на вас, ищеек! - и он ударил проклятого тыльной стороной ладони.
Почувствовав на лице кровь, Миша просто озверел. Последний раз его били в старших классах, и он отвык от такого обращения. Соперник был здоровее, и явно опытнее в драках, а вдобавок являлся каким-то начальником. По-хорошему, проклятому стоило бы утереться, сделав вид, что ничего не произошло, и разбираться чуть позже, через свое начальство. Однако он слишком устал испытывать физическую беспомощность, и на Земле, и тут во сне. После всех его лазаний на кухонный стол и раковину, после случая с сыном Зинаиды, ему просто хотелось подраться. Он испытывал острую необходимость, наплевав на любые последствия, доказать самому себе, что остался мужчиной. Видимо, что-то такое отразилось на его лице, потому что крепыш вдруг оскалился, и положил руку на рукоять кинжала, а инструктор, видевший все это, и после удара шедший в их сторону - ускорил шаг.
Михаил остался стоять, посмотрел на инструктора, и кивнув тому, улыбнулся. Крепыш непроизвольно повернулся, проследить направление взгляда проклятого, и в этот момент, Миша, что есть силы, ударил его в колено, надеясь на то, что противник не носит какие-нибудь кольчужные штаны. Оказалось, не носил. Крепыш вскрикнул, и отскочил, не дав ему приблизиться для еще одного удара. Он морщился от боли, но, похоже, ни перелома, ни выбитого мениска там не вышло. 
Прорычав что-то непереводимое, крепыш вытащил кинжал, и с весьма недвусмысленными намерениями, двинулся на Мишу. Проклятый попятился, против ножа он сражаться не умел от слова совсем, но тут между ними встал инструктор. Он что-то сказал разъяренному охраннику, тот скривился и опустил оружие. Тем временем к ним подошли еще четверо бойцов. Крепыш что-то приказал им, указав жестом в сторону проклятого.
-Тебе придется провести некоторое время взаперти. – Сказал инструктор, с сожалением покачав головой.
-Я уже понял. Ты расскажешь об инциденте Вильямину?
-Нет, кое-кому повыше, но до него надо еще добраться. А пока иди за ними.
Проклятого сопроводили в один из домов, и провели в подвал. Крепыш, не удержавшись от соблазна, хорошенько пнул его в спину, так что он буквально влетел в маленькую комнатушку. Лязгнул замок, и Михаил остался в одиночестве.
-Да уж, - с кривой усмешкой произнес он, - а в каком-нибудь приключенческом рассказе, меня бы хвалили, поили, и спать уложили бы, как минимум с дочерью старосты.
Он осмотрелся. Свет сюда проникал сквозь узкое окошко под потолком, из мебели: стол, грубый табурет и топчан, а в углу умывальник. Видимо помещение не планировалось как тюрьма, уж слишком много роскоши, для средневековой темницы.
Развалившись на топчане, проклятый размышлял о том, что хорошо бы сейчас проснуться на Земле, а уснуть тогда, когда придет инструктор с помощью. Затем постарался угадать, к кому он обратится. Скорее всего, к какому-то боссу повыше, чем бригадир, тому, кто может отдавать приказы бойцам. Да видимо так. Мысли прыгали непослушными зайчиками, разбегались по углам, и Михаил никак не мог сконцентрироваться на чем-то одном. Например, стоило ему вспомнить про Вильямина, как он испытал нечто вроде обиды.
Бригадир воспользовался тем, что Миша был новичком и не знал местных реалий. Уже немного позже, разобравшись в механизме поиска серебра, кстати, назывался этот металл - лускан, но проклятый по привычке думал о нем как о серебре, так вот, разобравшись в некоторых нюансах, он понял, что ему, вполне, могли дать не 80% от ставки, а 180, а может и все 300. Потому что те твари, которых они обнаружили, около найденной проклятым жилы, являлись некими паразитами. Они иногда обитали около месторождений лускана, питаясь какими-то энергиями, излучаемыми этим металлом (тут Миша так и не смог понять какими именно), и при этом, “создавали помехи”, не давая нюхачам почувствовать серебро. Обнаружить такую жилу можно было только с помощью какого-то высококлассного оборудования, которое никто не привезет в такую дыру. Или с помощью профессионалов, которые сюда тем более не поедут. Так что Миша был находкой для Шаарна, и бригадир явно неплохо нагрел на нем руки. С другой стороны, проклятому все равно не было куда податься.
Никто за ним ни шел, и теперь мысли проклятого перескочили на местное время. Тут оно отличалось от земного. Точнее не так, проклятый думал, что оно отличается от земного, потому что никак не мог понять, как его тут считают. Такого понятие как часы в Шаарне просто не существовало, но местные во времени ориентировались. Самого меченного, начиная с момента приема на работу, грубо говоря, водили за ручку. Тренировки, сопровождающие, прием пищи по расписанию, постоянно поблизости языковой инструктор, а так же постоянно одна погода и отсутствие привычных смен дня и ночи, все это создавало впечатление, что времени тут просто нет.
И вот сейчас, когда абсолютно нечем было заняться, только лежать и ждать, кто придет за тобой, это было особенно мучительно. Неприятных ощущений добавляло также отсутствие чего-либо, что можно было бы использовать как туалет, а сходить за шкаф, назло неведомым тюремщикам не хотелось, ибо неизвестно, сколько ему еще тут торчать. Скорее всего, через пару часов, эти вопросы перестали бы его интересовать, ибо физиологию и сон никто не отменял, но в этот момент лязгнул замок, и дверь распахнулась.
К сожалению, это был не инструктор с помощью, а ненавистный местный начальник с парочкой мордоворотов, и, судя по выражению его лица, Мишу не ждало ничего хорошего. Они поднялись по лестнице, но на улицу выходить не стали, и проклятого втолкнули в еще одну комнатушку, похожую на первую, но побольше. Вместо топчана тут было пара стульев, на которых и расселись его сопровождающие.
-Откуда ты? Имя? - Видимо его решили допросить по всей форме. Крепыш видать уже успокоился, понял, что орать и материть пришлого бесполезно - не поймет, а бить рано, мало ли, вдруг за него вступятся?
-Михаил Стариков, с Земли.
-Как оказался в Шаарне?
Этот вопрос пришлось повторять несколько раз, проклятый не сразу понял, о чем его спрашивают, и допрашивающий, судя по всему начал злиться. Правду говорить не хотелось, причем без особых причин, просто крепыш Мише не нравился, особенно за рукоприкладство.
-Заснул дома и оказался тут. - Ответил он на русском, и крепыш нахмурился.
-Говори, понятно - потребовал он, и Миша, усмехнувшись, снова ответил на родном языке:
-А не пошел бы ты в жопу?
Сложно сказать, что им двигало. До этого он старался никогда и никого не провоцировать, но сейчас просто не мог остановиться. Видимо его визави уловил оскорбительную интонацию, а может просто возмутился из-за использования чужого языка, он вскочил, опрокидывая стул, и в этот момент проклятый наконец-то проснулся. Этания вместе с ее проблемами исчезла до следующей ночи.