Путь Стража

Глава 15. 24 года

Рассвет. Первые лучи солнца пробиваются сквозь густые облака.

Омен возвращается в штаб. Измученный, грязный, со следами крови на одежде.

Но спокойный, довольный. Группа потерявших рассудок магов обезврежена. Деревня, которую они взяли в заложники, освобождена. Он не потерял ни одного человека — ни мирного жителя, ни Защитника. Вспоминает женщину, прижимавшую к груди ребёнка. Пепел на крышах, обугленные знаки на стенах. Эти маги не творили чудес — только боль. Но теперь всё кончено. Он вывел всех живыми.

Заходит в свои покои, направляется в ванну. Долго стоит под горячим душем. Чувствует, как расслабляются все мышцы, как напряжение стекает с тела вместе с пылью и потом.

Возвращается в комнату, берёт телефон. И видит сообщение «Удар Тералин. Незамедлительно явитесь в Цитадель Всадников. Кабинет Войны. Уровень приоритета: высший».

— Только не сегодня… — со стоном прикрывает глаза. — Что теперь?

Во время дороги тревожные мысли бешено крутятся в голове Омена:

— К чему такая срочность? Неужели кто-то всё же пострадал? Или новое задание? Но мне ведь положен отдых… Что-то здесь не так.

Он откидывается на спинку сидения, запрокидывает голову. Пытается поспать хоть немного, но беспокойство не отпускает.

***

Омен входит в кабинет. В уже знакомую атмосферу строгости, порядка.

— Война, — кланяется вежливо.

Тот сидит за столом, перебирает бумаги. Такой же статный, внушительный, как и всегда. Но Омен замечает в его глазах что-то новое, странное. Усталость.

Война указывает на кресло:

— Садись, Удар. Как прошла последняя операция?

Омен опускается напротив Войны, рассказывает ему о событиях в деревне. Тот внимательно слушает, кивает:

— Отличная работа. Но я звал тебя не ради доклада.

Взгляд Войны — проницательный, властный — внезапно меняется на спокойный, заботливый.

— Устал, Тералин? — вдруг спрашивает он.

Омен удивляется такому вопросу, но отвечает не колеблясь:

— Нет, Война. Я готов продолжать работу.

Война ухмыляется:

— Скажи мне — ты считаешь себя достойным Защитником? Только не лги.

Омен, всё больше недоумевающий, замолкает на пару секунд. Потом всё же отзывается:

— Да, Война. Я никогда не отступал от клятвы. Всегда служил жителям Кавалора. Я уверен, что ни разу не порочил это звание.

Война кивает:

— Отлично. Мне нужен уверенный мужчина, а не мямлящий юнец.

Омен хмурится:

— Извини, Война, я не понимаю…

— И это тоже правильно, — кивает тот. — Спрашивать, чтоб разобраться в ситуации.

Война замолкает на несколько секунд. Затем продолжает.

— Я уже несколько лет наблюдаю за тобой, Тералин. Ты справляешься. Младшие идут за тобой, полностью доверяют. Ты не болтаешь — действуешь. Не подводишь.

И поэтому... — взгляд Войны становится твёрже, торжественней. — Я хочу предложить тебе новую должность. Хочу, чтоб ты был моим личным помощником. Моими глазами и руками, моими ушами и голосом.

Омен замирает, поражённый.

— Что? Это шутка? — проносится в его голове.

С трудом выдавливает пересохшими губами:

— Почему я? Есть сотни других — старше, опытней…

Война качает головой:

— Да, они хорошие солдаты. Умеют выполнять приказы. Ты же — думаешь своей головой. Не боишься говорить «нет». Действуешь решительно, но не безрассудно. Мне нужен именно такой человек.

Война оглядывает Омена — напряжённая поза, расширенные от шока зрачки. Машет рукой:

— Ладно, Удар, свободен. Иди, отдохни, обдумай моё предложение. Но завтра я жду тебя с ответом.

Омен встаёт, низко кланяется Войне. Выходит из кабинета на негнущихся ногах. Поспешно выбравшись на улицу, падает на скамейку. Расстёгивает верхнюю пуговицу форменной рубашки, тяжело дышит. Обхватывает голову руками:

— Что же мне делать?

Долго сидит и не знает — смяться, плакать или сбежать.

***

Омен поднимается на крыльцо дома — старого, но прекрасно сохранившегося. Стены из тёмного кирпича увиты плющом. Черепица на крыше отливает под солнцем всеми цветами радуги. Большие окна с витражными вставками.

— Именно так выглядит уют… — думает он. Поднимает руку и нажимает на звонок. Слышит приятную мелодию, разливающуюся внутри.

Через минуту дверь открывается.

— Омен? Ты откуда здесь? Заходи, — удивляется мужчина, выглянувший из дома, и пропускает его внутрь.