Путь в Эльдорис

Глава 6. Не одна

Родители уехали, Яну я написала смс о счастливом возвращении ко мне Луны, а потом началась гроза, да такая, что я не рискнула даже выйти во двор за дровами, чтобы растопить на ночь печь. Вспыхивало, казалось, над самым домом, и громыхало в то же мгновение, подтверждая мои догадки о том, что непогода разыгралась прямо у меня над головой. Помня страшные истории деревенских жителей об опасности молний, которые могут ударить в провода и не только сжечь все электроприборы, но и ударить в человека, сидящего рядом с розеткой, я всерьез подумывала о том, чтобы выключить автомат. Но отвечающие за электроснабжение люди решили эту дилемму за меня, отключив свет во всей деревне разом. Во время гроз во избежание поломок так делали довольно часто.

И теперь я сидела за столом и в полумраке смотрела на горящую передо мной свечу. На душе было светло и печально. Огонь даже в таком крошечном своем проявлении привлекал меня и буквально притягивал взгляд. Было еще не поздно, но меня начинало клонить в сон. Луна мирно спала, свернувшись у меня на коленях. Она давно смекнула, что в таких обстоятельствах, как грохот и темнота, прорезаемая вспышками молний и блеклым светом единственной зажженной свечи, ничем лучшим заняться все равно нельзя.

А мне не хотелось быть сейчас одной, и я стала мысленно говорить с Ливом. Так, будто он в самом деле мог меня слышать. Я рассказывала ему все, что происходило со мной здесь без него. О своих новых друзьях, о родителях, которых я собиралась покинуть, о Луне, оказавшейся лучшим подарком ко дню рождения и уютно посапывающей сейчас рядом со мной.

— А еще у нас сейчас гроза и во всей деревне отключили свет. То есть электричество, от которого работают лампы, дающие нам свет. И я сижу при свечах, точнее, свече. Конечно, света от нее немного, но мне нравится. Я люблю живой огонь.

— Я тоже сижу при свечах, — сказал Лив, и я поняла, что все-таки заснула.

— Почему? — спросила, заглянув в любимые карие глаза и с упоением наслаждаясь этими мгновениями, пока могу, пока вижу его. «Как же мне не хватает тебя, Лив».

— Здесь в своем роде тоже выключили электричество, — ухмыльнулся он, но смотрел при этом с такой удивительной нежностью, что щемило сердце.

— Что же мне делать, Лив? — выдохнула я, не в силах оторвать от него взгляд.

— Проснуться, Тания. Спать при горящих свечах опасно.

Раздался громовой раскат, и я вздрогнула от неожиданности и резкой смены действительности. Только что говорила с Ливом, а теперь оказалась опять здесь, в деревенском домике моих родителей, и вокруг бушует гроза.

Луна потянулась и муркнула сквозь сон. Я осторожно подняла ее на руки, затушила свечу и пошла к себе в постель. Спать при горящих свечах опасно.

Больше этой ночью ничего запоминающегося мне не снилось, но свет, поселившийся в душе после встречи с Ливом, не исчез и с наступлением утра.

Следующие несколько дней я занималась тем, что учила эльдорийский. Занятие это было довольно странным, поскольку повторение звуков, рождающихся у меня прямо в голове, давалось очень легко, и в то же время все произносимое казалось чуждым и непривычным. А ведь я говорила на этом языке все то время, что пробыла на Эльдорисе! Так или иначе, я делала успехи, и мне не хватало для полного счастья только какой-нибудь книги на эльдорийском, которую я могла бы попробовать прочитать, используя шкатулку в качестве магического онлайн-переводчика, ну или хотя бы словаря.

Как раз тогда, когда занятия успели наскучить, позвонил Макс, и мы договорились о месте нашей походной встречи. Я боялась надолго оставлять Луну одну, но брать ее с собой боялась еще сильнее. Поэтому ночевать с ребятами на озере не планировала, только провести день.

Ранним утром я достала из кладовки старенький, но еще вполне исправный велосипед, покормила котенка и, заперев дом, отправилась в путь. Сначала к дороге в сторону поселка, оттуда по направлению к другой, не менее глухой деревеньке, от которой можно добраться до озера. Встретиться мы договорились еще дальше, уже за деревней, там, где дорога кончалась. Вернее, превращалась в непроходимые колеи размером с хорошую канаву из скользкой грязи. И я очень надеялась, что парни ничего не напутают в местных развилках и придут именно туда.

Еще издалека приметила две фигуры, устроившиеся на обочине, и помахала им.

— Привет, ребята! — сказала, улыбаясь и искренне радуясь встрече. — Как дошли?

— Привет, Танюша. Дошли хорошо, в полном составе, как видишь, и готовы к бодрящему купанию в водах лесного озера, — усмехнулся Макс.

— К моменту, когда мы доберемся до озера, вы и в проруби будете согласны искупаться. Идти тут прилично.

— Не волнуйся, мы привычные, — сказал Ян. — А вот как нам по этой, с позволения сказать, дороге, велик тащить — другой вопрос.

— Да это не вопрос, а факт, — отозвался Макс. — По «этому» ни велик тащить, ни самим идти — не вариант. Попробуем по лесу обогнуть.

— Я знаю, что дорога к озеру идет, а насчет того, как по лесу добираться, не уверена.

— Не волнуйся, по азимуту пойдем, я карту приблизительно помню.

Мы углубились в лес и почти сразу вышли на вполне пригодную для ходьбы тропку, вроде как ведущую в верном направлении. По ней и пошли, беззаботно болтая о всякой ерунде. Говорить с парнями, особенно после некоторого времени отшельнической жизни, оказалось настолько приятным и веселым занятием, что когда прямо посреди тропинки в десятке метров от нас возник дикий кабан, это было не просто неожиданностью — настоящим шоком! Время словно замедлилось, и я вдруг поняла, что вновь ощущаю присутствие Лива.

«Ливолис, ты здесь?»

«Да, Тания, это я», — услышала долгожданное, и меня обдало согревающим светом, ласковыми огненными всполохами и гаммой смешанных чувств, преобладающей среди которых была радость.

«Что мне делать?» — спросила, посылая ему как можно более полный образ ситуации, в которую попала. Я хорошо помнила статью о диких животных в наших лесах, которую дала мне прочитать мама. Встретиться с этим лесным зверем было опаснее, чем с волком и медведем вместе взятыми. От кабана не убежать.