Путь волшебницы

Глава 5.

Глава 5.

Бостон, США

Миа не могла поверить, что за несколько месяцев её жизнь смогла так перемениться. Событий за последнее время было столь много, что некоторые она помнила, как в тумане. Во-первых, она встретила свою любовь и вышла замуж: её избранником оказался тот самый врач из автобуса. Во-вторых, она сменила место работы, причём кардинально: теперь Миа работала с Дэвидом, в его медицинском центре. Особого от неё не требовалось, она беседовала с пациентами и водила руками. Как объяснил ей муж, - она уже своим появлением благоприятно действует на больных. Миа сомневалась, что это так. Всё-таки самым сильным её опытом лечения оказался тот первый случай в автобусе. Иногда, путём концентрации, она чувствовала лёгкое  тепло в солнечном сплетении и толчки энергии. Дэвид говорил, что всё придёт со временем, и Миа ему верила. Она во всём с ним соглашалась, муж был таким заботливым, внимательным, всегда был рядом и постоянно готовил травяные чаи по собственному рецепту. С ними она обретала хороший сон и лёгкость во всём теле.

Свадьба прошла скромно, в мэрии, они вдвоём и пара свидетелей, друзей Дэвида. Он был атеистом, и Мие пришлось отказаться от венчания. Они с Сюзи страшно разругались после того, как Миа рассказала ей о предстоящем торжестве.

- Ты с ума сошла! – вопила Сюзи. – Ты его совсем не знаешь!!!

- Не ты ли с таким упорством выпроваживала меня на свидание с ним? – спорила Миа, чувствуя, что та права.

- Ты сама говорила, что он непонятный, странный, и тут – бах! – любовь всей твоей жизни. Да очнись ты наконец! Никто не запрещает тебе встречаться с этим Стэнфордом…

Миа гневно фыркнула.

- Но не так скоропостижно! Что бы на это сказали твои родители?

Сюзи ударила по самому больному: они погибли, когда Мие было всего шесть. Она помнила отдельные фрагменты их счастливой семейной жизни, обрывки фраз, звуки, запахи, мамино любимое платье синего цвета в цветочек, папино увлечение резьбой по дереву, поездка в зоопарк… Остались только фотографии и пару любительских видео с их свадьбы и дней рождений. С бабушкиных слов Миа была больше похожа на папу, но глаза и цвет волос унаследовала от матери.  Действительно, что бы сказали её родители? На минуту девушка задумалась, но упрямство взяло верх.

- Вообще я хотела просить тебя быть моей свидетельницей, но с таким отношением ничего я просить не буду!  

- Да ноги моей не будет на этой твоей свадьбе!

Крики словно повисли в воздухе. Обе уставились друг на друга в недоумении. Они столько раз мечтали о своих свадьбах, были выбраны места, стиль церемонии и платьев, макияж и аксессуары. Сколько раз они сидели над журналами свадебной моды, обсуждали и смеялись, мечтали и грустили. Подружками невесты, разумеется, были они. И теперь все эти мечты в один момент рухнули. Миа хотела ей признаться, что уволилась из музея, и теперь будет помогать Дэвиду. Но, предчувствуя бурные эмоции и по этому поводу, благоразумно решила умолчать.

Сюзи села на их любимый бежевый диван.

- Я бы много чего ещё могла тебе сказать, - она подняла на подругу заплаканные глаза. – Но ты меня не слушаешь. Ты словно под гипнозом.

Миа изумилась – она никогда не видела легкомысленную, поверхностную Сюзи   такой подавленной. Миа ощутила укол совести, но быстро его подавила.

- Надеюсь, ты передумаешь, - грустно сказала она, взяла сумку и повернула к выходу.

«Но так и не передумала», - вздохнула Миа. Она сидела за обеденным столом на кухне. Дом, в котором они жили, был небольшим, но уютным, обставленным мягкой мебелью. Спальня, гостиная, кабинет и столовая. Была ещё комната для гостей, которую Миа мечтала со временем переделать в детскую. Правда, Дэвид всегда переводил разговор о детях на другую тему. После работы они ужинали дома, на выходных новоиспечённой целительнице иногда удавалось вывезти супруга на природу, тот был редкий домосед.

Она посмотрела на небольшой дворик за окном – ей так хотелось вырастить там хотя бы несколько цветов, но всё усилия заканчивались прахом: рассада не принималась, семена не всходили. Может, виной тому была земля – сероватая, как  пыль, не похожая на грунт в остальном городе. Сад порос сорняками, но Миа не торопилась от них избавляться – пусть хоть какая-то растительность радует глаз.

Девушка поставила белую чашку на деревянный стол – грубоватый, как и вся их кухонная мебель – и принялась за яичницу. Дэвид настаивал на плотном питании и советовал всё запивать чаем. Сегодня утром это был ромашковый. Мие не нравился вкус травяного варева, но муж так ради неё старался. Внимательный и заботливый, он всегда был рядом. Ласков, предупредителен, настойчив, но в меру. Странное дело, она каждое утро пыталась вспомнить подробности интима ночью, но кроме поцелуя в щёку память дальше не двигалась. «Конечно, у нас прекрасный секс», - убеждала  себя Миа и винила во всём резкие перемены, усталость и чай, от которого она падала в кровать, как подкошенная.

  Позавтракав, Миа отправилась на работу, в центр «Изида». После Рождества  пациентов прибавилось, иногда ей приходилось обходить по двадцать человек за день. К вечеру она так уставала, что ей казались странные вещи. Например, вчера мисс Джонс, старшая медсестра, посмотрела на неё кошачьими зрачками, а неделю назад один пациент прятал под кровать свой чешуйчатый хвост. Смеясь, она рассказала об этом Дэвиду – тот  заметно занервничал: