Путешествие домой

Глава 6

Ночь пролетела незаметно. Всё это время Рин неподвижно сидел на улице между домами, снова и снова прокручивая в голове одни и те же слова: «Их больше нет». Внутри него что-то сломалось — безвозвратно.

«Что мне делать дальше? Как жить без них?.. Если бы только я был сильнее… Если бы мог остановить этого проклятого медведя…»

Он винил себя за слабость, за то, что не оказался рядом.

«Зачем я ушёл в тот день… Лучше бы умер вместе с ними…»

Вдруг на улице раздались крики.

— Всем собраться на центральной площади! — бежал мужчина, повторяя одну и ту же фразу.

«Надо идти…», — подумал Рин, сам не зная зачем.

На центральной площади собрались все выжившие. На помосте в центре толпы стоял хорошо одетый мужчина в окружении стражников. Он начал говорить, стараясь перекричать шум:

— Я понимаю, что вы потрясены. Многие потеряли дома, кто-то — родных… Но мы должны собраться с силами и продолжить жить…

Не успел он закончить фразу, как из толпы вырвались крики:

— Как вы предлагаете нам жить дальше, если наши дома разрушены?!

— А если это повторится? Что тогда?!

— Где были культиваторы?! Почему они это допустили?!

Толпа гудела всё громче. Стражники напряглись — казалось, ещё немного, и начнётся беспорядок.
И тут, словно возникнув из воздуха, на помосте появился человек с мечом за спиной, одетый в одежду, напоминающую наряд культиваторов. Однако в его одеянии преобладал белый цвет с изящными золотистыми элементами. Его облик, осанка и уверенная походка сразу выдавали в нём представителя знати. Он шагнул вперёд и закричал так, что его голос эхом прокатился по всей площади:

— А ну, замолчали!

Толпа мгновенно стихла, устремив взгляды на незнакомца. Тот заговорил тише, но голос его звучал так же отчётливо, будто гремел в ушах:

— Я понимаю ваше негодование. Но никто не был готов к подобному. Такое масштабное и организованное нападение монстров не происходило уже давно. Сейчас все границы укреплены. Восточная — под особым контролем и уже восстанавливается. Такого больше не повторится. Мы готовы.

— Вы знаете, почему это произошло?! — крикнул кто-то из толпы.

— Обстоятельства уточняются. По предварительным данным, каменный медведь четвёртого низшего уровня был вытеснен из своего ареала обитания в северных горах. В районе города Робос ведётся активная добыча руды — люди продвигаются всё глубже в горы, уничтожают монстров и подчиняют новые территории. Возможно, этот медведь был королём тех мест и покинул их вместе с другими существами. Он прорвал границу, а за ним последовали обитатели восточного леса.

— Что нам теперь делать?! — снова раздалось из толпы.

— Сейчас начнётся перепись. Вам необходимо пройти в дом управления этого поселения и, в порядке очереди, сообщить сведения о себе и своих близких. Детей-сирот приютит Империя. Позже Империей будут направлены рабочие и материалы для восстановления. За каждого погибшего члена семьи положена компенсация — двадцать золотых. Выплаты начнутся после подтверждения данных.

Из толпы послышались возмущённые крики:

— Вы просто хотите откупиться! Как деньги вернут нам погибших?!

— Куда нам теперь идти?!

Толпа загудела. Мужчина снова повысил голос:

— Замолчали! — его крик был ещё громче прежнего. — Я понимаю: ничего не вернуть. Не хотите — не берите деньги. Но кому вы сделаете хуже? Вы знаете, в каком мире живёте. И всё же, несмотря ни на что, Империя всегда заботилась о своих гражданах. Теперь — все в очередь. Кто не попадёт в списки, будет считаться пропавшим без вести.

Началась давка. Люди ринулись занимать очередь. Стражники пытались навести порядок, но тщетно.
Рин пошёл за всеми, как во сне. Он простоял в очереди до самого утра, будто погружённый в пустоту.

«Зачем я здесь стою?.. А, да… Нужно получить деньги. А за что? За смерть дяди Саши и тёти Агаты?.. А зачем мне эти деньги?..» — Рин размышлял, стоя уже внутри здания.

«Имею ли я право их взять?.. Что мне делать дальше?.. Как там Надя? Надеюсь, с ней всё хорошо…»

Он всё глубже погружался в себя, взгляд его становился всё более мутным.

И вдруг, в этом беспощадном водовороте мыслей всплыло последнее тёплое воспоминание — тот момент перед уходом за травами в роковой день. Оно стало светлым лучом в темноте, словно кто-то послал его. Всё внутри Рина сжалось, перевернулось… Но ни один мускул не дрогнул. Он больше не мог плакать — будто слёзы в нём закончились.
Неожиданно он покинул очередь и, не оборачиваясь, зашагал к городу — под изумлённые взгляды тех, кто остался.

На улицах продолжали оказывать помощь: раздавали еду, лечили раненых. Люди были истощены — и морально, и физически, — но некоторые уже отправились восстанавливать дома.
Стражники у пропускного поста отшатнулись: одежда Рина по-прежнему была пропитана засохшей кровью, окрашенной в бордово-тёмный цвет, и сам он выглядел как ходячий мертвец.

— Парень, нам запрещено пускать пострадавших из других районов, — сказал один из стражников, протягивая ему обратно именную табличку.

— Я не собираюсь задерживаться. Хочу лишь зайти в алхимический дом и продать травы, — Рин достал траву третьего класса и показал им.

Стражники переглянулись.

— Мы не можем тебя впустить. Особенно в таком виде — людей распугаешь, — усмехнулся один из стражников. — Но... думаю, мы можем договориться.

— Как? — безэмоционально спросил Рин.

— Отдашь нам эту траву — и мы тебя пропустим. Мы рискуем, нарушая приказ. Это должно окупаться.

— Я не могу отдать её вам, — тихо произнёс Рин, глядя в пустоту.

— Тогда катись отсюда! — резко выкрикнул стражник.

Рин уже было развернулся, как вдруг из очереди вышел высокий, статный темноволосый мужчина. Его белоснежная одежда с изысканной отделкой говорила о высоком статусе. Он спокойно положил руку на плечо Рина:

— Парень, подожди, — мягко сказал он, а затем обратился к стражникам: — Что здесь происходит?