Путешествие на четверых, не считая собаки

Пугало.

Эта ночь выдалась, на удивление, светлой. К вечеру ветер разогнал тучи, и на небе появилась полная, яркая луна. Она заливала высокий берег голубым светом, отражалась в реке, обрисовывала деревья и кустарники, играла с тенями.

У костра между тремя путниками метался пёс, Бродяга. Он лаял и, хватаясь зубами за штанину Владимира Степановича, тянул того куда-то вдоль реки, прочь от огня.

Пёс видел, как люди волновались, о чём-то переговаривались, рассматривали шарф дурнопахнущей (по мнению пса) женщины, но идти с ним не собирались.

Бродяга сел между туристами и фыркнул. В своих собачьих мыслях он сетовал на трудности перевода и неспособность двуногих к доверию. Последний факт представлялся ему крайне несправедливым, ведь сам пёс доверял, несмотря на их странное поведение.

Он мог бы прочесть целую лекцию на тему "Странности в поведении людей" и даже получить за неё какую-нибудь награду. Сейчас, по его мнению, высшей степенью чудаковатости обладала их игра, по правилам которой они блуждали кругами уже несколько дней, лазили вверх по неудобным камням, воздерживались от еды и спали в больших мешках на холодной земле, хотя вернуться в тепло и уют базы, где вкусно пахло котлетами, не составляло никакого труда. Пёс знал, что дорога обратно не займёт и половины дня. "Люди, такие люди..." - думал он каждый раз, когда следовал за туристами на очередной круг их маршрута.

Но в данный момент у него была другая задача: вернуть овцу, вернее дурнопахнущую женщину, в стадо. Сама дойти она не может, значит, решил пёс, остальных нужно привести к ней.

После долгих «уговоров», включавших лай и виляние хвостом, путешественники, наконец, догадались, что от них требовалось. Бродяга полагал, что сработал давно известный собачий лайфхак, приём на крайний случай. Трюк выполняется по следующей схеме: ухватить за штанину и потянуть, отбежать в сторону, гавкнуть, вернуться и снова схватить за штанину. Далее повторять до полного усвоения человеком передаваемой информации. Только есть нюанс, работа должна выполняться с филигранной точностью. Любая практикующая такой способ коммуникации собака знала: ни в коем случае нельзя хватать зубами саму ногу человека, в противном случае начнётся такой кордебалет, что мало не покажется…

…Трое туристов следовали за псом вдоль кромки реки на юг и сами себе удивлялись: на ночь глядя, с тускло светящимися фонариками идут по зову дворняги, имея смутный ориентир и такой же неопределённый повод в виде шарфа четвёртого члена группы — Вики, которая к тому же накануне сбежала с общей провизией.

- От Вики одни неприятности, - пробурчал Владимир Степанович.

- Если она жива, то ненадолго, - решительно заявила Ника.

Вскоре Алексей, шедший первым, остановился. В этом месте река имела изгиб почти под девяносто градусов, и крутой берег, по низу которого и шли туристы, перекрывал обзор. Лёша сделал шаг в воду, чтобы разглядеть то, что скрывалось за поворотом.

- Выключите фонарики, там что-то есть, но рассмотреть не могу, - прошептал он.

Ещё какое-то время они не двигались, давая глазам возможность перестроиться на естественное лунное освещение. Постепенно на фоне серебристой реки стал проявляться силуэт, зависший в воздухе у склона над водой.

«Висельник?» - подумал Владимир Степанович и сам испугался своего же предположения. Мужчина крепче ухватил фонарь в готовности нажать на кнопку «ВКЛ» в любой момент.

- Пугало? – прошептала Ника и стала озираться по сторонам в поисках тех, кто мог его здесь соорудить, и в особенности тех, кого предполагалось пугать.

- Не думаю, – ответил Алексей и добавил подробностей: - Они руками махать не умеют.

От этих слов у Владимира Степановича встали дыбом остатки волос на голове, а палец рефлекторно зажёг фонарик. Впрочем, его орудие защиты лишь тускло мигнуло и вновь погасло.

Из темноты доносился чей-то монотонный бубнёж, но слов разобрать не получалось. Туристы замерли: Алексей оценивал ситуацию, Ника пыталась разобрать слова, а Владимир Степанович просто оцепенел от ужаса. В итоге решение за всех принял пёс, он громко залаял и побежал к «пугалу».

В ответ послышалась быстрая, отрывочная речь:

- Бродяга, миленький, ты вернулся! Хороший, хороший мальчик! Я больше никогда-никогда так делать не буду. И есть тебя не буду, и красть еду не буду, и в походы больше не пойду. Господи, я всех любить буду, на благотворительность деньги переведу, чаевые всем оставлять буду, и спасибо всегда говорить, только помоги мне выбраться отсюда! Пожа-алуйста! Я домой хочу-у-у…

Узнать Вики можно было только по голосу. Девушка висела, зацепившись рюкзаком за толстую ветку дерева, которое росло на берегу. При этом она была так измазана речной тиной и грязью, что розовый цвет куртки даже не проглядывал.

- По-моему, это я видел в «Рэмбо», - тихо протянул Лёша и уже во весь голос обратился к девушке: - Привет, Вики!