Путешествие на деревянном корабле

Погоня.

Погоня.

На улице их уже поджидал Сичкин. Он вертел головой по сторонам демонстрируя крайнее беспокойство.

― Давайте быстрее. Нечего нам тут рассусоливать…

Пират же совсем не волновался. Прислонившись к стене,  начал набивать трубку, что-то напевая. Но самое поразительное было вовсе не это, а то, что прохожие шли мимо, абсолютно ничего не замечая. А уж что может быть удивительнее, чем пират в полном боевом облачении с двумя пистолетами за поясом, да ещё и раскуривающий у всех на виду экстравагантную трубку? Всё это в который раз показалось Антону очень странным и подозрительным.

― Почему на него никто не смотрит? ― спросил он у Алисы.

― Не знаю…

Пират как ни в чём ни бывало выпустил огромный клуб дыма ― трубка, наконец, раскурилась.

― Самый лучший табак ― это трубочный, ― безапелляционно заявил он Антону.

― Я не курю, мне всё равно.

― Курение вредно для здоровья, ― поддержала Антона Алиса.

― Я с двенадцати лет курю, и здоров как бык. Все болезни от нервов, а табак успокаивает.

― А разве трубочка не сушит? ― поддела пирата Алиса, явно демонстрируя свою начитанность.

― Может и сушит, только я пью достаточно, чтобы компенсировать, ― ответил пират и продолжил распространяться о предмете, правда, объясняя почему-то только Антону.

― Хороший табак получается из правильно подобранной смеси трёх сортов. В одном сорте никотин, в другом ― аромат, в третьем ― крепость. Опытный курильщик всегда знает, когда и какому компоненту отдать предпочтение. Этим трубка выгодно отличается от сигарет и папирос: ты можешь сам выбирать пропорции. Но, разумеется, это приходит с годами. В любом деле необходимы знания и опыт.

Сичкин, всё это время стоявший как бы в стороне и не принимавший участия в разговоре, ещё раз напомнил о том, что самое время уходить, а о таких, без сомнения, важных вещах, о коих повествовал Сильвер, можно и в дороге пофилософствовать. На этот раз его послушались, и вся компания направилась вдоль по улице. Антон хорошо знал это место ― рядом находилась пирожковая, где он иногда покупал удивительного вкуса беляши, от которых, правда, если их переесть, всегда становилось плохо.

― Куда идём? ― поинтересовался Антон.

― Надо мотор ловить… ― как бы рассуждая вслух, сказал Сильвер.

Сичкин сразу выбежал на проезжую часть и стал буквально бросаться под колёса. Выглядело это так: сначала он бегал вдоль дороги по три метра туда и обратно, затем резко останавливался и вытягивал руку, а потом, как если бы рука перевешивала, падал за ней прямо на автомобили.

― Оригинальный способ ловить такси, ― пробормотала Алиса.

Антона тоже позабавил такой метод. Он стоял, улыбаясь, и никак не мог понять: придуривается Рома или делает это всё всерьёз. Однако почему-то никто не хотел останавливаться, и Сичкин в отчаянии уже чуть ли не стал бросаться на капоты. Сильвер, взирая на это с абсолютным спокойствием, докурил трубку и выбил пепел о ручку костыля. Наконец, кто-то из страха задавить пресс-атташе тормознул, и Сичкин тут же бросился к дверям, крича при этом:

― Поймал! Поймал! Едемте быстрее!

Остановленная им машина оказалась «жигулями», причём какого-то очень лохматого года. Весь правый бок в царапинах и вмятинах, да ещё и покрашена она была в ярко-жёлтый цвет. Но Сильвер уселся за водителем абсолютно без тени смущения, Сичкин прыгнул на штурманское место с такой поспешностью, как будто боялся, что кто-то его опередит, а Алиса оказалась между пиратом и Антоном, влезшим самым последним. Как только дверь захлопнулась, водитель дёрнул с места в карьер и, только проехав первый перекрёсток, поинтересовался, куда собственно ехать.

― Дорога на Турухтанные, ― ответил Сильвер.

― Ох ты, надо было поворачивать, ― посетовал водитель, качая головой.

Он был похож на какого-то импортного киноактёра, но отягощённого чисто отечественными бонусами ― залысиной, небритой щетиной и сединой на висках.

― Так что ж ты гонишь сразу? Нужно было спросить вначале! Всё торопятся куда-то, ещё и книг не читают, небось… ― начал корить его Сичкин.

― А на Турухтанных куда? ― косясь на Сильвера в салонное зеркало, уточнил водитель, явно игнорируя Сичкина.

― Третий район порта знаешь?

― Контейнерный терминал? Знаю, конечно! У меня там друг работает на кране. Я тоже хотел устроиться, но никак не пролезть, только по большому блату берут.

― Вот туда нас вези, там протока такая есть перед проходной у стоянки. К ней, ― попросил Сильвер.

― Попугай у вас не живой, что ли? ― оглядывая пирата в зеркало, спросил водитель.

― Нет, ― ответил Сильвер и недовольно сжал губы.

«А то, что он ― пират, его не удивляет?» ― подумал Антон.

― В театре работаете? ― не выдержал, наконец, водитель.

Антон с Алисой переглянулись .

― Нет, я пират, ― просто ответил тот.

― Надо же… ― водитель, казалось, не столько удивился, сколько озадачился. ― Деньги-то есть? Я в кредит не повезу.

― Дублоны, талеры, луидоры, рубли… ― начал Сичкин.

― Последнее, пожалуйста, и лучше вперёд.

― Как скажете, ― холодно закончил пресс-атташе, недовольный тем, что его перебили, не дав блеснуть нумизматическими познаниями, и полез в портфельчик.

― Хороший кошелёк… ― позавидовал водитель.

― С рублями неувязка, ― сказал Сичкин, продолжая рыться в недрах сумки. ― Все пропили… Только дублоны остались. Или грамм двести могу накатить настоящего французского коньячка?

― А по какому они курсу сейчас? ― осторожно спросил Антон, имея в виду дублоны.

― Дублоны-то? По два эскудо. ― ответил Сичкин, продолжая копаться.

― Не, мне рубли давайте, куда я с вашими дублонами? Их хоть меняют сейчас? ― запротестовал водитель.

― Они из чистого золота, дурень! Золото во все времена в ходу, ― урезонил его Сичкин, не прекращая поиски. ― Или в крайнем случае зубы себе вставишь.