Путешествие на Паттхару

3_08

-Но ведь этот парень, Ашетош, сам пригласил нас за свой стол. Мы могли бы познакомиться еще и с теми ребятами, -  недовольно проворчал он.

-Эти ребята пришли к советнику по семейному вопросу, - Стэн сыпал в свое вино ароматную смесь, подававшуюся вместе с чашами и всем своим видом показывал, что больше покидать свое место не сбирается. – И любой паттхарец понял бы, что надо отойти в сторонку.

-Что за семейный вопрос? – Руфус уже научился подмечать перемены интонаций в голосе друга, означавшие, что речь идет о каких-то весьма своеобразных местных традициях.

-Ты точно хочешь это знать? – вздохнул Макклоски, с неподдельной мукой бросив взгляд в сторону Ашетоша, который с невозмутимым видом принимал какие-то подношения и чуть заметно кивал в ответ на нижайшие поклоны.

-А зачем я, по-твоему, сюда приехал? – недовольство все еще звучало в голосе Эли.  – Посмотреть на достопримечательности, в конце концов, можно в онлайн-панорамах!

-Я думал, ты приехал для того, чтобы составить бизнес-план, и решить, стоит ли здесь открывать пару-тройку гостиниц «Эли», - не удержался Стэн от подколки. – Ладно, объясняю: здесь, на Паттхару, испокон веков  существует традиция, связанная с пристройством младших сыновей. Семьи здесь чаще всего чертовски многочисленны, и даже у зажиточных арзайцев иногда возникают проблемы с тем, чтобы найти каждого наследника теплый уголок. В давние времена эта традиция была прямолинейна и груба – мальчиков просто дарили тому богачу, на покровительство которого семейство рассчитывало в своих делах. Позже, для соблюдения приличий, таких покровителей стали называть восприемниками – якобы добрый человек усыновляет пару-тройку юношей для того, чтобы помочь клану, неспособному поднять на ноги всех своих детей.

-Дарить? В смысле… - Руфус невольно повернулся к столику Ашетоша, чтобы получше разглядеть суетящихся перед Ашетошем людей.

-Во всех смыслах, - буркнул Стэн.

-Разве это не пртивозаконно?

-Помогать семьям менее богатых сограждан, принимая на себя воспитание нескольких мальчиков посмазливее? Попробуй-ка объясни, что в этой традиции дурного, прежде чем начать раскачивать гражданских активистов для борьбы с ней, - вздохнул Макклоски.

-И что же – Ашетош согласится? – недоверчиво спросил Эли, слабое возмущение которого быстро перешло в любопытство.

-Этот приятный парень? – насмешливо отозвался Стэн, откровенно передразнивая приятеля. – Разумеется, раз уж он назначил им встречу. Понимаешь ли, традиция паттхарского восприемствования настолько спорна, что даже местные понимают, насколько это все неприглядно с точки зрения закона и морали. Оттого процедура передачи таких юношей-подарков всегда производится в публичных местах, чтобы никто потом не подал судебный иск, обвинив бывшего покровителя в похищении и принуждении. Ты, я, господин Гириш и его работники - все мы – свидетели того, что передача мальчика происходит на сугубо добровольных основаниях, и все чертовски рады происходящему.

Юноша, о котором сейчас, по сути, шел разговор, и вправду был весьма хорош собой: лет семнадцати, более темноволосый, чем остальные арзайцы, которых видел сегодня Руфус. Он волновался, но изо всех сил сохранял бесстрастное выражение лица. Руфус не мог отвести от него взгляда: что-то особое, порочно-манящее теперь виделось ему в чертах лица того, кто предназначался в дар Ашетошу. Сам советник выглядел все так же: спокойный, утонченный, вежливо и светски улыбающийся – его так легко было представить на торжественных приемах, которые устраивал иногда Эли-старший!..

-Но почему мальчики?.. – пробормотал Руфус, пытаясь разобраться, какие же чувства у него вызывает это странное зрелище, одновременно отвратительное и притягательное.

-Потому что с девочками все куда сложнее, - тут же ответил Стэн.  – Внебрачные дети, невозможность выдать замуж опозоренную дочь… То, что для этого паренька станет карьерной ступенькой, для девчонки будет концом жизни – к женщинам на Паттхаре относятся куда строже. Позор – это верный путь попасть в низшую бразму - а это пожизненный приговор и самой женщине, и ее будущим детям. Женщина на Паттхаре либо добропорядочная жена, либо до конца жизни принадлежит кварталу публичных домов. Этот мальчик… Ашетош поможет ему найти место секретаря в одном из министерств, а его семья получит выгодный контракт или продвижение по службе для кого-нибудь из мужчин. Гнусность, но искоренить ее удастся нескоро.

-Гнусность, - рассеянно повторил Эли. – Но ведь они, наверное, привыкли и не видят в этом ничего ужасного?

Макклоски хотел было ответить, но затем смолчал, сжав губы: ему явно не нравилось, как приятель относится к увиденному.

Его дурные предчувствия начали оправдываться куда раньше, чем того можно было ожидать. Едва только договор между советником и его гостями был утвержден, как Ашетош, не утруждая себя многословными объяснениями, сообщил, что торопится, оттого не может пригласить гостей за свой стол.

-Жду вас в своем доме, как было условлено, - бросил он, и просители торопливо попятились к выходу, кланяясь на ходу. По кислому лицу главы семьи было заметно, что краткий ответ чиновника он посчитал плохим предзнаменованием, однако причин произошедшего не понимает и боится рассердить советника еще сильнее. Руфус видел, как в дверях он отвесил сыну подзатыльник, видимо, решив, что советнику не понравилось что-то в поведении юноши.