Путешествие по чашам весов. Левая чаша 2

ЭПИЛОГ

Озби предполагал, что ему будет нелегко, но чтобы так… Когда он стал капитаном корабля, на него свалилось столько новых обязанностей, что это потребовало полной мобилизации всех его сил.

Первый месяц он почти не спал по ночам. Советоваться ему было не с кем. Озгуш, Комда и Мстив, то есть самые опытные члены экипажа, улетели на Соурс. Оставался только Энди. Но тот предпочитал ограничиваться весьма расплывчатыми советами, которые трудно было применить в повседневной жизни. Главный из которых заключался в том, что вагкх должен сам решить, как будет управлять кораблем и экипажем. Он обязан самостоятельно принимать решения.

И Озби начал учиться быть «самостоятельным». Однажды вечером он сел за стол, достал лист бумаги и стал писать. С одной стороны разделенного надвое листа перечислил имена тех командиров, с которыми ему приходилось встречаться в жизни, а с другой — те качества их характеров, которые вызывали его уважение.

За этим занятием Озби провел несколько вечеров, прежде чем выстроил окончательную схему. Теперь ему оставалось только следовать своему плану. Первым делом он сделал себя максимально открытым и доступным для любого члена экипажа. Вторым —  установил на судне жесткую дисциплину. Тренировки, вахты, соревнования и прочие атрибуты жизни на космическом корабле расписывались на месяц вперед. Их точное и своевременное исполнение строго контролировалось.

Озби был строг, но справедлив. Скоро это стало приносить свои плоды. Его авторитет вырос и упрочился. Правда, у этого плана оказались и побочные эффекты. Теперь по вечерам в его каюте собиралось множество народа. Все получали удовольствие, общаясь в неформальной обстановке, а Озби ловил себя на том, что устает. Иногда ему хотелось остаться одному, наедине со своими мыслями. В такие моменты он вспоминал Комду и удивлялся, как ей хватало на все сил. Его собственные силы периодически истощались.

Тогда мужчина уходил на уровень водопадов, где никогда никого не было, и отдыхал. Но и этот отдых был неполным. В этом месте на него наваливались воспоминания. Прошли месяцы, и он перестал посещать водопады. Слишком уж этот уровень с его легким шумом и сверкающими брызгами напоминал о Комде. С тех пор как женщина покинула корабль, она ни разу не вышла на связь. Озби умел скрывать свои чувства. По крайней мере, по его лицу нельзя было сказать, насколько он страдает. Правда, иногда он ловил на себе внимательные и оценивающие взгляды Энди, но делал вид, что не замечает этого.

Только раз он позволил эмоциям выйти из-под контроля и тут же получил свидетеля своей несдержанности. Поздно вечером, когда экипаж уже отдыхал, включая и его постоянных посетителей, Озби зашел в каюту Комды. «Синяя чайка» сделала для него исключение и открыла дверь. Мужчина долго ходил вдоль полок, рассматривая многочисленные и странные предметы, которые там лежали. Он пытался, но никак не мог понять, почему Комда продолжает молчать. Сам собой напрашивался вывод, что она забыла его. Но в таком случае она забыла и всех остальных. Это было так не похоже на нее… и так похоже!

Он вспомнил, что женщина собиралась оставить их на Вагкхании и проделать весь путь в одиночестве. Полет к созвездию Лебедя занял больше года, и здесь, около планеты, они находились уже пять месяцев. По всей видимости, для Хранителя это был ничтожный срок, раз она не давала о себе знать, ни разу не поинтересовалась судьбой своего экипажа, ни разу не вспомнила о нем! Обычно сдержанный, Озби почувствовал, как обида тёмной волной поднялась в душе. Даже во рту он ощущал ее горький привкус. Мужчина размахнулся и сбросил вещи с одной полки, потом со следующей. Он расшвыривал их до тех пор, пока все они не оказались на полу. Озби впервые чувствовал такую ярость. Ему хотелось уничтожить все, что напоминало о Комде. Может быть, он пошел бы еще дальше и продолжал разрушать все, что попалось бы на пути, если бы не голос, позвавший его по имени:

— Озби!

Он повернул лицо и увидел стоящего в дверях Галза. Капитан взял себя в руки. Он не хотел, чтобы друг видел его таким. Летчик осторожно перешагнул порог, словно опасаясь новой вспышки гнева, и приблизился.

— Она ни разу не вышла на связь? Но почему ты думаешь, что она забыла тебя? Может быть, как раз наоборот. Комде, наверное, сейчас тяжело. Думаю, ей хочется вернуться, но она не может этого сделать. Когда я попал к бэтлокам, я верил, что она не оставит меня там. И не ошибся. Успокойся, Озби. У ее поведения есть какое-то простое объяснение. Но, уверяю тебя, не то, о чем ты сейчас думаешь!

Озби удивленно посмотрел на Галза. Он не ожидал услышать таких слов. Смутное подозрение появилось в его голове, когда пилот сказал, что верил в Комду. Но Озби не стал сейчас думать об этом. Впереди было еще много месяцев, чтобы во всем разобраться. Он наклонился и поднял с пола переливающийся хрустальный шар. Как ни странно, тот не разбился. Галз с улыбкой произнес:

— Я помогу тебе. Когда капитан вернется и увидит, что произошло в ее каюте, я не смогу скрыть, чьих рук это дело! Давай лучше все уберем!

Они вместе расставили все на места и, попрощавшись, расстались. Но после этого события мужчины сблизились ещё больше. Галз предложил Озби научиться летать. Капитан с содроганием в душе согласился. Но несколько полетов на «Дефендере» вернули все на свои места. Летчик философски заметил, что у каждого человека есть свои таланты: он никогда не сможет владеть клинком так, как Озби, а тому, видимо, не суждено научиться пилотировать! Полеты на этом закончились, но почти каждый вечер Галз приходил к Озби в каюту, и они разговаривали. Скоро это стало привычкой.