— Поразительно… Поразительно! — доктор Лайас мерил свой кабинет шагами, всё ещё бормоча себе под нос. Тут, наконец, загорелась голограмма, показывающая мужчину средних лет весьма уставшего вида — сказывалась долгая работа над очередным изобретением. — Профессор Вэйс!
— Доктор Лайас, у вас должна была быть уважительная причина отвлечь меня от разработок, — безэмоционально произнёс Вэйс.
— Да, да… Я насчёт ваших разработок. Помните те устройства для замеров, производимых на Земле? Де-юре, вы говорили, что для них это путь в один конец, и вернуться назад они не смогут. Путешествие в пространстве и времени, в прошлое… Занимательная вещь.
— Доктор Лайас, я прекрасно помню свои разработки. Что Вы хотели?
— Так, по Вашим расчётам, устройства не могли вернуться назад?
— Да. Слишком много условий требуется, чтобы они вернулись и не сломались при этом. Надёжнее было выставить определённую частоту сигналов, чтобы информация дошла до нас.
— Но, де-юре, это было возможно?
— Возможно… Если совпадут все параметры.
— Профессор Вэйс, тогда у меня для Вас потрясающие новости! — воскликнул Лайас. — Де-факто, Ваша разработка способна вернуться во времени, при этом взяв с собой, гм, образцы.
— Образцы?
— Да. В наши руки попало двое. Люди, мужчина и женщина, примерно восемнадцати лет от роду по земным меркам. Это старые люди, профессор. Они ещё жили на Земле. — На этих словах глаза профессора Вэйса загорелись энтузиазмом.
— Продолжайте, риэ…
— Мы взяли у них генетический материал. Никаких мутаций, соответствующих современным людям, у них нет. Чистый ген. Это можно использовать в своих целях.
— Где они сейчас?
— Мы усыпили их газом и поместили в капсулы.
— Выпустите их из капсул. Я хочу посмотреть, как они среагируют на окружение. И передайте мне образцы ДНК. Интересно посмотреть самому.
— Да, профессор. Спасибо…
* * *
И что это такое было? В голове будто туман, перед глазами всё расплывалось, а во рту остался стойкий сладковатый привкус. Что за кислород у них такой?… Голова болела, а кожа явственно ощущала прохладные мягкие простыни и одеяло. Запахов никаких не выделялось, даже звуков не было — тихо… Когда зрение восстановилось, я поняла, что лежу в незнакомой комнате. Серо-голубые стены, белый потолок… окно? Кое-как сев в кровати, я огляделась по сторонам. Обстановка скудная: кровать, прикроватная тумбочка, стол со стулом, настольный светильник. Пол был белый и до ужаса холодный. Отдёрнув босую ступню, я только сейчас поняла, что здесь всё ещё были непорядки…
Мои волосы, бывшие до этого ниже лопаток, теперь были длиной по плечи. И одежду куда-то дели… А, вот, на стуле что-то валяется аккуратно сложенное. Поборов себя, я всё же прошлась по холодному полу и поспешила натянуть штаны и обувь. Штаны были самые простые, даже немного мешковатые, светло-серого цвета, обувь напоминала чешки. Вместо футболки — лёгкая кофта под цвет штанов, такая же мешковатая. И что это вообще здесь происходит?
Я подошла к окну. За ним — красивый двор с зелёными деревьями, травой, светлыми тропинками. Тут я заметила небольшую странность оконной рамы. На ней были какие-то кнопки. Шторки, что ли, активируют? Я нажала одну, и вид за окном сменился. Теперь там виднелся бескрайний океан, большая луна, отбрасывающая на водную гладь серебристую дорожку… Это — не окно?!
Методом тыка выяснила, что это очень странное окно, а то и вовсе не окно — виды менялись по нажатию кнопок и можно было подобрать любой на свой вкус. Даже звуки были соответствующие — включались соседней кнопкой.
Да твою ж мать! По-моему, это был не кислород. У меня глюки. Сейчас пойду и предъявлю претензии…
Тут дверь открылась, и в комнату вошёл… Димон?!
— Ты тоже это видишь? — я указала ему на «окно». Парень кивнул. — Что вообще происходит?!
— Мне сказали, что это лже-панель, имитирующая окно… — ответил он. Я удивлённо вскинула брови. — Ко мне один медик заходил. В общем, пока я в отключке находился, хирург мою руку осмотрел и… вылечил, — друг продемонстрировал мне уже здоровую руку. — Тот же медик мне объяснил, что у нас пока проходит эта самая… акклиматизация, какая-то непереносимость местного воздуха, поэтому временно мы будем помещены в закрытый бокс.
— Ты мне прямо скажи: мы в психушке?
— Какая психушка?! Мы всё в той же больнице. Просто у них специальный бокс для подобных ситуаций. Нам нужно пока привыкнуть… И ещё сказали, что с нами поговорят чуть позже.
— Да твою ж, Димон!… Нам бежать надо. Ну не кислород это был! Ты, блин, не понял, что это какой-то наркоз или что-то в этом роде? Алло, гараж! — я помахала рукой перед лицом Димона, но тот хмуро посмотрел на меня. — Мы в ловушке. Это. Ло-вуш-ка!
— Ты просто паникуешь. Нам всё объяснят.
Я хотела сказать, что моему другу просто напросто промыли мозги, но решила промолчать. Странно тот «дяденька» выражался… Там я ещё в каком-то шоке находилась, ничего толком не понимала, а сейчас вспомнились все эти его «гм», оговорочка про Русь вместо России… Мы, твою ж кочерыжку, точно не на Земле!
— Вы проснулись? Отлично, пройдёмте за мной, — раздался голос позади Димона. Мы перевели взгляды на подошедшего. Это был человек, мужчина средних лет с русыми волосами и серыми глазами, одетый похоже на тех существ, только без шлема. Я коснулась пальцами своего уха и поняла, что те приборы всё ещё находятся у нас.
Отредактировано: 08.04.2023