Путеводитель по Галактике для чайников

Глава девятая

Твою ж кочерыжку! Я кинулась к модулю и бегло осмотрела его. Какая поломка?! Внешний корпус цел, никаких признаков поломки…

— Думай хорошо, курсант.

Я раскрыла свой ящик, схватила щупы для проверки и ткнула ими в разъёмы модуля. Значения в норме. Модуль в норме… Или нет? Если показания по напряжению и заряду в норме, то всё ещё могут быть различные неисправности. По типу сорванных предохранителей, из-за чего модуль может воспламениться. Следующий щуп — температура в норме. Хорошо, где тут отвёртка? Мне нужно вскрыть корпус!

Клоны наблюдали за мной молча, сосредоточенно. Хотя кто-то и улыбался — боковым зрением всё же я видела. А у меня дрожали руки и потели ладони, да и по лбу текли солёные капли, мешавшие мне. Я то и дело вытирала лоб рукавом формы, пытаясь сфокусироваться на модуле. Твою ж кочерыжку… Но он исправен! Какие неисправности?!

Я подняла взгляд на клона с таймером. Меньше минуты… И тут мой взгляд наткнулся на громадную штуковину. Так, огромные крепления, панели управления нет, только дисплей… Я схватила модуль и метнулась к этой штуковине, после чего зажатой в другой руке отвёрткой вскрыла чуть покорёженный щиток. Так и есть! Модуль аккумулятора занял своё законное место, и я захлопнула щиток, с облегчением выдохнув.

— Неплохой результат, — посмотрев на таймер, ответил клон. Так тут задачи на смекалку? — Ну, допустим, задохнуться нам теперь не грозит. Но вот двигатель довольно надсадно гудит, — тут же за ним вспыхнуло что-то ярко-оранжевое. И снова таймер начал новый отсчёт. На этот раз мне выделили на полминуты меньше времени.

Я метнулась к этой штуке, но глаза нещадно щипало от яркого света. Так, погодите, у меня в ящике есть… Да, вот и защитные очки. Надев их, я смогла уже спокойно взглянуть на двигатель. Да, это один из модулей двигателя. Стандартный модуль, судя по маркировке — тормозной. Без тормозов корабль просто врежется куда-нибудь, так что дело — дрянь. Хоть это и были просто вынутые модули, но вот клоны пытались прямо-таки запугать меня обстановкой.

Я принялась разглядывать этот модуль тщательнее, пытаясь понять, что на этот раз от меня хотят. А остальные клоны тем временем решили подействовать мне на нервы. Один из них плюхнулся в кресло и изобразил, будто держит штурвал. А после заорал:

— У нас тормоза неисправны! Какой придурок курил у двигателей?!

Курил… у двигателей… точно! Обхожу модуль, вскрываю защитный щиток, подсоединяю свой ящик и уже на приборной панели выставляю иные значения. Температуру на пару градусов выше, ждать десять секунд, после снизить до оптимальной.

— Неплохой результат, — повторил клон с таймером. — Но это ещё пустяки были. Дер, хватит ребячества, пусть она сядет.

Меня усадили в то кресло, потом закрепили ремнями на нём и откатили в угол к какой-то неприметной двери. После того, как её открыли, меня вкатили туда. Клон с таймером убрал таймер и улыбнулся:

— Это пресс для мусора. Он неисправен, но с твоей стороны есть кнопка, открывающая дверь. Я не знаю, сколько у тебя есть времени, так что просто буду ждать, — улыбка стала более жуткой, а у меня внутри всё похолодело. — Или звука, что пресс закончил свою работу. Или тебя.

Дверь медленно закрылась, включилось аварийное освещение и я увидела, как медленно, но неотвратимо приближается ко мне потолок комнаты. Мамочка… За что? Они решили мне отомстить! Я затряслась, то ли от злости, то ли от плача. По щекам бежали слёзы, было страшно. Я задёргалась в кресле, но ремни были слишком крепкими! И кресло, как на зло, перестало кататься — оно словно было намертво приклеено к одному месту!

Я схватилась руками за ближайшее крепление и попыталась его открыть. Бесполезно! А потолок уже коснулся верхушки двери. Давай же, Ви! Думай! Как быть? Я хочу жить! Ну неужели я попала сюда только ради того, чтобы бесславно погибнуть в прессе для мусора? Как ловко они это придумали! Унизить подобным образом.

Я зарыдала, уже хотелось просто опустить руки и ждать. Но мне будет больно? И насколько? А если всё же попытаться?

И снова я дёргалась в своих путах, пытаясь хоть как-то освободиться. И пресс неисправен! И эти ремни!

От пресса до моей головы осталось уже сантиметров двадцать. Было страшно. Я закричала, дёрнулась, вцепилась в крепление ремня и с силой попросту порвала тот! Одна рука уже стала более подвижной, я сорвала и второе крепление, осталось на животе. С ним пришлось повозиться дольше, пресс уже чуть ли не касался моей макушки. И всё же сорвав с себя ремень я, пригнувшись, кинулась к двери и нажала на кнопку открытия. Дверь открывалась неумолимо медленно, поэтому, когда щель стала достаточно широкой, чтобы я протиснулась в неё, я просто вывалилась из пресса для мусора, рыдая.

Ко мне тут же кто-то кинулся, попытался привести в чувства, но я оттолкнула его от себя и зарыдала сильнее. Меня подняли на руки, усадили на скамью и дали в руки что-то похожее на термос. Я сделала лишь глоток, но тут же выплюнула противнейшую жидкость, обжёгшую мне рот. Рыдать уже не хотелось, я откашливалась от этого странного напитка и пыталась сообразить, что вообще происходит.

— Крепким оказалось, — сказал кто-то и вручил мне вместо термоса бутылку самой обычной воды. Напившись, я уже осмысленным взглядом посмотрела на собравшихся.

— Поздравляю с пройденными испытаниями, — улыбнулся клон, который и давал мне испытания. — Ты принята в Омикрон.

— Ненормальные, — прохрипела я. — Отмороженные!

— Кэп, мы, наверное, переборщили с прессом, — произнёс кто-то за моей спиной.

— Прости, Ви, — я вздрогнула, услышав своё нынешнее имя. Тот клон присел на корточки передо мной и погладил меня по плечу. — Ладно, я шутил насчёт смертельности всех испытаний. Это не пресс, это просто комната. А поршень — голограмма. Тебе нечего было бояться.

Меня затрясло от злости и я влепила ему пощёчину!

— Лучше? — улыбнулся клон, проигнорировав мою пощёчину.

— Лучше, — прошептала я.