Путевые заметки или 0,7 литра смысла

Глава 14. Аркан 13. Смерть

Скорпион; смерть и восприятие; трансформация; скорпион, змея, орел; освобождение от старых ловушек (обольщений); внешние изменения. 

"Таро Тота" Алистера Кроули, Аркан Смерть.

Преображение, перемена – произвольная или непроизвольная, но в любом случае произошедшая как логическое развитие существующих условий, и всё же неожиданная. Кажущая смерть или разрушение, но такое толкование иллюзорно.

Алистер Кроули "Книга Тота"

И почему в моей убогой халупе нет театрального занавеса? Ясно почему – потому что он никак бы не вязался с а-ля постсоветским интерьером, ковром на стене и обоями в цветочек. Вообще, жаль. Столько драм происходит часто в подобных квартирах, столько актеров и актрис прозябают без должных аплодисментов…

Театральный занавес. Ей-богу, он бы именно в этот вечер вписался запросто. Вика, уж не знаю какими неимоверными трудами, нашла в моем гардеробе приличную футболку. Меня хотели облачить в рубашку, но я не дался. Не сегодня. И так хватит цирка.

Я сидел за тем самым журнальным столиком в зале и смотрел, как в комнату потихоньку заходят незнакомые мне люди. Гости? Черт их знает… Фиг бы ко мне в какой другой день такие гости приперлись бы – гнал бы в шею.

В той же психологии я не силен как Вика или Степаныч, но и без знакомства с биографиями и подробностями жизни видно – идиоты. Особенно тот парниша, который в кресле печеньку с чаем жует. Жует, падла, и крошки мне в кресло сыплет. Не люблю такого… Ух, я злобный стал какой-то. Не зря мне бабулька во сне советовала не связываться с идиотами. Это да, не зря…

Комната потихоньку наполнялась незнакомыми людьми. Уже четверо. Ждем еще троих. Вика вызванивает опоздавшим по телефону. Я смотрю на народ в комнате. Кроме наглого парниши с печенькой на диване разместились еще три девушки.

Дамы, ясное дело, основные потребители этого самого мракобесия. Издавна любят они это дело – на суженных гадать, на свою судьбинушку, перебрасывая тем самым ответственность со своих ветреных головушек на неизвестные магические силы.

Вот и сейчас – смотрели на меня с любопытством. Прямо зыркали. Интересно, а среди них есть та самая, которая интересовалась моим «магнетическим взглядом»? Поэкспериментировать что ли?..

В комнате также были Володька и Ася. Володька – спасибо ему – вел шоу как настоящий конферансье, отвечая на периодические вопросы «из зала». Я был ему благодарен. Самому было как-то не до этого.

Ася… То ли я так сильно изменился, то ли она? Даже не знаю. В прошлый раз она мне показалась шумной, веселой, смешливой, а сегодня… Эти нахмуренные брови, красноватые от недавних слез глаза…

Пока мы пили чай на кухне она не обмолвилась ни словом. Вика меня даже больно пнула ногой под столом явно намекая на то, что я – аспид этакий – девушку до слез довел. Видимо, меня ожидал серьезный разговор после того, как все разойдутся. Это хорошо. Надо с Викой наедине посоветоваться. Ася как никак ее друг, по ходу у нее что-то серьезное случилось, а мы тут все ерундой страдаем.

Кто она вообще такая, кстати? Откуда они знакомы? Все эти мысли я решил отложить на более поздний срок, а пока же прислушался к беседе в комнате.

- Душа ведьмы даже после смерти, ясное дело, не может упокоиться, если силу не передать кому-либо. Наверняка об этом вы не раз слышали, по деревням и не такие истории ходят…

Володька вещал как заправский оратор, мне только оставалось молча пожалеть, что я как-то прослушал начало его несомненно роскошного выступления. Еще бы, он небось готовился, репетировал даже перед Викой…

Мда, поменялся мой друг, даже внешне, впрочем, как и я…  Казалось бы прошло всего ничего, а где те самые алкоголики, которые потягивали пивко на детской площадке? Минуло всё и быльём поросло. Мой белобрысый друг, чудак и посмешище всего двора, теперь вот на нормальной работе, встречается с хорошей девушкой, таланты в себе новые обнаруживает. Вот ораторский талант, например.

А я? Я точно знаю, что прежним уже не буду. А каким стал? Ответ прозвучал сбоку Володькиным голосом. Мда, что бы мы, как говориться, делали без своих друзей:

- Конечно, на вид про него так и не скажешь – обычная рожа, которую можно увидеть в каждом нашем дворе, - в подтверждении своих слов Володька слегка похлопал меня по плечу, с дивана послышались женские смешки. – Однако есть прямые доказательства того, что мертвая ведьма именно его выбрала в качестве приемника…

- А почему не тебя? – спросила одна сообразительная девчушка.

Действительно, Володька, почему не тебя? Ты думал над этим вопросом? Репетировал ответ? Готовился? Как оказалось, я своего друга недооценивал:

- Бабка эта, Екатерина, идиотами всех называла. Всю деревню и родичей своих в первую очередь. Сам я ее не помню, у тетки в гостях раньше совсем еще малой бывал, потом как родители развелись вообще перестал. Тетку так уже изредка по большим семейным праздникам видел, эту бабку, Екатерина которая, вообще не видел никогда. Она, наверное, эти все семейные сборища не очень любила…

- Ясное дело, вы же все идиоты, - пошутил парниша с печенькой.

Девчонки его поддержали дружным смехом. Володька не обиделся. Мой друг такой, не из обидчивых. Ну он такой, а я другой. Подожди, парниша, я тебе устрою…

- Может и поэтому, а может по каким другим причинам, - Володька продолжил рассказывать, - тетку свою недавно расспрашивал про эту бабку Екатерину. Та рассказала, что болела бабулька часто, еще с молодости со здоровьем слабым была. Как только бабульку прихватывало, к ней заходить боялись. Не помогали ничем. Понятно, деревенское мракобесие, суеверия… Побаивался народец, мол ведьма скоро помирать собралась, силушку своего проклятого дара передаст тому, кто перед смертью рядом будет… Не заходили, еды какой по доброте душевной на пороге могли оставить и сразу ходу. Бабулька полежит, полежит, травок каких попьет и оклемается. Каждую зиму, как рассказывала тетка, хворала, кашляла, а народ ее стороной обходил. Кому другому соседи зайдут, помогут чем могут – хоть пол помыть, хоть забор поправить, хоть за хлебом лишний раз сбегать… А к ведьме никто не ходил, сторонились… Обижалась она наверное, чисто по человечески обижалась... Зла же никому вроде не сделала на деревне, а тут такая петрушка…