Пути дегосов. Уничтожитель.

4

Полноценного отдыха Дарницу так и не дали. Началось с того, что на следующий день после прибытия к нему в комнату чуть свет ворвался Валиант и в самых крайних выражениях (каких позволяло его благородство) принялся осуждать действия Дарница десятидневной давности. Самым страшным злодеянием рыцаря явилось преступное нежелание дождаться прекрасную Каю, а уже затем отправляться в путь. 

-Ты лишил меня лучшего в мире замка, - восклицал безутешный граф, затем, на мгновенье задумавшись, поправлял себя, - единственной любви! Ты же знаешь, как я к этому отношусь! Специальный зал для фуршета! Я полгода над ним трудился! О, проклятье! Лучше б я остался там с моей Каей! 

Тут он бросался снова к лорду. 

-Тебе никогда не понять, что ты сделал с моей жизнью! Ты разрушил ее навсегда! Больше любить мне не дано! Какой замок!.. 

Справедливости ради стоит отметить, что Дарниц действительно не понимал, почему перед ним кто-то прыгает и голосит. Он лежал в кровати на грани обморока, не думал совершенно ни о чем и ждал забытья. Скоро он опять отключился, и Валиант решив, что его дерзко и высокомерно игнорируют, покинул комнату.  

Затем по очереди приходили и другие дегосы, в надежде узнать, что могло довести благородного лорда до такого плачевного состояния, однако так ничего и не добились. Да и хозяин замка – Кэлвар, как мог, пытался обеспечить максимальный покой для скитальца. В общем, несмотря на все усилия доброжелателей, Дарниц постепенно приходил в себя, и когда наступило время собрания дегосов в Чертоге Мудрых, перед собравшимися предстал рыцарь-маг, которого все прекрасно знали. А именно: здоровый, безрассудный и ехидный. 

В те дни Чертог Мудрых являл собою довольно большую квадратную полутемную, унылую залу. На стенах чадили смоляные факела, в воздухе явственно слышался запах гари. Больше других эта атмосфера удручала Валианта, привыкшего к роскоши и внешнему блеску. Он, сидя рядом с Дарницом, постоянно бубнил себе под нос о своей несчастной судьбе, периодически толкая лорда в бок локтем. 

- Понимаешь, я остался безо всего. Без замка, без любви… 

-Помолчи, - просто перебил его Дарниц, - женщин у тебя будет еще предостаточно… - тут он осекся, - может быть.…Если мы переживем следующие пару недель. 

Тут Валиант, наконец, вспомнил о перспективах на ближайшее будущее и замолчал, обхватив голову руками. 

Кроме уже известных нам рыцарей- магов в зале находились Сэвиор и Эвил, державшиеся слегка особняком и постоянно о чем-то совещавшиеся между собой, а так же Сэлэйвэр и Вэйлар.  

Скоро в чертог шумно ввалились и Росандер с Фэлсервудом. Конечно же, они не преминули захватить с собой небольшой бочонок вина. Они очень экзотично контрастировали; двухметровый толстяк Фэлсервуд и маленький, живой граф Росандер – «поэт и вредитель» (как называли его Фэнлэйзер и Раднор). 

-…как ты говорил? – спросил, входя в дверь, огромный барон, громогласно хохоча. Росандер весь расплылся в улыбке от счастья, видя почитание своего таланта, и сияя, продекламировал: 

Голова ты моя голова 

Отрубить бы тебя тесаком 

И повесить на длинном колу 

Чтоб весь день обдувать ветерком. 

-Нетленный шедевр, - прошептал Дарниц Валианту,- порожденье жуткого похмелья. 

-Привет вам, о могучие дегосы! – хором проревели вошедшие и снова расхохотались. 

-Лучше бы мне погибнуть в лесу, в битве с несметными полчищами врагов, - усмехаясь, себе под нос пробубнил Дрниц, - воистину не каждому под силу понять юмор Аэна. 

-Это ты о чем? – непонимающе поднял голову Валиант. 

-Да вот посетила мою незаурядную голову очередная гениальная мысль, когда обратил я свой благородный взор на бочонок вина, который притащил за собой двоих чудаков. И это рыцари-маги! Да будет тебе известно, друг мой Валиант, что встречал я немало простых крестьян и ремесленников, выглядевших, как бы это помягче выразиться, более похожими на разумных существ. 

Последнее замечание не ускользнуло от натренированного слуха Росандера.  

-Да здесь, похоже, порочат имена благородных рыцарей? – выпрямился он, придерживаясь рукой за спинку стула, и прищурясь поглядел на Дакнесса. Потом, не выдержав взгляда дегоса, поднял глаза на Фэлсервуда. Фэлсервуд грохнул бочонок о стол. 

-Что? Подраться хочешь? 

-Позвольте поинтересоваться, как вам удалось прийти к такому умозаключению? – спросил Дарниц, не двигаясь с места. Огромный барон перевел взгляд на своего маленького спутника. 

-Ну, малыш, пожалуйся на плохого дядю, - язвительно бросил лорд уже Росандеру. Глаза графа совсем превратились в щелки, а усы встали дыбом. 

-Что я вижу! – вдруг воскликнул он, - говорящая жердь с мозгом амебы ожила и снова попискивает! 

Росандер подошел вплотную к Дарницуу и склонился над ним. 

-Послушай внучок, я, конечно, понимаю всю степень ограниченности твоего рассудка, но все-таки никуда не годиться, так разговаривать со старшими! 

Дарниц выпрямился во весь рост, и теперь сам посмотрел сверху вниз на Росандера.  

-О, я вижу перед собою истинного мудреца, - произнес он, - О, мудрейший, разрешите мучащую меня вот уже несколько секунд проблему. Мой кулак и твоя голова примерно одного размера. Что случится, если они вдруг неожиданно столкнутся?