Пути Земные. Солнце чужого неба

На запад

Часть II. Начало октября 1860г. Атлантический океан.

Был штиль. Удивительно, для этого времени года. Ярко светило солнце. Безбрежная вода вокруг была гладкой, как зеркало. Словно, стояла не осень с ее вечными штормами и ветрами, а славный летний день. Только очень холодный .

Паруса тоскливо повисли, и матросы ползали по реям, складывая и закрепляя их. Как только паруса будут убраны, заработает паровая машина, и "Стелла" продолжит свой путь через Атлантику в Штаты.

Элизабет стояла на палубе корабля, темно-серое дорожное пальто, отороченное мехом отлично защищало от ветра и холода. Она любовалась солнечными бликами на воде и белыми облаками на нежно-голубом небе.

Они покинули порт Тилберри, что рядом с Лондоном, пять дней назад. Сделав, небольшую остановку в Саутгемптоне, корабль вышел в открытое море. Куда ни глянь, только бесконечная синь воды, смыкающаяся с небесной на горизонте.

Они направлялись в штат Южная Каролина, город Чарльстон, куда должны были прибыть еще через двенадцать дней, зайдя в порты Галифакс и Нью-Йорк.

Элизабет никогда о городе Чарльстон не слышала. Но она давно мечтала путешествовать и посмотреть мир. Так почему бы не начать оттуда.

И, не смотря на то, что чуть больше месяца назад ее выдали замуж по расчёту за нелюбимого и почти незнакомого мужчину, сейчас, глядя на мириады золотых искорок на океанской глади и впитывая морской свежий, хоть и холодный, ветер она испытывала умиротворение и даже радость. Сбывалась ее мечта - уплыть на корабле далеко-далеко.

В Южной Каролине находилась компания ее мужа Ричарда. И он решил совместить медовый месяц, показав супруге бывшие колонии, и, заодно, проверить дела. Сам он уже давно жил на два континента, хотя, признаться, в последнее время в Штатах ему нравилось больше. Хотя бы потому, что тут были проще нравы, и отсутствие титула не делало тебя никем. Здесь ты сам делал себе имя.

Ричард очень надеялся, что жене понравится в Америке, и они будут проводить там большую часть времени.

Тем более, что он купил красивый дом на Баттери в стиле греческого возрождения. На втором и третьем этажах просторные балконы-террасы, поддерживаемые колоннами, выходили на набережную. Зимой там, скорее всего будет прохладно, а вот весной и летом просто великолепно пить чай или лимонад с женой вечерами.

Ричард видел с капитанского мостика Элизабет, стоящую на палубе. Она так нежна и хороша, как он мог сорваться тогда, в их первую ночь? Он себе этого никогда не простит.

Проснувшись на утро после свадьбы, обнаженный, с дикой головной болью и весьма отрывочными воспоминаниями о минувшем вечере, он обнаружил жену, спящую на другой стороне кровати.

Когда он стал ее будить, она шарахнулась от него так, что упала.

- Пожалуйста, не трогайте меня. - прошептала, глядя испуганными глазами, поднимаясь с пола.

- Элизабет, милая, что случилось? - признаться, он помнил, как он спрашивал ее, почему ускорили свадьбу, что она восприняла это как оскорбление. Но потом, вроде бы, оттаяла, он поцеловал ее, и она не возражала. А еще он ласкал ее грудь, касался волос. А потом, провал...

- Вы...вы обещали ничего не делать, как вы могли! - со всхлипом произнесла жена, и по ее щекам потекли слезы.

Ричард испугался не на шутку, что он натворил? И при этом ничего не помнит. Какой стыд.

- Я, кажется, был немного не в себе. Я заранее прошу прощения. Позвольте мне загладить мою вину. Идите сюда. - Мужчина указал на кровать рядом с собой.

Но девушка отчаянно замотала головой:

- Нет. Я больше не позволю так делать. Не смейте меня касаться.

- Бог мой, что произошло? - Ричард вышел из себя. - Немедленно расскажите.

- Вы были так грубы. Я просила остановиться, но вы не слушали. Вы порвали сорочку и повалили меня на кровать. Это... было ужасно, что вы сделали. Я...так больно...как вы могли... - ее взгляд, полный отчаяния, потряс его до глубины души.

А она, видя его растерянное лицо, всей душой пожалела мужа, но не могла остановиться.

- Элизабет, я прошу прощения, мне так жаль, если я причинил вам боль. Я не хотел этого, клянусь. - Ричард потер ноющие виски. - Я, должно быть, совсем потерял контроль. Мне так жаль. Я готов на все, чтобы загладить свою вину. Что мне сделать?

- Никогда больше не касайтесь меня так. Вообще меня не касайтесь. Слышите? - почти выкрикнула девушка.

Мужчине оставалось лишь кротко кивнуть. Натворил он дел. И если сначала и сомневался, то разорванная шелковая ночнушка, кровь на простыне и синяки на руке у жены его быстро убедили.

Они пробыли в Лестерфилд-Холле две недели после свадьбы, а потом уехали в Лондон, готовиться к отъезду в Штаты. Все это время девушка не подпускала супруга к себе.

Ричард же, чувствуя себя глубоко виноватым не настаивал, давая ей время прийти в себя.

Элизабет сначала думала уговорить мужа остаться в Англии, все-таки отец болен. Но граф Лестерфилд чувствовал себя хорошо, так как его дорогая жена Изабелла тщательно следила, чтобы он во-время принимал лекарство и не переутруждался. И Джордж напомнил дочери, что ей всегда хотелось путешествовать.

И вот она среди бескрайнего океана, наслаждается чудесной погодой и дышит морским ветром, впервые за долгое время чувствуя, как в душе разливается радость.