Путник (история странствий воина)

Часть вторая. Друзья и враги.   Глава первая, в которой появляется странный персонаж, а Норм и Бедах оказываются близки к смерти

Дорога вьется бесконечно.

Лишь вера путника питает,

Что там, за новым поворотом,

Покажется родимый дом.

Старый отшельник с трудом пробирался сквозь густые заросли кустарников. Он давно не был в этой части леса и чуть не заблудился, но продолжал упорные поиски. Сосновый бор, по которому двигался старец, находился неподалеку от полного чудес Шепчущего леса эльфов, но не считался по-настоящему волшебным. Его отделяли от эльфийских владений три десятка слошей песчаной местности, носившей название Пыльная равнина. Однако близость к стране остроухих, как в народе называли эльфов, все равно ощущалась. Издавна в сосновом лесу селились редкие виды разумных магических существ. Да и здешние деревья порой вели себя как одушевленные. Могли внезапно забормотать что-то невнятное или стегнуть веткой заблудившегося грибника. А лесные тропинки иной раз часами кружили селян по буеракам и выводили далеко в стороне от родных поселений. За такие "чудеса" жители окрестных деревень прозвали лес Странным.

Старец жил в Странном лесу затворником уже без малого два десятка лет. Откуда он здесь появился, никто из местных не знал. Сам отшельник на вопросы об этом только хмыкал и улыбался в бороду. Был он довольно неприхотлив. Питался грибами, ягодами да орехами, иногда ставил силки на дичь. В теплое время года собирал лечебные травы, выкапывал и сушил целебные корешки. С людьми пустынник почти не общался, зато питал слабость к зверям и птицам. За годы жизни в Странном лесу он познакомился и подружился со многими его обитателями, как с дикими животными, так и с волшебными существами. Нрава старичок был безобидного, и прийти на выручку никогда не отказывался. Со временем местные к нему привыкли, а при нужде стали обращаться за помощью. Пустынник замечательно пользовал больных травами и наговорами, а при необходимости мог вправить сустав или заштопать рану. В лечении никому не отказывал. Охотно помогал и лесным обитателям, и гостям леса.

Жители ближайших к сосновому бору деревень наладили с отшельником письменное общение. Они оставляли на опушке леса в дупле вековой ели записки, в которых просили о помощи. Затворник отвечал просителям на клочках бумаги, давая обстоятельные советы. А в случае надобности сам наведывался в деревни, где проводил лечение и делился травами. Селяне старца уважали и поддерживали съестными припасами. Кто муки насыплет, кто молоком угостит, а кто и яичек куриных принесет.

Сегодня рано утром, едва проснувшись, отшельник почувствовал, как его настойчиво тянет в южную оконечность Странного леса. За годы занятий духовными практиками и жизни вдали от людей старый аскет достиг особой внутренней чуткости. И сейчас явственно ощущал волны чужой боли и страданий, исходящие из той местности. Как всегда, он не мог не откликнуться на призыв о помощи. Пускай даже и бессловесный. Поэтому, наспех позавтракав, затворник отправился в дальнюю часть леса и вот уже несколько часов проводил здесь настойчивые поиски.

С трудом выбравшись из чащи на тропинку, старец отодрал прилипшие к балахону колючки и осмотрелся. Потом приняв какое-то решение, поправил на плече потрепанную котомку и снова нырнул в заросли. Солнце встало над верхушками деревьев, когда отшельник вышел на очередную заросшую травой поляну и остановился в немом изумлении. Рядом с тропинкой у кряжистого дуба неподвижно лежал человек. Подойдя ближе, старец увидел, что это израненный мужчина в военной походной одежде. На груди у воина, свернувшись клубком, лежал очень крупный кот, серого с коричневыми полосками окраса. На шкуре животного запеклась кровь, в правой лапе торчал арбалетный болт, а на круглой голове виднелись свежие порезы. Кот в беспамятстве вздрагивал, скалил зубы и выпускал когти, видимо, продолжая с кем-то сражаться. По траве к зверю тянулся кровавый след. Судя по всему, искалеченное животное из последних сил стремилось доползти до раненого воина и зачем-то вскарабкаться ему на грудь.

Лесной житель опустился на корточки и осмотрел раненых. Мужчина потерял много крови, жизнь в нем едва теплилась. Дыхание было слабым и неровным. Правая рука воина продолжала сжимать меч, а левую - он плотно прижимал к боку серого кота. На той же руке у мужчины виднелся отливавший зеленью браслет. Кровавые полосы от ударов покрывали все тело воина, а правая нога была почти полностью залита кровью. "Бедняги! - горестно подумал старец. - Судя по всему, они пострадали в бою не далее, как вчера вечером. А кот очень необычный. Похоже, что это разумное животное. Хватит ли им сил, чтобы выжить?"

Отшельник наклонился и обхватил кота. Он хотел переложить зверя на землю, но тот, выпустив когти, крепко вцепился в одежду воина. Старец несколько опешил. "Может, я чего-то не понимаю?" - задал он вопрос самому себе. Затворник присел на траву рядом с ранеными и, прикрыв глаза, погрузился в медитацию. Ощутив потоки энергии воина и кота, старец понял, в чем здесь дело. Оказывается, кот заключил себя и раненого воина в единое энергетическое поле и подпитывал своей природной силой слабеющее тело мужчины. "Конечно, и обычные кошки похожим образом лечат своих хозяев, но здесь воздействие стократ сильнее, - потрясенно подумал старец, выходя из медитации. - Первый раз в жизни вижу, как удерживают душу в теле и не дают человеку умереть. Сомнений нет, удивительный зверь - диккот из племени дикотэрра. Слышал, что только они обладают такой способностью. По всему выходит, что это те, кого я давно жду".

Старец достал из котомки моток чистой ткани и что-то завернутое отдельно в кусок холста. Разложив предметы на траве, он развернул холстину. Взору открылись пучки лекарственных трав и скромных размеров потертая шкатулка. Открыв ее, отшельник покопался внутри и вытащил две круглые пилюли. Наклонившись над ранеными, лекарь протолкнул в рот каждому из них по шарику целебного снадобья.

Прошло немного времени, и появились признаки действия лекарства. Дыхание человека и животного выровнялось, на щеках у раненого воина появился румянец. Старец отломал наконечник арбалетного болта, а затем одним движением выдернул короткое древко из раны диккота. Очистив и промыв раны водой из фляги, старец с помощью нитки с иголкой наложил швы, смазал поврежденные места лечебным бальзамом и перевязал чистой материей. Закончив перевязку, лекарь прикрыл глаза и послал мысленный призыв: