Путник (история странствий воина)

Глава девятая, в которой Норм с друзьями пытаются спасти пленника, но сами попадают в западню

Мрачные коридоры подземелья замка Серентир - резиденции правящей династии королей Вендарии наполнились лязгом доспехов и бряцанием оружия.

- Сдавайтесь! - прокричал чей-то голос. - Иначе вы все умрете!

Юноша в серой одежде схватился за арбалетный болт, ударивший его в живот.

- Мама! - тихо прошептал он, глядя на Перевертыш.

И превратился в серого совенка. Смертельно раненый птенец повалился на бок, вздрогнул крыльями и, сжав когтистые лапы, бездыханный замер на полу. Зеркальная сова-неясыть Перевертыш, находившаяся в образе женщины, смахнула скатившуюся по щеке слезу.

- Уходите! - сказал ей Норм. - Вы с детьми еще успеете бежать через тайный лаз. Быстрее превращайтесь, а мы отвлечем на себя внимание стражников.

Перевертыш коротко кивнула и сунула в руку ратнику серое перо. Сделав знак сыновьям, она неслышно отступила в темноту прохода. Вскоре оттуда послышалось удаляющее хлопанье птичьих крыльев. Норм посмотрел на Натали:

- Любимая, я знаю, что ты можешь становиться невидимой, - с тревогой в голосе произнес ратник. - Скорее прячься, не медли!

Графиня нежно поцеловала возлюбленного в щеку и тоже исчезла. Выждав несколько минут, чтобы дать друзьям время скрыться, Норм выкрикнул:

- Мы сдаемся! Не нужно больше смертей!

Ратник вложил меч в ножны и вышел из темного прохода. Бедах и Скрилла последовали за ним. Из боковых коридоров подземелья выбежали королевские гвардейцы и взяли друзей в кольцо. Элитные воины тренированными движениями приставили к груди лазутчиков острия алебард. За спинами гвардейцев раздались редкие аплодисменты, и в круг света, отбрасываемый факелами, ступила одетая во все черное леди Розалинда де Олбани.

- Какое похвальное стремление избежать ненужных жертв, - негромко произнесла она. - Но это только отсрочит неизбежный конец.

Из покинутого друзьями прохода раздались сдавленные крики и звуки борьбы. Оттуда появились гвардейцы, ведущие под руки сопротивляющуюся Натали.

- Эта пташка попалась в магическую ловушку, - доложил один из стражников. - Были и другие пернатые, но те оказались проворнее - смогли вырваться и улететь.

- Трусливые совы-неясыти, как всегда, ударились в бега, - с усмешкой произнесла Роза. - Но в силки попался именно тот, кто нам нужен. Преступников обыскать и посадить под замок. Утром мы устроим им допрос с пристрастием.

После тщательного досмотра друзей бросили в тюремную камеру. Здесь было холодно, темно и сыро. В воздухе стоял тошнотворный запах гнили, нечистот и крысиного помета. Пытаясь согреться, пленники подгребли под себя грязную солому, лежавшую в углу. Тесно прижавшись друг к другу, они постарались заснуть. Бедаху и Скрилле это вскоре удалось. Под утро задремала измученная Натали. Графиня была весьма расстроена потерей своего магического колечка, отобранного тюремщиками при обыске. Норм так и смог сомкнуть глаз, вздрагивая от малейшего шороха. На рассвете ратник решил позаниматься с внутренней энергией. Но как только он начал тренировку, на лбу выступил холодный пот, а мышцы свело судорогой. Воин был вынужден прервать занятие. На краткий миг ему почудилось, что каждый камень в камере стонал и жаловался на какую-то несправедливость. За многие годы стены тюрьмы впитали в себя страдания несчастных узников, которых здесь пытали и мучили.

***

Утром пленников покормили холодной кашей с куском заплесневелого хлеба. Время близилось к обеду, когда в камеру вошли королевские гвардейцы. Они связали руки Норму и Натали, а на диккотов надели железные ошейники с цепями. По полутемным коридорам и лестницам друзей повели на допрос. Постепенно, по мере подъема из подземелья, света в переходах становилось больше, а сами коридоры - выше и наряднее. Тесаный камень на стенах сменил мрамор, а вместо чадящих факелов повсюду висели золоченые светильники.

Открылась очередная украшенная витиеватой резьбой дверь, и друзей ввели в просторную комнату с высоким потолком. Судя по обилию в убранстве благородного металла, они оказались в малом тронном зале королевского замка, носившем название Золотой. Оставив связанных пленников в центре помещения, конвой вернулся к входным дверям. Друзья с интересом стали осматриваться по сторонам.

Тронный зал сиял в лучах яркого полуденного солнца. Свет поступал сюда через огромные витражные окна. Интерьер был выполнен в золотисто-желтых тонах. Стены помещения украшали дубовые панели, покрытые тонкой резьбой и позолотой. Сверху с потолка свисала большая бронзовая люстра с десятками свечей, освещавшая зал в темное время суток. Высокий балочный потолок украшали рисунки дубовых листьев и переплетенных стеблей хмеля. Солнечные блики играли на полу, покрытом разноцветными плитками. Сквозь прозрачную глазурь керамики проступало изображение зеленого дракона в окружении стеблей и цветов розы. Вдоль стен были расставлены стулья с прямыми спинками. В дальнем конце зала возвышалось главное украшение - золотой трон, покрытый филигранной резьбой и драгоценными камнями. На стенах висели роскошные гобелены с изображением баталий и охоты.

Возле одного из полотен, внимательно разглядывая сцену битвы, стоял ЛииС. Взглянув на связанных друзей, старый знакомый довольно ухмыльнулся и сделал легкий поклон. После чего как ни в чем не бывало продолжил прерванное занятие. Рядом с ЛииСом переминался с ноги на ногу маленький священник. Рыжий плут обменялся с ним парой фраз, показывая что-то на гобелене. Слуга Единой Церкви поправил на груди золотую цепь и важно покивал крупной головой, в чем-то соглашаясь с собеседником. Тут Норм вспомнил, где видел его раньше. Это было на поляне в Шепчущем лесу эльфов. Тогда сей муж называл себя епископом Иоганнесом Паблиотти и командовал монашеской братией. "Видимо, его ссылка уже закончилась", - решил ратник, вспомнив все обстоятельства встречи. Кроме священника и ЛииСа, в тронном зале томились в ожидании монарха десятка три гостей, придворных дам и кавалеров. Но других знакомых лиц среди них не было. Большинство аристократов предпочли расположиться у витражных окон. Они разбились на тесные группки, коротая время в приватной беседе. Несколько мужчин в чалмах и пышных одеяниях, не в силах усидеть на месте, нетерпеливо прохаживались из угла в угол.