Путник. Тхатих. Часть первая.

21. Шахты.

   Ночь прошла спокойно, правда я не выспался и был в скверном расположении духа. Спать на земле, после того как привык к мягкой кровати - препротивное занятие. Наш отряд дополнил Аглапий, без мага жизни соваться в подземелья я не собирался. Я как-то задался вопросом, как Аглапий может меня лечить, если моё тело поглощает все виды энергий направленные на него, долго рылся в инфополе и наконец раскопал нужную мне информацию. 

   То, что когда-то, пытаясь себя вылечить, я сделал - уникально, я первый в этом мире, кто выжил после подобного эксперимента, и во мне проклюнулась одна из особенностей демиургов, что и позволило мне выжить, перестройка моего тела шла основываясь на той информации из глобального инфополя, которая осела во мне, когда я появился в этом мире, вернее когда меня коснулся тот странный цветок на поляне с энергоадаптерами. В общих чертах, моё тело, действуя на уровне рефлексов, определяет, несёт вред мне энергия или нет, если воздействие положительное - то оно допускается, в противном случае энергия поглощается и может быть преобразована в любую другую, и эту способность нужно тренировать, преобразовывать поглощённую энергию в другой тип я ещё не пробовал, вернее не понимал как.

   Но эти размышления раскрыли во мне ещё один пласт ранее скрытой информации - демиурги работали с порталами в планы энергий, основываясь на этой способности, если бы они поглощали энергию накапливая её в теле, их бы просто разорвало, но они направляли потоки из портала через себя, формируя и преобразовыя её по своему усмотрению, всех подробностей процесса я не узнал, но основы понял. И ещё меня поразило то, что демиурги имеют различные уровни воздействия, они постоянно развиваются, и достигнув высшей ступени развития становятся Творцами уходя в бесконечные глубины первородного хаоса, где можно создавать новые вселенные.

   - Чего застыл Ал, идём или нет? - прервал мои размышления Рован. Слава Богу, шуточки Рована прекращались сразу, как только начиналось серьёзное дело.

   - Да, идём.

   Мы направились в тёмный провал, пахнуло затхлой сыростью. Пещеры по которым мы шли были природного происхождения, но через десять минут мы уткнулись в рукотворный тоннель, проложенный в скале, мы продолжали движение, чувствовалось, что мы спускаемся вниз. Пол часа пути вывели нас в большую подземную пещеру, свет факелов в которой не доставал до дальних стен. 

   - Боевое построение, - тихо сказал Рован, и все выстроились в ранее оговоренном порядке.

   Я быстро начертил мелом у выхода знак, и мы медленно двинулись вперёд, периодически я рисовал на полу длинные стрелки указывающие направление выхода. Пять минут пути и мы наткнулись на противоположную стену.

   Два часа времени мы потратили на обследование этой пещеры, было обнаружено ещё три выхода, которые я пронумировал, теперь на полу пещеры были начерчены пути, по которым нужно идти к тому или иному выходу. На стенах возле входов в тоннели мы обнаружили металлические крепежи для факелов, после установки которых ориентироватся стало намного проще.

   Мы приступили к обследованию первого тоннеля. К концу дня мы выяснили, что два штрека шли через богатую породу железной руды, и заканчивались тупиками, а вот третий шрек шел через залежи руды митрила, практически такой же богатой как в шахтах Дхалоу, и этот штрек не заканчивался тупиком. Видно давно, шахтеры добывавшие тут митрил, пробили выход в другой тоннель, намного шире чем их штреки, он был с аккуратно обработанными, почти идеально ровными стенами из такой же, богатой митрилом породы. В стены коридоров были вставлены прямоугольные блоки из пористого материала, похожего на пемзу, светящегося бледно-голубым светом.

   - Идем назад, на сегодня хватит, - тихо сказал я и мы пятясь ушли обратно.

   Уже в лагере я делился своими умозаключениями с командой:

   - Мне кажется очень давно шахтёры наткнулись на тоннели каких-то подземных жителей, которые, судя по состоянию их тоннелей, вполне разумны, есть небольшая вероятность того, что мы сможем с ними договориться, или же придётся замуровать туда проход и разрабатывать руду в другом направлении.

   - Если замуровать там проход, то кто станет утверждать, что мы не пробъёмся в их тоннели в другом месте, - сказал Рован, - думаю нужно обследовать тоннели и выяснить причину исчезновения шахтёров, а там уже принимать решение.

   Осторожный Аглапий предложил установить дверь в тоннели предполагаемого противника, а потом занятся разведкой. Дварфы его поддержали.

   Сообща решили сначала установим дверь, затем заняться обследованием тоннелей.

   Я немедленно отправил гонца в город, чтобы сюда прибыли кузнецы и строители.

   На следующий день мастера кузнечного и строительного дела, под нашей охраной, сняли размеры проёма и посовещавшись как лучше устанавливать дверь уехали в город. Лишь четыре дня спустя из города прибыли подводы с дверями и подсобными материалами.

   - Господин барон, - обратился ко мне один из кузнецов, - когда мы будем крепить петли будет очень шумно, пусть воины будут наготове. 

   - Не переживайте, с петлями шуметь не придётся, я вам помогу магией, так что давайте выдвигаться.

   Установка двери не заняла много времени, труднее всего было её доставить до места, в трёх местах мне пришлось расширять коридор, разрушая породу энергией земли. После установки я укрепил дверь и стены рунами.

   Эту ночь мы спокойно отдыхали. На следующий день я дал указание разместить в коридорах и штреках светильники. Команду свою я решил оставить в той огромной пещере и пойти в разведку в одиночку. Узнав об этом Рован скрутил мне под нос кукиш, и запомнил же гад, я как-то ему рассказал о значении этого жеста:

   - Я иду с тобой, - категорично сказал он, - если с тобой что-нибудь случится, то твои жёнушки меня живьём съедят.

   - Ладно, идём. Мы договорились, что у двери постоянно будет кто-то дежурить и, по условному стуку, откроет нам.