Пьянка студентов-медиков

Пьянка студентов-медиков

Кирилл не бросает слова на ветер, особенно когда это касается культурного мероприятия в честь окончания первого курса. Весь май он и Рома говорили о пьянке, ждали её и настраивали остальных на столь томительное ожидание. Я не оставался в стороне и ждал вечера, чтобы набить брюхо мясом, овощами, попутно запивая большим количеством газировки и кваса.

Мероприятие подкралось незаметно, настолько, что звонок Жени оказался для меня чем-то странным, ведь поводов связываться со мной не находилось за учебный год ни разу.

— Ты идёшь меня встречать? — голос Жени был смешан с шумом в автобусе. — Уговор ведь в силе, да? Твой батя отвезёт нас?

На одну секунду пришло осознание, что я наконец-таки увижу, как бухают мои одногруппники. И это добавило живости в мой голос.

— Да, — ответил я, — всё в силе. Я встречу тебя, но ты, главное, перезвони по приезде в город.

— Лады. Ну, думаю, тебе стоит собраться сейчас. Мы ж сразу поедем туда?

— Скорее всего. Ладно, увидимся.

Связь пропала, а я помчался мыть голову и перебирать шмотки в шкафу. Всё, что попадалось под руку, либо показывало мою худощавость, либо висело. Нечего надеть.

— Забери одежду, — донёсся голос мамы со второго этажа.

Когда я поднялся и забрал одежду, решение проблемы нашлось само собой. Бордовая рубашка (моя любимая), серая футболка — самое то, чтобы отправиться на пьянку и быть там единственным трезвенником среди парней.

— Тёплую одежду не забыл? — надевая куртку, спросил папа.

— Жилетка у меня в рюкзаке, — ответил я, складывая зарядку для телефона и дневник.

— А он зачем? — папа кивнул на дневник.

Я слегка смутился. Зачем человеку нужен дневник? Может, чтобы писать там мысли по поводу происходящего или изливать душу? Чтобы писать о своих мечтаниях, несбывшихся надеждах? Писать о не случившемся, что может произойти, и о том, чем закончится. Или собрать материал для творческих целей.

— Да так, — выдавил я, не зная, что сказать.

— Будешь свои рассказики своим друзьям читать? Не смеши-ка. И так сидишь в четырёх стенах и строчишь что-то там, так хотя бы сейчас посиди с людьми.

— Я не собираюсь им ничего читать.

— Ох, — вздохнул папа, — давай идём. Твой друг уже приехал на вокзал?

— Да. — Я показал сообщение, что он уже вышел из автобуса и ждёт. Это заставило поторопиться, было неудобно заставлять человека ждать.

***

Когда мы подъезжали к указанному месту, батя спросил:

— Точно сюда надо было приехать? — чувствовалось, что этот вопрос был задан Жене, который всю дорогу сидел молча.

— Да, — ответил Женя, глядя на адрес.

Место, где намечалась пьянка, было вблизи заводов и в паре километров от Волги. Это база отдыха с домами, банями и полем для волейбола и пейнтбола. Но за всё нужно платить, даже за волейбольное поле.

Гул гостей, праздновавших день рождения ребенка, проникал через полуопущенные стёкла машины. Кучка людей кое-как вмещалась в деревянной беседке. Чьи-то руки поднимали стакан, макушки голов наклонялись над тарелкой с овощами или фруктами. Дети бесновались вокруг беседки, словно проводили ритуал над взрослыми. Я давно не был на таких торжествах, часто находил глупое оправдание, из-за чего действовал родителям на нервы.

Когда я вылезал из машины, папа остановил меня и спросил:

— Ты здесь до утра? — по его взгляду нельзя было сказать, что он волнуется за меня.

— Да, — ответил я и захлопнул дверь.

Мы шли по брусчатке к самому крайнему дому, стоящему рядом с городком для пейнтбола. Внутри закололо сердце, оно говорило, чтобы я бежал обратно в машину и уехал домой. Но я не мог оставить Женю после его слов, когда мы шли с шараги на остановку. «Только не оставляй меня одного», — говорил он тогда. Мы одногруппники, но у каждого по одному-два друга, остальные — одноразовые люди, с которыми пути разойдутся тут же, как только пройдём аккредитацию.

Идя вдоль однотипных двухэтажных домов, я смотрел на людей, которые сидели в беседке, ели шашлыки, выпивали. Они смеялись и веселились. Конечно, чему им не радоваться? С утра до вечера на работе, с женой и спиногрызами, перед промывающим мозги ящиком под названием телевизор. А тут подвернулась возможность сбежать от этого с несколькими людьми, чьи жизни состоят из той же самой карусели под названием жизнь.

Мы прошли мимо трёх домов, пока не увидели Макса и его, как я понял, отца. Обменявшись с нами рукопожатиями, родитель покинул нас, а Макс, в полном предвкушении торжества, сказал:

— Давайте, помогите мне всё нарезать и складировать.

— А мы что, самые первые? — удивился Женя.

— Нет. Рома и Кирилл в доме, они приехали за десять минут до вас. Не стойте на месте, пацаны, айда!

В доме было душно. Женя попробовал открыть маленькое пластиковое окошко, но безрезультатно. В углу была установлена винтовая лестница на второй этаж. На широком деревянном столе из красного дерева стояли: 4 бутылки шампанского «Grandial», 3 водки «Родник Сибири» и одна «Царская оригинальная», 2 коробки вина «Изабелла Крымская», домашний коньяк и 4 бутылки газированных напитков. Также на столе лежали свежие фрукты, сыр, огурцы и помидоры. Макс взял в руки сладкий перец и понёс его мыть в раковину. «Это всё не сожрать», — думал я. Водку могут, но, если её прихлопнуть, то до всего остального руки могут не дотянуться. Дотянуться разве что до унитаза или кровати.