Пять дней на Алтае

Глава 1.

Лето - время приключений, способных разделить жизнь на "до" и "после".

Глава 1.

Надежда неспешно следовала к главному зданию института хирургии, известного на всю страну своими современными разработками и уникальными операциями. Здесь спасали людей и проводили новые исследования, искали лекарства, создавали все более новейшие техники лечения. Она выставила левую руку в сторону — на запястье красовался серебряный браслет с силуэтом девочки из розовых фианитов, который мягко поблескивал на утреннем солнце. Тоненькими пальчиками с аккуратно подстриженными ногтями она проводила по чёрному кованому забору, протянувшемуся вокруг территории больницы, ощущая под кожей прохладный металл прутьев. Восточный ветер слегка приподнимал подол её голубого сарафана, играл с рюшами на рукавах, заставляя ткань трепетать, словно крылья бабочки. Через плечо Надя перебросила маленькую сумку горчичного оттенка, удлиненный ремешок которой был украшен изящными узорами ручной работы — они переплетались, напоминая восточные мотивы.

— Здравствуйте! — раздавалось то с одной стороны, то с другой. Надежда оборачивалась на приветствия коллег, слегка кивала в ответ, растягивала губы в дежурной улыбке, но глаза оставались холодными. Женщина еще думала о своем и пока не переключилась на рабочий лад.

Мимо неё с пронзительным воем сирены пролетела к приёмному покою карета скорой помощи. Навстречу фельдшерам торопливо вышли санитары с каталкой, синхронно переставляя ноги в белых кроссовках. Не сбавляя шага, Надежда наблюдала за привычной суетой: из машины выгрузили пациента, бережно переложили на каталку и быстро покатили внутрь здания. Следом из кабины выпрыгнула женщина лет тридцати, одетая в униформу врача бригады скорой. Её волосы, собранные в неаккуратный хвост, растрепались от спешки, а на лице застыло выражение усталости.

— Привет, — едва слышно бросила она, мельком взглянув на Надежду.

Надежда посмотрела на неё в упор, прищурившись, но ничего не ответила. В душе снова вспыхнула старая обида — эта женщина когда‑то увела у неё жениха. Молча Надя направилась ко входу. Как только она протянула руку к ручке двери, та сама открылась перед ней. Подняв глаза, она увидела в дверях мужчину высокого роста. Он тоже посмотрел на Надю — на мгновение их взгляды встретились, — а потом он быстро проскользнул к той самой женщине, которая стояла возле скорой.

Надежда пыталась сдержать свое любопытство, но через секунду всё же обернулась. Она смотрела, как некогда ею любимый человек, молодой хирург, с которым они ещё полгода назад выбирали кольца и обсуждали дату свадьбы, теперь заключает в объятия и целует другую. Губы женщины дрогнули, она глубоко вздохнула, шумно втянув воздух, и опустила голову, пряча навернувшиеся слёзы. Впереди был напряжённый трудовой день. Ей предстояла плановая операция на сердце у достаточно высокого по статусу человека. Надо было собраться с духом и откинуть все посторонние мысли в сторону.

— Добрый день, — обратилась Надя к медицинской сестре, находящейся за стойкой регистратуры. Женщина подняла глаза от журнала, поправила сползшие на нос очки и улыбнулась.

— Привет, — тихо отозвалась она и пододвинула Наде журнал. — Как жизнь? — добавила коллега позже, наклонившись вперёд и опершись локтями на стойку.

— Бьёт, — со вздохом ответила Надежда. — Правда, исключительно по голове.

— Может, в отпуск? — оживлённо продолжила диалог женщина, вскинув брови. — Ты когда последний раз там была?

— Зой, я полгода назад брала две недели, — устало ответила Надя.

— Нет, я имею в виду обычный отпуск! — воскликнула Зоя, всплеснув руками. — Море, пляж, курортный роман… — с интригой протянула она, поставив подбородок на запястье и лукаво подмигнув. — А не вот эта вот твоя домашняя хандра. Когда ты была на море?

— В детстве, — буркнула Надежда. Она бросила на коллегу короткий взгляд своих изумрудных глаз, в которых мелькнуло что‑то горькое, и направилась в ординаторскую.

Пока никого не было Надежда переоделась в униформу и накинула на плечи белый халат, аккуратно расправив его на плечах и поправив бейджик. Теперь ей нужно было приготовить карты к обходу. Она устроилась за широким столом, взяла ручку и стала делать пометки, сосредоточенно прикусив губу. Внезапно хлопнула дверь. Надя выпрямилась, чтобы поздороваться с тем, кто вошёл, но этого не потребовалось. Увидев Марка, она снова опустила глаза в медицинские карты, стараясь не выдать волнения.

— Говорят, у тебя сегодня плановая операция у самого Вернадского, — слетело с его уст. Марк стоял у двери, засунув руки в карманы врачебного халата, его поза казалась расслабленной, но взгляд был напряжённым.

— Тебе до этого какое дело? — недовольно отреагировала Надежда, сжимая ручку чуть сильнее.

Марк сел за стол напротив неё. Их глаза вновь встретились. И у обоих читалась смесь вины и раздражения, безумная тоска по прошлому и много недосказанных слов.

— Ты со мной так разговариваешь, как будто это я тебя бросил, — сказал он.

— Разве нет?! — воскликнула она, резко подняв голову.

— Нет! — едва повысил он голос. — Ты сама просто вычеркнула меня из своей жизни.

Они были вместе три года. Познакомились в этой больнице, когда Марк устроился на работу хирургом-травматологом. Отношения завертелись очень быстро и были похожи на сказку — полная идиллия. О своей любви никому не кричали, предпочитая счастье тишины. Более того, они удивительно легко избегали всяких ссор, идя на уступки друг другу. Многие кризисы они переживали вместе — судебные разбирательства из‑за пациентов, рабочие споры, — но не смогли преодолеть семейную трагедию.