Пять ночей с драконом. Истинная

Глава 2. Лишняя

Решение было принято, осталось понять, как с ним жить дальше. Слухи о моей недееспособности быстро облетели деревню. Староста лично навестил меня, чтобы все обсудить.

— Как долго это продлится? — мрачно поинтересовался он.

— Скоро мой дар восстановится. Я приболела, так бывает, — ответила я.

В принципе я даже не соврала. Просто умолчала о сути своей «болезни».

— Ладно, — махнул рукой староста. — Лечись, мы подождем. Походим пока к знахарке.

Я вздохнула с облегчением. Мне будет, где жить все это время. Уже хорошо. Очутиться беременной на улице, без тени и дара – последнее, что мне нужно.

О возвращении домой речи не шло. Нет уж! Особенно теперь, будучи беременной. Даже думать не хотелось, как к этому отнесется Верджил. Я не ждала от него ничего хорошего. Он убил мою любовь разочарованием, но я сама виновата. Придумала себе образ и влюбилась, а потом пелена спала с глаз.

Но одной тяжело. Дождя не было уже с месяц, а значит, Грей не вспоминал обо мне. Коты и те больше не приходили, обиделись.

Свой двадцать третий день рождения я встретила в полном одиночестве. Прошел почти год, как Грей явился за первой ночью. И вот как изменилась моя жизнь. До неузнаваемости! Я осталась без семьи, без дома, беременная, зависимая от чужой милости. Слишком много проблем принес мне дракон, а ведь впереди еще целых три ночи. Не передать, как я на него злилась.

Чтобы не переживать лишний раз, сосредоточилась на текущем моменте. Вот только я до смешного мало знала о деторождении. У матушки я была последним ребенком, а служанки меня особо не интересовали. Но даже мне было очевидно, что моя беременность далека от нормальности и проходит не совсем обычно.

Началось с появления жара и пульсации внутри живота. Постепенно высокая температура передалась и мне. Я горела без всяких симптомов простуды или других заболеваний.

Неужели ребенок огненный дракон? Это возможно? Еще меньше, чем о детях, я знаю о наследовании дара у драконов. По правде говоря, вообще ничего. А спросить не у кого. Даже владей кто-то в деревне подобными знаниями, я бы не обратилась к нему. Ведь для этого надо рассказать правду о моем состоянии.

Из-за высокой температуры я постоянно мерзла. На дворе стоял разгар лета, а я куталась в шали. Местные жители поглядывали на меня косо. Молва о странной болезни чародейки быстро облетела деревню. Меня начали сторониться.

Но я была этому рада. Все из-за живота – он начал расти. Пока его прикрывала шаль, но, судя по всему, он будет большим. Рано или поздно жители деревни его заметят. Чутье подсказывало – лучше пусть это случится как можно позже.

Дальше стало только хуже. К температуре присоединилось странное онемение. Особенно сильным оно было на спине. С зеркалами в деревне было плохо, поэтому я отправилась на рассвете к реке. И там, кое-как извернувшись, изучила свое отражение.

Каков же был мой ужас, когда я увидела на пояснице не кожу, а чешуйки. Участок с ними был совсем небольшой, но вдруг это только начало? Я что, обращаюсь? Еще драконом стать не хватало!

Всем сердцем я надеялась, что это побочные эффекты беременности от дракона. Рожу и все пройдет. Происходящее со мной вообще было далеко от нормальности. Ребенок даже шевелился странно. Мало того, что рано, так еще я ощущала движение сразу в нескольких местах. Как будто у плода были… крылья?

Но что самое паршивое – я стремительно теряла силы. Точнее, ребенок высасывал их из меня. Принести воду из колодца занимало час, не меньше, а после я отдыхала полдня. Приготовить еду, убраться в доме, прополоть сорняки в огороде – все стало неподъемным, чересчур сложным для меня.

Первым я забросила огород. Печально было видеть его заросшим, но я уже не могла ухаживать за ним. О чистоте в доме тоже пришлось забыть. Теперь я почти все время лежала, а когда двигалась меня мучила одышка и отеки.

Готовила я самые простые блюда, требующие минимум времени и сил. К тому же обычная еда уже не насыщала меня, я испытывала острую тягу к мясу.

Живот был тугой и тяжелый, словно там не ребенок, а камень. Порой было совсем плохо – тело будто наливалось металлом, кости ныли, мышцы сводило судорогой, а под сердцем пылал огонь. Не физический. Он жег изнутри, медленно, невыносимо. Этому пламени было тесно в моем теле.

Я зажимала рот рукой, чтобы не кричать от боли, и оседала на пол, опираясь спиной о прохладную стену. Лоб покрывался потом, а руки дрожали.

В такие моменты я говорила с малышом. Почему-то не сомневалась – он или она меня слышит.

— Тише, тише, — просила я, гладя живот. — Пожалуйста, не обижай маму. Ты ведь слышишь меня, правда? Я знаю, что ты особенный. Я чувствую это.

Ребенок в ответ шевельнулся. Это был не просто толчок, а движение. Осмысленное и осторожное.

— Ты слишком сильный для моего тела. Я не справляюсь, малыш, — объясняла я. — Мне так больно… Иногда я думаю, что не доживу до твоего рождения. Что ты сожжешь меня изнутри, просто потому что не знаешь, как быть мягче. Пожалуйста, научись быть тише, — я погладила живот. — Помоги мне. Вместе мы справимся.

Шевеление постепенно затихло. Ребенок успокаивался. То ли от звука моего голоса, то ли правда понимал меня и жалел. В любом случае это всегда работало, мне становилось легче. Возможно, не все потеряно, и я смогу выносить и родить дракона.