Пять шагов назад. Ловушка времени

Глава 10. Слежка

Я решила не тянуть дальше и действовать, пока страх не притупил решимость. Мысли о Чарльзе Эбстере не давали мне покоя, словно в голове застряла заноза. Адреса, переписанные дрожащей рукой, лежали в кармане и будто жгли. Я понимала, что любая промедление играет не на моей стороне.

Уже на следующий день я вышла из особняка, стараясь не шуметь, и аккуратно притворила дверь. Улица встретила меня прохладным вечерним воздухом и редкими фонарями, которые зажигали один за другим. Я шла быстро, но не торопливо, выбирая маршрут, где можно затеряться среди прохожих. Мне не хотелось, чтобы кто-то запомнил мое лицо или походку. Мысль о том, что мужчины могут меня узнать, неприятно щекотала нервы.

Адрес Вильяма Дорда находился в районе, где землю под постройку покупали люди с деньгами. Дома там стояли ровными рядами, фасады выглядели ухоженными, а окна светились теплым желтым светом. Я замедлила шаг, когда увидела нужный дом, и сделала вид, что просто прогуливаюсь. Сердце билось слишком громко, и я боялась, что его услышат.

Неподалеку располагался аккуратный уличный прилавок, где торговали выпечкой и горячими напитками. Оттуда тянуло сладким запахом теста и корицы. Я подошла ближе, словно меня привлек аромат, и сделала вид, что разглядываю пироги. Продавщица оказалась женщиной средних лет с живыми глазами и охотно улыбнулась.

— Добрый вечер, леди, — сказала она, перекладывая корзину с булочками. — Что-нибудь подсказать?

— Я здесь недавно, — ответила я, стараясь говорить непринужденно. — Район такой ухоженный, сразу бросается в глаза.

— О, это правда, — с гордостью кивнула она. — Тут теперь живут состоятельные люди.

Я чуть наклонила голову в сторону нужного дома, будто случайно.

— А этот дом, — произнесла я, — Выглядит особенно новым. Хозяин, должно быть, недавно переехал? Какой-нибудь аристократ?

— Аристократ? — хмыкнула она, затем махнула рукой. — Да нет, купец.

Я сделала вид, что удивлена, и позволила себе легкую улыбку.

— Купец? Значит, дела у него идут хорошо.

— Еще бы, — оживилась продавщица. — Говорят, он вкладывается в недвижимость. Покупает дома, земли. Умный человек.

Я поблагодарила ее и купила маленький пирог, чтобы разговор выглядел естественно. Отойдя чуть в сторону, я потихоньку жевала выпечку и смотрела на дом. В окнах горел свет, но силуэты не были видны. Я пыталась представить Вильяма Дорда за этими стенами и понять, какую роль он играет. Мысль о том, что именно он может быть тем, кто оплатит покупку нашего особняка, казалась все более правдоподобной.

Если Дорд — деньги, тогда кто Чарльз Эбстер? Все это не складывалось в простую картину. Я ощущала, как тревога снова поднимается внутри, но вместе с ней росло и странное возбуждение. Я наконец-то двигалась вперед, а не сидела в ожидании чужих решений.

Я отошла дальше по улице, делая вид, что ищу дорогу, и еще раз оглянулась на дом Дорда. В голове возникла новая мысль: если он купец и инвестор, значит, у него должны быть причины для такого союза с Эбстером. И вряд ли эти причины были безобидными.

Я еще долго крутилась возле дома Вильяма Дорда, делая вид, что просто прогуливаюсь без цели. Тени здесь ложились удачно, фонари стояли далеко друг от друга. Я пряталась за деревьями, колоннами, чужими калитками, ощущая себя нелепо и одновременно собранно. Сердце постепенно успокаивалось, дыхание выравнивалось, внимание обострялось до болезненной четкости.

В одном из окон на втором этаже мелькнул свет, затем появилась фигура мужчины. Я замерла, прижалась к холодной каменной ограде и затаила дыхание. Несколько мгновений я рассматривала силуэт, пока не поняла очевидное. Это был один из тех, кого я видела сегодня в гостиной. Но не он. Не мужчина с даггеротипа.

Черты лица угадывались плохо, но ощущение было точным и уверенным. Этот человек выглядел обычным, живым, подверженным времени. Его движения были резкими, чуть суетливыми, совсем не такими спокойными. Я отступила глубже в тень, позволив себе тихий выдох. Значит, Вильям Дорд — не тот, кого я искала.

Я не стала задерживаться дольше. Слишком велик был риск, что меня заметят. К тому же в голове настойчиво звенело имя Чарльза Эбстера. Я поправила плащ и направилась прочь, чувствуя, как город постепенно меняется. К тому времени уже совсем стемнело.

Центральные улицы встретили меня шумом экипажей, голосами прохожих и ярким светом витрин. Здесь было легче затеряться, но сложнее сосредоточиться. Я шла уверенно, стараясь не оглядываться слишком часто.

Адрес Чарльза Эбстера оказался совсем иным. Это был дорогой квартирный дом с массивной дверью и ухоженным фасадом. Камень здесь выглядел старым, но крепким, словно дом строили на века. Я остановилась напротив и внимательно осмотрелась. В окнах горел мягкий свет, за шторами угадывалась чужая жизнь.

Я размышляла, как подобраться ближе и при этом не привлечь внимания. Подглядывать с улицы было бессмысленно. Нужно было рискнуть. Я дождалась, пока из дома выйдет пара жильцов, и тихо проскользнула внутрь. Дверь закрылась за мной почти беззвучно.

Внутри пахло воском, старым деревом и чем-то металлическим. Я прошла к лестнице и начала рассматривать таблички с номерами квартир. Сердце снова ускорилось, но я заставила себя двигаться спокойно. Четвертый этаж. Имя Чарльза Эбстера значилось четко и аккуратно, словно его наносили недавно.

Я сделала шаг назад, собираясь уйти, и в этот момент услышала шаги сверху. Кто-то спускался с пятого этажа. Я резко развернулась и почти побежала вниз, сдерживая дыхание. Мысли путались, пальцы дрожали, но я не остановилась, пока не оказалась на улице.

Ночной воздух показался ледяным. Я свернула за угол и прижалась к стене, стараясь слиться с тенью. Сердце колотилось так сильно, что мне казалось, его слышно на всю улицу. Я закрыла глаза на мгновение, убеждая себя успокоиться.

— Какая интересная неожиданная встреча, — произнес голос прямо у меня за спиной.