Пять слов до тебя

5. Боль, которую видно. Часть 3

Мы въехали в город на рёве мотоцикла, оставляя за спиной реку и её тишину. Егор резко притормозил у знакомого кафе — того самого, где мы стали “парой”.

Я с трудом отклеилась от его спины, ноги дрожали после долгой дороги. Егор поймал меня за локоть, не давая упасть. Он по свойски закинул мой рюкзак себе на плечо.

— Живая? — его голос звучал насмешливо, но в глазах читалось беспокойство.

— Еле-еле, — фыркнула я, снимая шлем и тряхнув волосами. Они распушились от влажного ветра.

Он ухмыльнулся, поправил мои непослушные пряди, Взяв меня за руку, он чуть напрягся, но взял себя в руки, не показывая, свою слабость и толкнул дверь кафе.

Внутри пахло кофе, корицей и свежей выпечкой. Мой живот тут же отозвался на этот запах.

Мы устроились в углу, у самого окна. Я достала тетради, разложила учебники, но мысли путались. Глаза сами цеплялись за Егора — он листал меню, брови сведены к переносице, губы плотно сжаты. Серьёзный. Сосредоточенный. Красивый.

— Берёшь облепиховый чай? — не глядя спросил он.

— С медом, - тут же отозвалась.

— Как всегда, - улыбнувшись уголками губ, отозвался он.

Официантка, уже спешила к нам, улыбаясь при виде Егора. И чего она лыбится? Разве мне видно, что он не один? Я перевела взгляд на него, боясь увидеть ответную улыбку, но Егор даже не смотрел на нее. Он протянул руку через стол и взял меня за руку, переплетя наши пальцы. И кто несколько дней назад, настаивал на пункте “Без прикосновений”? Видать переклинило его и он уже сам не помнит, что говорил.

Приняв заказ официантка удалилась. Как мне показалось, немного растроиной. ведь Егор говорил с ней сухо, не отводя от меня взгляда. А я не переставала смотреть на него влюбленными глазами. Надеюсь у меня получилось. И уже через минут пять перед нами она поставила чай, кофе и два круассана. Егор кивнул ей, и тут же рассчитался, протяну ей пару купюр. Сделав глоток горячего кофе, он взял мой учебник по математике и стал его изучать.

— Так. Что тут у тебя за ересь?

— Ты сам её не понимаешь, — закатила я глаза, но он уже водил пальцем по странице, что-то бормоча про логарифмы.

В этот момент дверь кафе распахнулась.

Громко. Вызывающе. Стараясь привлечь как можно больше внимания.

Вошел Максим. Чертов Максим.

Высокий, широкоплечий, с нарочито небрежной укладкой и дорогими часами на запястье. Тот самый, кто ещё в сентябре пытался пригласить меня на свидание, а получив отказ, распустил слухи, что я "сама лезла".

Он оглядел зал, увидел нас — и глаза его сузились. И его рот растянулся в хищной улыбке. От которой мне стало не по себе.

— Ну надо же, какие люди, — громко сказал он, подходя к нашему столику. Его дружки, два таких же накачанных идиота, остались у входа, но ухмылялись во весь рот.

Я почувствовала, как Егор напрягся, но внешне остался спокоен и не оторвал взгляд от учебника.

— Макс. Не вижу повода для общения, — ровно сказал он, даже не поднимая головы.

— А я вижу. Особенно когда моя бывшая сидит с кем-то, кто даже до ее уровня не дотягивает.

Бывшая? С каких это пор? Он что головой успел где-то приложиться?

Я резко подняла глаза, с возмущением смотря на него.

— Мы с тобой никогда вместе не были, — прошипела я.

— Ну да, ну да, все такие скромные, пока не остаются наедине, - специально, мягко с нотками нежности проговорил.

Взгляд Егора потемнел. Он сжал учебник так сильно, что побелели. Егор медленно поднялся и повернулся к Максиму. Он был ниже Максима, но в тот момент казался выше. Глаза, ещё минуту назад спокойные, стали ледяными.

— Ты закончил? - тихо спросил он.

— Ой, испугал! Ты что, герой теперь? Защитник дам? Ты забыл свое место?

Максим наклонился ко мне, его дыхание пахло сигаретами и чем-то сладким, тошнотворным.

— Лерка, ты же знаешь, что он тебя использует? Все знают. Он с тобой на пару недель. А потом — бросит.

Я не успела ответить.

Егор двинулся вперёд.

Быстро. Резко.

Он схватил Максима за воротник и прижал к стене. Тот испугался, но старался не показать свой страх, спрятав его за напускной злостью, Но я то видела, как его рука дрожала.

— Повтори.

В кафе воцарилась тишина.

Даже официантка замерла с подносом в руках, завараженная разворачивающейся сценой. Те немногие посетители смотрели с большим интересом на нас.

Максим побледнел, но не сдавался, провоцируя Егора:

— Ты что, ударить меня собрался? При всех?

— Если потребуется.

Егор говорил тихо, но каждое слово било, как молот.

— Ты сейчас извинишься. Перед ней. И уйдёшь. И если я ещё раз услышу, что ты к ней пристаёшь, мы с тобой серьёзно поговорим.

Максим дрогнул. Он посмотрел на меня, на Егора, на своих дружков, которые внезапно заинтересовались меню и обстановкой вокруг.

— Извини, — пробормотал он, не отводя взгляда от меня.

— Не ей. Мне.

— ЧТО?

— Ты оскорбил не только её. Ты оскорбил меня. Так что извиняйся, пока я вежлив.

Максим выдохнул.

— Извините, -без искренности и без сожалений, проговорил Максим.

Егор отпустил его.

— Вали.

Максим выпрямился, поправил воротник и, бросив на меня злобный взгляд, вышел, хлопнув дверью. Мне это не понравилось. Что-то подсказывало мне это,что это еще не конец, зная его,он просто так не оставит это.

Егор сел обратно, выпил залпом остывший кофе и взглянул на меня.

— Уроки делать будем?

Я смотрела на него, не в силах вымолвить ни слова. Моё сердце бешено колотилось, руки дрожали.

— Ты…

— Не благодари, - бросил он.

— Я не собиралась.

Он усмехнулся, посмотрев на меня.

— Тогда давай математику. Пока ты не передумала.

Но я уже не могла сосредоточиться.

Глаза сами возвращались к двери, к месту, где только что стоял Максим. К рукам Егора, которые так легко сжали чужой воротник. А что было бы, если бы мы были не в кафе?