Пять стихий для дриады. Похищенная жизнь.

Глава 21. Внимание, гусь!

В Дивине пленяло всё: и озорство во взгляде, и всепобеждающая улыбка, и воинственная, никем не покорённая красота. Изобретательница была подобна перелётной птице, которая остаётся там, где захочет. Которую не удержать, если воцаряются холода.

Она спустилась в подвал, несколько раз свернула по узкой мрачной кишке, которая, судя по направлению, завивалась спиралью. И очутилась в мастерской.

Зажёгся свет.

– Автор этого шедевра умеет доводить до экстаза, не так ли? – поинтересовалась Дивина, ткнув пальцем в пятно на шее Василисы (волосы, жалкое прикрытие, успели растрепаться и обнажить улику). – Перестань, тут нечего стыдиться. Давай лучше научу тебя профессионально скрывать следы. Полезный навык.

Она отошла и принялась двигать ящики с инструментами, чтобы добраться до кое-чего секретного. Грохот, скрежет, звон металла о металл… М-м-м, музыка для ушей того, кто разбирается в теме. К Василисе изобретательница приволокла тяжёлый короб, под крышкой которого обнаружилась уйма всевозможных тюбиков, баночек и кистей.

– Храню их на случай кризиса, – краем рта усмехнулась Дивина. – Ну, давай. Посмотрим, что тут у нас.

Усадив подругу на скрипучий крутящийся табурет, она навела на неё раструб гнущейся лампы и приступила к процедуре под кодовым названием «штукатурка». Тональный крем, пудра, маленькая кисть кабуки… Вот так, отлично, очень хорошо.

Василиса сидела зажмурившись. Ей жуть как хотелось чихнуть, но она сдерживалась из последних сил. Странно, конечно, что на Эльмирии чихать – дурной тон. Кто только такое придумал? Или принц над ней просто подшутил?

А Дивина всё водила своими кисточками, щекоча ей шею, перебирала коробочки с тюбиками, деловито закусывала губу и вполголоса напевала какую-то мелодию, нанося на холст бархатной кожи мазок за мазком, точно опытная художница.

Последний штрих, удовлетворение во взгляде и…

– Есть, – лаконично резюмировала она и вручила клиентке зеркальце, оценить результат.

Она сложила косметические принадлежности обратно в короб и небрежно задвинула его ногой в дальний угол. Тайный салон красоты уехал в подполье. И очень вовремя, надо сказать. Ибо теперь Василиса уж точно не смогла бы сидеть смирно.

В комнату проник некто очень неожиданный. Шлёпая лапами по полу, через неплотно прикрытую дверь вбежал гусь. Белый, упитанный, настоящий.

Василиса решила, что официально сошла с ума, а значит, ей можно безнаказанно визжать, хохотать сквозь слёзы и носиться туда-сюда – преимущественно затем, чтобы избежать болезненных щипков от этого самого гуся.

– Мамочки! Откуда? – в очередной раз отпрыгивая от недружелюбного создания, взвизгнула она.

– Джулиус, вонючка ты косолапая! – выругалась Дивина. – А ну кыш! Кидается на моих гостей, понимаешь! Вконец одичал.

Она перешла в наступление, замахала на гуся руками и в итоге сумела отогнать его от Василисы, которая в процессе бегства едва не вписалась лбом в громоздкую железную конструкцию.

Конструкция высилась посреди мастерской на больших резиновых колёсах, которые были словно слеплены из плиток тёмного шоколада. Она поблёскивала сочно-зелёным начищенным корпусом со смешными розовыми наклейками и провоцировала лавину воспоминаний.

– До чего знакомая штуковина, – пробормотала Василиса, приворожённая блеском деталей и мытых голубоватых стёкол.

– Это трейлер. По-другому, дом на колёсах. Моя машина времени, – пояснила Дивина. – Раньше, лет так триста назад, она была узкой и куда менее вместительной. Телефонную будку помнишь? Ну так вот. А путешествия та ещё свистопляска. Иногда хочется поспать, перекусить, помыться, я не знаю. Короче, я свою крошку переделала. Ну так как? Что скажешь? Супер?

– Су-у-упер, – протянула Василиса, перекатывая на языке новое слово и одновременно пытаясь встроить эту невозможно уютную машину в свою картину мира.

Дивина отвлеклась, чтобы отчитать Джулиуса за хамство, а когда покончила с разъяснительной беседой, была до глубины души поражена. Оказывается, прежде Василиса трейлеров вблизи никогда не видела. Только издалека, пристроившись на древесной ветке.

В данный момент она занималась тем, что увлечённо дёргала за ручку, открывала дверцу и захлопывала её, прислушиваясь к щелчку с крайне мечтательным выражением на лице. Затем действие повторялось.

Гусь от щелчков совсем крышей поехал. Сперва на руках изобретательницы он присмирел, но теперь у него напрочь отказали тормоза, он принялся шипеть, бить крыльями, вырываться и даже извернулся, чтобы Дивину ущипнуть. Та его немедленно выпустила.

– Джулиус! Зловредная птица! – зашипела она на гуся прямо-таки в его манере.

Василиса отскочила от трейлера, как только увидела, что «зловредная птица» несётся аккурат на неё.

– Забей. Ты ему не нужна, – успокоила её Дивина. – У него приступ ностальгии. Когда он слышит эти хлопки, моментально слетает с катушек. Машина времени для него всё равно что дом родной. Я его год назад подобрала на одной из ближних планет. Умирал, бедняга, на обочине, в луже. Крыло ему эльмирийский ветеринар подлатал, выписал кое-какие лекарства, проконсультировал меня насчёт питания. И вот результат. Джулиус, можно сказать, получил в трейлере вторую жизнь. Иногда его из машины просто не выгнать. Эй, ну куда на водительское сидение! – всплеснула руками она и полезла стаскивать гуся с кресла.