Пять стихий для дриады. Похищенная жизнь.

Глава 31. Дожить бы

– Послушай сюда. Главный твой недостаток в неправильном образе мышления. Ты фиксируешься на достижении успеха. Хочешь поднажать – и закончить. Ещё поднажать – и снова закончить. Тебе важен результат, а не процесс. Надо наоборот, – инструктировал Хоанфи. – Магия, как и жизнь, не терпит спешки.

Одновременно он ходил мимо ученицы. Вскользь дотрагивался до затянутой в шелка упругой груди. Корректировал осанку, с нажимом выправляя плечи, оглаживая гибкую талию и перемещая ладонь на тёплый, подтянутый живот. Учил эффективной стойке. Свою немудрёную философию прививал.

– Нельзя заваривать чай крутым кипятком. От этого его польза сводится к нулю. Твоё чрезмерное усердие – всё равно что крутой кипяток, понимаешь? Ты надавливаешь сильнее, ещё сильнее… И бац! Что это у нас там сломалось? А вывод какой? Не надо слишком стараться: удачу спугнёшь.

Василиса ловила наставления и складывала их в копилку памяти. Многовато мудростей для одного урока. С наскока не усвоишь.

Вода. Ветер. Огонь. Земля. Эфир. Она упражнялась попеременно в каждой из стихий, выполняя задания, которые давал ей Хоанфи.

А где-то за кирпичными стенами, островерхими башенками, флагами и флюгерами крыш вздыхало тихое море. В небе – прозрачно-голубом, подёрнутом осенним флёром – как посланные свыше письма счастья, вились белые чайки.

– Смотри, – говорил Хоанфи, – ты зацикливаешься на какой-то мысли, и она ставит блок на пути потоков энергии. В этом твоя ошибка. Попробуй не сосредотачиваться на внутренних помехах. Отпусти их, позволь им плыть своим путём.

Василиса кивала.

Василиса встряхивала гривой спутанных волос, жмурилась и представляла себе мощный луч света, который льётся на неё с небес, чтобы очистить чертоги разума от посторонних мыслей.

Она искренне пыталась стереть из воображения кадры, наглядно демонстрирующие, как именно она будет побеждать девятихвостого лиса. Гнала прочь идеи о том, какое платье при помощи стихийных даров ей следует сотворить для встречи с Масаронгом. И пробовала всячески отделаться от сомнений: а не мало ли это – десять минут – чтобы приступить непосредственно к самой волнительной части свидания?

Но эти и подобные им мысли водили в её голове стройные хороводы. Попробуй хоть одну выдерни – запустишь такой хаос, что ни один очистительный поток с ним не справится.

Видя, что прогресса не наблюдается, Хоанфи сменил тактику.

– Ладно, наплюй на мысли. Просто постарайся получать от обучения удовольствие. То есть нет. Не старайся. Вообще перестань стараться. Ох, а это сложнее, чем я думал.

Он вздыхал, садился перевести дух на прохладные плиты лестницы, утирал пот со лба и ерошил свои нечёсаные, давно уже одноцветные патлы.

Василиса сгущала в пригоршне лучистую энергию, раскрывала ладони и посылала её в объекты, которые Хоанфи, оставаясь по-прежнему мастером иллюзий, размещал на противоположной стороне улицы.

Водяные струи. Смерчи. Ревущее пламя. Каменный град. С каждым разом выходило лучше. Но до идеала всё равно было далеко.

Прошло часов пять. А может, шесть или семь. Василиса потеряла счёт времени. Пошатываясь, она кое-как добрела до Хоанфи и рухнула рядом, на ступеньку, уложив затылок ему на колени.

Теперь уже не рука мастера, а усталость давила на плечи. И поясницу ломило так, словно в течение всей разминки приходилось тягать ящики с гирями.

– Обеспечишь мне костыли? – со слезящимися глазами спросила Василиса. – Нет, давай сразу кресло на колёсиках. Не представляю, как буду сегодня передвигаться. Я и подумать не могла, что в человеческом теле столько мышц.

– На колёсиках… – вяло улыбнулся Хоанфи. – Имеешь в виду инвалидное? Ну-ну, не беги впереди паровоза. Инвалидом ты с большой вероятностью станешь на следующем занятии.

– Если доживу, – натянуто рассмеялась Василиса.

О том, что лис вполне может прикончить её раньше, она решила не заикаться.

Устроив тяжелую ладонь у неё на поясе, Хоанфи завладел её смоляным локоном и накрутил его себе на палец. Веки Василисы нещадно слипались.

Великий мастер выбрал именно этот момент, чтобы вывести её на разговор.

– Признайся честно, – напрямик сказал он. – Ты ведь не собираешься связать свою жизнь со мной? Нет у тебя такого в планах?

– И не мечтай, – лениво отозвалась ученица. – Я, скорее, свяжу тебя.

– Но ведь есть же кто-то на примете? – допытывался Хоанфи. – Тот, с кем ты готова завести отношения.

– Отношения… По правилам, их должны строить двое, а я, знаешь ли, не любительница строек, – потянуло Василису на откровенность. – Тем более, что обычно они перерастают в долгострой.

– А как же телохранитель?

– Я пока не поняла, какие чувства к нему испытываю. Не спорю, он привлекательный, есть в нём особая сила притяжения. Но его суть для меня загадка. Не люблю слишком загадочных. От них можно ждать чего угодно… Вот ты типичное чудовище. Я примерно представляю, что ты способен выкинуть. Так что с тобой у нас ещё возможно что-то вроде партнёрства. Ну как, отлегло? – смеялась она.

Кожу холодил приятный ветерок. Шелестели растения в кадках. Солнце дефилировало по тенистому закоулку, кокетливо скрываясь за дрейфующими в вышине облаками.