Пять желаний моего лучшего друга

Глава 1: "Пирог с сюрпризом"

Солнечный луч, пробивавшийся через витражное окно кафе «Вишнёвый Улей», скользнул по столешнице, подсвечивая крошки от только что разрезанного пирога. Эмили щурилась, стараясь ровно вывести кремовую надпись «10 лет» на глазури. Десять лет. Столько прошло с тех пор, как её мама в последний раз испекла тот самый пирог с вишней из старого сада за домом. Теперь мамы не было, а сад засох, но кафе жило — благодаря рецептам, оставшимся в потрёпанной тетрадке, и упрямству Эмили, которая верила, что запах корицы и ванили может склеить даже разбитые сердца.

— Эй, шеф-кондитер! — раздался знакомый голос с порога. Итан ввалился внутрь, зацепившись гитарным чехлом за дверной косяк. Его рыжие волосы торчали, как обычно, в разные стороны, а на футболке красовалась надпись: «Спасибо, что вы терпите мой альбом».
— Ты опять проспал? — Эмили не оторвала глаз от пирога, маскируя улыбку. — Говорил же, поможешь с гирляндами.
— Не проспал, — Итан швырнул гитару на стул и схватил со стола печенье в форме пчёл. — Я сочинял. Гениальная вещь! Представь: баллада о бариста, которая влюбилась в эспрессо-машину. Припев — вой кофе-грандера на высокой ноте...

Эмили фыркнула, но прервала его, указывая на часы:
— Через два часа народ повалит на юбилей. Если не повесишь гирлянды, споёшь эту балладу вместо тоста. С миссис Хендерсон на бэк-вокале.
— Миссис Хендерсон обожает мой вокал, — Итан подмигнул, но вдруг замолчал, засунув руки в карманы. — Слушай, Эм... Мне надо кое-что сказать.

Тон его голоса заставил её наконец поднять голову. Итан нервно переминался с ноги на ногу, разглядывая свой потертый кеды.
— Ты помнишь, я говорил про Нью-Йорк? Ну, там музыкальная школа, продюсер... — Он выдохнул, словно выталкивая слова. — Я уезжаю. Через неделю.

Ложка со звоном упала на пол. Эмили замерла, чувствуя, как что-то холодное сжимает горло. Десять лет дружбы. Десять лет, когда он был рядом — после смерти мамы, после провала её собственных планов на колледж, после всех тех ночей, когда она плакала в подушку, а он сидел на кухне, наигрывая глупые мелодии, пока она не смеялась.

— Поздравляю, — выдавила она, наклоняясь за ложкой. Голос звучал чужим. — Наконец-то вырвешься из этой дыры.
— Эм... — Итан потянулся к ней, но она резко выпрямилась, делая вид, что поправляет салфетки.
— Не надо, — буркнула она. — Я рада за тебя. Правда.

Он молчал секунду, затем швырнул на стол смятый конверт.
— Вот. Держи. Не открывай, пока не уйду.
— Что это? — она ткнула пальцем в конверт.
— Список. Пять желаний. Ты должна их исполнить.
— Ты с ума сошел? — Эмили засмеялась неестественно громко. — Я не твоя фея-крестная!
— Ты лучший друг, — он сделал ударение на последних словах. — А лучшие друзья... Ну, знаешь. Всё это.

Дверь кафе распахнулась, впуская миссис Хендерсон с её козой Люсиль на поводке.
— Эмили, дорогая! — завопила старушка. — Люсиль снова объелась твоих роз! Ты должна добавить в меню что-то для жвачных животных!

Пока Эмили разбиралась с козой и возмущённой посетительницей, Итан исчез. На столе остался лишь конверт с надписью «Желание №1» и гитара, прислонённая к стулу.

Сцена в подсобке:
Эмили, оставшись одна, всё же разорвала конверт. Листок пахнул его одеколоном — дешёвым, с ароматом лимона и чего-то горького.

«Желание №1: Провести мой прощальный концерт в „Вишнёвом Улье“ до отъезда. P.S.: Группа в сборе. Не волнуйся».

— Группа? — она вслух зачитала приписку. — Твоя группа распалась, когда Тим женился на той девушке из зоомагазина, а Дэйв ушёл в монахи!

Внезапно её взгляд упал на гитару Итана. На наклейке у грифа, почти стёртую временем, можно было разобрать: *«Эмили + Итан = Безбашенные дуэты. 2014»*.

Она потрогала струны, и в подсобке прозвучал фальшивый аккорд. Где-то за стеной мяукнули коты — будто смеялись.

Вечер того же дня:
Юбилей кафе превратился в хаос. Люсиль устроила погром в углу, объевшись гирлянд, школьный учитель мистера Брауна пел караоке-версию «Bohemian Rhapsody», а Итан, сидя на барной стойке, объяснял пьяному фермеру, почему «коровы — это прирождённые барабанщики».

Эмили наблюдала за ним, сжимая в руке список. «Пять желаний». Безумие. Но в его глазах, когда он говорил об отъезде, была та же тень, что и тогда, в шестнадцать, когда он вернулся из больницы и сказал: «Твоя мама попросила меня остаться. Для тебя».

— Ладно, — прошептала она, пряча список в карман фартука. — Сыграем в твою игру, Итан. Но если думаешь, что я просто отпущу тебя...

Она не договорила. Где-то за её спиной Люсиль громко блеяла, будто одобряя решение.