Пять женихов Забавы Путятичны

Татарский посол

Любил князь Владимир Красно Солнышко пиры. Чтоб мёд лился рекой, чтоб икра возвышалась горами, чтоб стаями неслись тарелки с мясом, птицей да рыбой. Да чтоб дела государственные порешать.

Каждое место за княжьим столом, что-то знали. Посадив кого поближе, а кого подальше, кого по левую руку, а кого по правую, князь давал понять, что ты либо в любимцах, либо в опале.

А вопросы княжьи, коими простыми бы не казались, несли в себе цель нужных людей свести, а излишне уверенных рассорить.

Заметил он, что Ставр Годинович сидит молчаливый и хмурый, пока все остальные гости на перебой хвалились домами, нарядами, да жёнами. Видно было, вовсе не хотел в этот момент здесь находится.

Забава хорошо понимала его. Она любила пиры за весёлую музыку и вкусные яства, но ненавидела за глупые похвальбы бояр. Как глухари честное слово, распустили перья и горланят, так, что аж уши закладывает.

А вот дяде это не понравилось.

– Что ты Ставр Годинович сидишь, нахмурясь? Аль не по нраву тебе моё угощение, аль похвастаться тебе нечем?

– Хорошо, светлый князь, твоё угощение и хорошо моё хозяйство, но похвастаться нечем. – ответил он.

Гости принялись насмехаться:

– Неужто крестьяне твои так плохо работают, что ты не можешь купить себе богатого платья, неужто мастера твои не могут стачать тебе завидные сапоги? А жена твоя правда столь дурна, что даже ею не можешь похвастаться?

Стыдно за них.

Ставр терпел-терпел, но не вытерпел. Встал из-за стола и пробасил:

– Чем бы мне похвастаться перед вами, люди стольные? Похвастаться богатым платьем? Так я каждый день новое одеваю, а вчерашнее вам продаю. Похвастаться завидными сапогами? Так мастера мои каждый день новые стачают, а вчерашние я вам на рынок отношу. Или похвастаться молодой красавицей-женой, Василисой Микулишной? Так она дома сидит, по пирам не шастает. А надо будет, всех вас бояр и тебя, князя, как детей, вокруг пальца обведёт!

Последнее он зря сказал. Ладно, унизить бояр, открыв им глаза на то, что те в его обносках ходят, но сказать, что какая-то девица может князя, как дитя, обдурить! Ой, не спустит с рук ему этого дядя.

Лицо князя побагровело, как налитая ягода и он завопил, срывая голос:

– В погреб! Стража, в погреб Ставра! И за женой его послать, приволочь сюда, посмотрим, что за умница такая!

Два молодца в красных кафтанах скрутили Годиновича и вывели из светлых палат, в пустой, сырой и тёмный погреб.

А люди продолжили веселиться, как ни в чём не бывало.

***

Через неделю ждали гонцов с женой Ставра. Но вместо долгожданного развлечения в город вошёл татарский посол с безумным требованием, заплатить дань за семь лет вперёд.

Дядя чуть не рухнул. Где же столько взять?

"Можно снять со всех бояр шубы и забрать у их жён все драгоценности" – подумала Забава, но предложить такое вслух ей наглости не хватило.

Князь суетился вокруг посла, пытаясь сбить цену, а Забавы меж тем заметила одну вещь. У посла пальцы тонкие, нежные. Речи гладкие, мелодичные. Походка плавная, лебединая.

Господи Боже, так это же женщина!

– Ладно князь! – воскликнула лжепосол. – Твоя взяла, скину цену. Заплатишь Орде только за один год и племянницу мне в жёны отдашь. Мне в гарем для полной коллекции только русской красавицы и не хватает.

Князь был несчастен. Как это кровинушку родную многожёнцу отдавать. Но делать нечего, иначе своим же витизям платить будет нечем. Перейдут они к его родственникам. Новгородскому князу да Владимирскому. И рухнет тогда его княжество.

Пошёл уговаривать племянницу.

– Как же можно это, девицу за женщину выдавать?!

– Что ты говоришь такое дурёха?!

– А ты посмотри дядя, как ходит она, как кожа нежна и как сладок голос. Женщина это, женщина!

– Глупости! Мужчина это!

– А ты проверь, проверь, дядя. Увидишь, что я права.

Удалось уговорить его проверить посла. Но не говорить же прямо о своих подозрениях, разгневаем ещё, ещё большую дань платить придётся.

Сначала дядя предложил послу развлечься борьбой, и тот легко победил княжьего бойца. Но это Забаву не убедило. Мало что ли по Руси полениц ходит? Добрыня вот недавно женился, и жена его при первой встрече одолела богатыря и едва не убила.

Тогда дядя предложил послу сходить в баню, и тот постоянно просил слугам подбавить пару, а сам даже полушубка своего не скинул. Но Забаву это только ещё больше убедило, что это была женщина. Не из крепости своей, она не снимала одежды, а чтобы нагой не предстать.

Тогда дядя предложил послу сыграть в шахматы. В их краях в шахматы играли все, от детей до стариков, но мужчины считали себя в этом деле всё же искуснее женщин. Но посол и тут победил.

– Тебя, дядюшка, переиграть не сложно, даже я бы смогла. – сказала Забава и сразу пожалела. Не стоило говорить дяде, что он плохо играет.

И правда, услышав это, он разозлился и тут же приказал сыграть свадьбу.

И вот Забава в подвенечном платье, сидит за торжественным столом. "Жених" на неё и не смотрит, всем своим видом выражает скуку.

– Что-то не так, яства пересолены, музыканты плохи? – переживал князь.

– Музыканты хорошие, но у князя должно быть есть и лучше. – ответил посол.

Дядя повелел позвать других музыкантов, но и те показались жениху недостаточно искусными.

– Слыхал я, есть у тебя человек по имени Ставр Годинович. Вот он уж играет, даже в наших землях люди говорят, как хорошо он играет!

Тут Забава вспомнила, что жену Добрыни звали Настасья Микулишна, а жену Ставра – Василиса Микулишна. Если они родственника, если она, как и сестра, богатырша и если действительно настолько хитра, как говорил о ней муж...

Что произошло дальше, она предсказала за минуту до того, как это случилось.

Привели Ставра, посол подошёл к нему и... оказался Василисой.

***

Помолвку, разумеется, признали не действительной, и расчёсывая перед сном в девичьей свои волосы, Забава ощущала странную смесь удовлетворения от осознания собственной правоты и обиду за то, что её, по сути, использовали как пешку в хитроумном плане.