Пятое время года

Глава 10

— Дея, ты совершаешь ошибку. Сколько вы знакомы — месяц, полтора? Сколько раз встречались? Под встречами, моя девочка, я подразумеваю не поцелуи и жаркие объятия, а доверительные беседы, когда два человека раскрывают друг другу души.

Учитель наматывает на палец край витого шнура, заменяющего ему пояс: так он поступает только в минуты сильного волнения. Я чуть не плачу:

— Почему вы все настроены против Дэми? Сначала Рен, потом Мирен, теперь ты! Дэми красив, богат и знатен, но это не делает его плохим!

— Конечно, нет, — учитель стряхивает со скамьи в саду засохшие лепестки и садится. — Мне известно множество благородных и состоятельных особ, прекрасных и внешне, и внутренне. Просто я опасаюсь, Дея, что это не относится к Дэмиену Веррену. Ты влюблена и не хочешь замечать, насколько вы разные.

— Потому что я — дочь кузнеца, а он аристократ?! — сердито топаю ногой.

— Потому что ты юна, наивна и доверчива, не знаешь жизни, веришь в людей и видишь в них только хорошее. Веррен старше тебя, циничен, беспринципен и слишком обожает самого себя, чтобы искренне любить кого-либо ещё.

— Неправда! — злые слёзы вырываются наружу. — Вы его плохо знаете! Он меня любит, носит на руках, говорит чудесные слова!

— Глупышка моя, — учитель тоже утирает слезинку. — Слова — это всего лишь слова, Дея. Человек может ничего не говорить, но отдаст за тебя жизнь, как я и Рен, а может обещать свернуть горы и бросить у первого же холма.

***

Я проснулась оттого, что солнце бесцеремонно залезло под веки. Солнце? Окна моей комнатушки выходили на северную сторону… В следующую минуту я вспомнила, что переехала, и улыбнулась. Пусть солнце в Тангере светило от силы семь-восемь дней в месяц, вставать с солнечными лучами гораздо приятнее. Вчера я не обратила внимания на расположение окон, сегодня это стало приятным сюрпризом.

Вторым радостным моментом стало наличие в кране горячей воды. Возможность нормально умыться оценит только тот, кто долго был этого лишён. А когда на кухне нашёлся приличный чайник, настроение взлетело до небес. Чашечка ароматного чая с утра — что может быть лучше? Разве что чай с сахаром и сливками, но ещё не вечер.

Колокольчик над дверью зазвонил в половине девятого. В прекрасном расположении духа я открыла, ожидая увидеть Рена. Но в коридоре обнаружился сияющий Совье.

— Доброе утро, госпожа Мур-Мур! Прекрасно выглядите! Позволите войти?

— Доброе утро. Проходите, пожалуйста, — я испытала лёгкие угрызения совести: о своём новом адресе я ведь так и не сообщила.

Совье скинул полупальто, под которым оказался элегантный костюм бежевого цвета.

— На улице настоящая весна. Солнце печёт так, что на зимние праздники распустится сирень, ха-ха! А что это там у вас? Чай? Божественно! Угостите?

— Он без сахара, — смущённо призналась я.

— Кстати, о сахаре, — Совье вынул из кармана чек. — Я тут подумал, что в связи с переездом у вас будут дополнительные расходы, поэтому небольшой аванс придётся кстати. Приобретёте себе новую вазочку или что-нибудь в этом роде.

Сумма в триста злотых вызвала у меня временный паралич.

— Вы предлагаете мне скупить все вазочки в городе?

— Госпожа Мур-Мур, вы даже не представляете, какие дорогие в Тангере безделушки! — Совье картинно развёл руками, забрал чашку с чаем и сделал глоток. — А пока я наслаждаюсь бесподобным вкусом кешинского чая — это же ведь настоящий кешинский, да? — вы расскажете мне, что за подозрительная особа приходила к вам вчера.

— Откуда вы знаете? — удивилась я.

— Я обещал вам охрану, — кошачьи глаза Совье довольно блеснули. — Неужели я кажусь вам пустым болтуном? За вами присматривают, госпожа Мур-Мур, и при малейшей угрозе вмешаются.

— Но я никого не заметила!

— Если бы вы заметили моих людей, я в тот же день выгнал бы их без выходного пособия, — усмехнулся Совье. — Их задача — быть невидимками до тех пор, пока вас не попробуют обидеть. Из господина Арье защитник так себе. Насколько я в курсе, у него серьёзные проблемы со здоровьем.

— Насколько серьёзные? — неожиданно для меня самой мой голос дрогнул.

— Скажем так: он имеет все шансы дожить до преклонных лет, но в гвардию Её Величества его не возьмут, и с громилой из Разбойничьей слободы один на один ему лучше не встречаться. Госпожа Мур-Мур, простите. Кажется, я затронул неприятную для вас тему.

— Вы спрашивали о девушке, — я отвернулась якобы налить себе чаю. — Её имя — Кора Эльрен. Когда-то она притворялась горничной в доме моего бывшего мужа, Дэмиена Веррена, а заодно была его постоянной любовницей. После ареста я не встречалась с ней вплоть до вчерашнего дня. Почему-то Кора решила, что я возьму её к себе в услужение.

— Она тоже одарённая? — уточнил Совье.

— Нет, она обыкновенный человек. Младшая дочь провинциального аристократа, приехала в столицу Шерры в поисках лучшей жизни. Долгое время я считала её своей близкой подругой, на самом деле она шпионила за мной по приказу мужа.

— Любопытно, — Совье потёр кончик носа. — Почему Съер?

— Не знаю. Веррен её выгнал, а к родне в провинцию ей, понятное дело, возвращаться не хочется. Но вряд ли для неё стало бы проблемой найти в Шерре нового богатого покровителя.