Пятьсот девятнадцатый

4

Сон это был или обморок? А кто его знает. Выключился я просто как перегретое тепловое реле, щёлк и готово, нет меня. Когда снова проснулся, сначала лежал с закрытыми глазами боясь пошевелиться, кто его знает получиться или нет, а ощущать себя снова беспомощной куклой очень не хотелось. Но как говорят перед смертью не надышишься, а лежать так боясь пошевелиться это глупее не придумаешь. Слегка потянулся. Тянется. Легко. Всё тело будто сразу почувствовал, каждую мышцу. Пальцы работают, руки, ноги сгибаются. Красота. Нет, я конечно не стал сразу прыгать как последний псих, двигал всем потихоньку, понемногу но двигается то всё замечательно, без усилий, боли. Я так себя чувствовал, наверное, лет в 8-10 когда ещё и не знал про такое понятие как усталость.

Потихоньку высунувшись из под тяжёлого одеяла я встретился сразу глазами с Петровичем который смотрел на меня очень внимательно. Лежать так и играть в гляделки  для меня как-то странно.

- Кха, Петрович так друг на друга глядеть и будем?

Что интересно сказал я это легко, без усилий, будто всегда так говорил. Хотя если вдуматься, то язык-то мне неизвестный. Да и голос совсем не мой. Голос больше или девчонке подходит или парню подросткового возраста. Я когда это осознал рука сама, вниз живота потянулась. Фух, мужик я, как гора с плеч. Мужик, но похоже ещё мелкий, недорощенный. Ну это дело наживное, за нами не пропадет. И только потом сообразил что Павел Сергеевич девчонкой по определению быть не может.

-Барин, Павел Сергеевич вы как?

-Да вроде хорошо Петрович. А что случилось? - Задаю я наверное самый важный для меня на сейчас вопрос. Хотя ответа на него Петрович знать по идее не должен.

-Так это барин  пришёл я вас будить сегодня к завтраку как обычно, а вы не просыпаетесь. Я одеяло с вас потянул потихоньку как обычно, а у вас под головой подушка в крови. И смотрю сильно плохо вам, бледный вы весь, изо рта сип идёт и всё. Хорошо Василий Игоревич вчера у нас остался, не поехал домой по темноте, да и утром позавтракать с вами решил, ну я его и побежал звать. Он пришёл вас посмотрел, сказал ничего страшного, просто носом кровь пошла, мол, бывает такое иногда. Велел вас напоить. Вы большую кружку компота залпом выпили и моментально уснули. Вот спали до после обеда. Всё.

Да, ничего нового.

-Петрович, а господин Ижов уже уехал?

-Нет, барин, в библиотеке он с батюшкой своим Игорем Станиславовичем, я сейчас позову, он очень просил его позвать, как проснётесь.

И Петрович быстро ушёл, резвый дядька. Да и не пятьдесят ему как с самого начала показалось, лет сорок от силы, просто борода эта и волосы сильно ему возраст прибавляют. Пока я лежал и думал непонятно о чём пришли Ижов и видимо его отец мужчина чуть за пятьдесят с явно выраженной сединой, тоже хорошо одетый, хотя и странно, лицо очень солидно, как у нас говорили аристократическое, немного тяжёлое, властное. Сразу видно дядька не простой, стукнет кулаком, нет, просто взглянет как надо и все забегают как кипятком политые.

-Нус Павел Сергеевич как вы себя чувствуете? - начал младший Ижов

-Спасибо Василий Игоревич, хорошо всё, ничего не болит.

А отец его меня всё взглядом сверлит, пристально так аж не по себе слегка.

-Ну-ка Павел Сергеевич встань-ка. - это уже старший Ижов решил меня посмотреть. голос у него под стать внешности басовитый.

Сажусь на постели, вроде всё нормально координация не нарушена движения точно, такие как хочу. Спускаю ноги на пол и встаю. Легко вышло. Всё опасался чего-то, но нет, отличная координация. Стою, смотрю на них и улыбаюсь, причём похоже выгляжу при этом откровенно глупо. Просто только теперь до меня начало доходить, что в Джекпот я сорвал такой куш, про который и мечтать было нельзя. Главное я остался жив и здоров, это главное. Судя по тому что у меня есть слуги, по обстановке в доме, по отношению ко мне, по именованию меня я оказался ещё и богатым и влиятельным человеком, плюс ко всему я теперь не тридцати двух лет, лет четырнадцати - пятнадцати, то есть двадцатку почти скинул. Да те что у нас на самом верху стояли всё чем они владели, отдали бы за такой вариант, а мне он вместо смертной казни выпал.

Между тем Игорь Станиславович подошёл, взял меня за запястье, послушал пульс, взял за голову, посмотрел глаза и повернувшись к сыну сказал:

-Абсолютно здоровый молодой человек, судя по поверхностному осмотру. И ты говоришь, что пять часов назад он даже говорить не мог не то что двигаться?

-Совершенно верно, с первого взгляда казалось, что его разбил паралич или случилось ещё что похуже. Двигаться не может, вместо голоса сипение, носом шла кровь, зрачки чрезвычайно маленькие, прямо точки какие-то, неестественная бледность, сам весь в холодном поту. Я грешным делом сначала и сам испугался, потому что и тогда и теперь не понимаю, что это было и как там надо было действовать.

-Но потом...

-Да, потом Петрович напоил его по моей просьбе тёплым компотом и он моментально уснул.

-Знаешь Василий, что я думаю? Думаю, что соседушка наш отравился чем-то. Больно симптомы на отравление смахивают. Но вот не вспомню я такого яда, чтобы вот так прямо всё было, это только коктейль какой мешать надо минимум из трёх, и как они вместе будут действовать, я не знаю, может и никак. И ещё, если Павла Сергеевича таким отравили это уже не шутки, естественным путём такое произойти не может.

- Папа я примерно тоже самое думаю.

Старший Ижов повернулся ко мне.

-Вы молодой человек себя поберегите. Сильно не напрягайтесь пару дней, попейте молочка, оно после отравления хорошо помогает. Сегодня как раз молочко ну и бульончик без всего. Завтра кашки и супчики жидкие. Ну а потом кушайте, что ваша душа пожелает, только сильно не переедайте. А ещё я вам прямо сегодня трёх своих ребят пришлю на всякий случай, они у вас месяцок поживут, вокруг посмотрят, что да как. А то у вас в доме слуг почитай и нет после смерти родителей, если что, плохое может выйти. Зря вы таким затворником живёте и дела забросили. Хандра дело не очень полезное для здоровья. Батюшка ваш и матушка не сильно бы обрадовались, узнав, что вы уже полтора года себя из-за них тоской изводите. Подумайте об этом на досуге.