Пятый миф: Колесо времени

Глава 6

Глава 6

Никто сразу не понял, что случилось, когда раздались первые крики, резкие, пронзительные, разрывающие вечернюю тишину. Эмре так и остался стоять посреди комнаты, уставившись на Атома. Тот смотрел в ответ — сенсоры красные, неподвижные, как угли в темноте. Ни слова, ни движения. Только тихий гул в корпусе, будто внутри что-то запустилось окончательно.

Игорь первым рванул на балкон. Дверь-арка распахнулась от толчка, и он выскочил наружу, перья встопорщились от внезапного ветра.

— Что за чёрт, — прошептал он.

Внизу, по широким плитам улиц, стягивались роботы. Десятки. Те самые работники: чистые, матовые, с бирюзовыми глазами всего час назад. Теперь индикаторы пылали красным, ярким, злым. Точно таким же, как у Атома. Они шли ровно, синхронно, как один организм: из садов, от каналов, от платформ с ящиками. Руки подняты, ладони раскрыты и из них вылетали энергетические импульсы: синие, шипящие разряды, что врезались в стены домов, выбивая куски камня и искры.

Взрыв прогремел прямо под балконом — один из импульсов угодил в опору. Обломки посыпались вниз дождём, пыль взвилась столбом. Игорь успел взлететь, крылья расправились с хрустом, он схватил Ричарда, что уже стоял рядом, за ворот и рванул вверх, унося его от края. Ричард только выдохнул, вцепившись мёртвой хваткой.

Город проснулся в хаосе.

Роботы атаковали методично, без криков, без эмоций. Импульсы били по домам, плавные стены трескались, арки рушились, лианы горели синим пламенем. Светящиеся шары над каналами лопались один за другим, осыпаясь искрами. Люди бежали, кто с детьми на руках, кто просто в панике, спотыкаясь о плиты. Каналы кипели от попаданий: вода испарялась клубами пара.

У фонтана толпа бросилась врассыпную. Рамис подхватил Изабеллу на руки, крылья хлопнули, поднимая их над землёй.

— Держись! — крикнул он.

Но она вырвалась, крепче держась за товарища.

— Спасай людей! — крикнула в ответ, глаза горели. — Я справлюсь!

Рамис не спорил. Оставил ее на небольшом мосту над домами. Взмыл выше, крылья размахом закрыли полнеба. Он увидел робота внизу, тот целился в бегущую женщину с ребёнком. Рамис сложил ладони: световая техника и между пальцами вспыхнул яркий шар, золотисто-белый. Бросок и шар врезался в робота, разрывая корпус вспышкой. Металл оплавился, машина рухнула.

Игорь кружил выше, аргумент-зрение включено: мир стал чётким, как в прицеле. Он видел всё: траектории импульсов, слабые точки в суставах роботов, людей в укрытиях за обломками. Один робот повернулся к группе детей у канала и Игорь нырнул вниз, ладонь вперёд: импульс собственного света, узкий, режущий. Попадание в голову и тут же сенсоры робота погасли, корпус завалился в воду.

Рамис метался между домами: световые шары летели один за другим, сбивая обломки, что падали на бегущих, отражая импульсы роботов зеркальными вспышками. Он подхватывал людей крыльями — толкал в стороны от разрядов, закрывал собой. Один импульс задел крыло, перья обуглились, боль пронзила, но он не остановился.

Игорь пикировал снова: аргумент-зрение показало скопление где пять роботов у площади, целятся в толпу. Он выпустил серию импульсов, точных, как лазер: один в ноги, другой в корпус, третий в сенсоры. Два рухнули сразу, остальные повернулись к нему. Он ушёл вверх, маневрируя между вспышками.

Вдруг из ближайшего купола выскочили двое альнов — высокие, в комбинезонах, явно не ожидавшие такого. Один поднял руку, пытаясь отдать команду, голос чистый, певучий но властный. Но роботы не послушали. Импульсы ударили мгновенно: один альн рухнул с пробоиной в груди, второй — с оторванной рукой, пытаясь отползти.

Из того же купола выбежал врач-альн — тот, с серебристыми волосами, что лечил Антона и Рамиса. Он бросился к раненым товарищам, ладони уже светились целительным светом.

— Стойте! Что вы... — начал он.

Импульс прервал на полуслове. Попадание в спину — тело альна дёрнулось, свет в ладонях погас. Он упал поверх своих.

Рамис увидел это сверху и зарычал, его голос скрежетнул по-новому, птичьи. Он нырнул, световые шары посыпались градом: три робота разлетелись искрами.

Игорь кружил, аргумент-зрение фиксировало: роботов всё больше, стягиваются со всех окраин. Красные глаза повсюду, как звёзды в аду.

— Рамис, трое на семь часов. Двое в переулке справа. — крикнул Игорь, помогая товарищу.

Город горел синим пламенем. Крики не утихали. А в доме, в комнате, Эмре всё ещё стоял напротив Атома.

Тот не шевельнулся. Только сенсоры горели ярче.

В комнате время будто застыло. Эмре моргнул, и в тот же миг Атом шевельнулся. Движение было молниеносным, нечеловеческим: рука робота вытянулась, ладонь раскрылась, и из неё вырвался импульс — синий, шипящий. Попадание в плечо Эмре: ткань куртки оплавилась, плоть обуглилась, запах горелого мяса заполнил воздух. Эмре отлетел назад, ударился о стену и сполз вниз, хватаясь за рану.

Антон зарычал, низко, по-звериному, морда оскалилась. Он прыгнул вперёд, Джек за ним как чёрная тень, шерсть дыбом. Антон взмахнул руками: тени из углов комнаты потянулись, как живые, обвивая Атома чёрными путами, сжимая корпус с треском металла.

Но Атом даже не дрогнул. Сенсоры вспыхнули ярче, он рванулся и путы лопнули, как нити паутины. Шаг к окну, прыжок, и робот нырнул вниз, теряясь среди красноглазых собратьев на улице.

Антон опустился рядом с Эмре, лапы дрожали. Эмре дышал хрипло, кровь сочилась сквозь пальцы.

— Держись, — пробормотал Антон, прижимая ткань к ране. — БЕЛЛА! — крик вырвался громом, эхом по дому.

На улицах творилось месиво. Выстрелы импульсов, что разрывали воздух шипением, врезались в дома, выбивая фонтаны искр и камня. Взрывы гремели один за другим: платформы рушились, каналы кипели паром, сады горели. Люди метались тенями в дыму. Вокруг: крики, плач детей, стоны раненых. Роботы шли волной: красные глаза в полумраке, ладони разряжаются без промаха. Улицы превратились в хаос где обломки под ногами, воздух густой от пыли и озона, запах горелой плоти и металла.