Пятый миф: Колесо времени

Глава 23

Глава 23

В большом подземном бункере, глубоко под землёй, в лаборатории шёл процесс синхронизации куба и механического тела. Помещение было огромным, высокие потолки, стены из гладкого металла с вшитыми световыми линиями, десятки стоек с экранами, гудящие серверы, запах озона и нагретого металла. В центре стоял человекоподобный андроид: высокий, идеально пропорциональный, корпус матово-чёрный, без единого шва, суставы скрыты под тонкой эластичной оболочкой, напоминающей кожу. Казалось, это был даже не робот, а какой-то пришелец, которого природа создала по образу человека. Голова открыта и черепная коробка снята, внутри видны платы, нейронные нити, светящиеся голубым, и пустая ниша, куда сейчас устанавливали куб. Весь процесс выглядел жутко и в то же время завораживающе.

Арджун стоял чуть в стороне, прислонившись к стойке с монитором. Он не мог отвести глаз от андроида, тот выглядел слишком живым, слишком идеальным. В голове всплыло воспоминание: как он в детстве разбирал старый компьютер отца, ища в нём «душу». Тогда он думал, что если найти правильную плату, то машина заговорит. Теперь он видел: душа всё-таки нашлась. Только она принадлежала человеку, которого он никогда не знал.

Специалисты, которых было человек десять, в белых комбинезонах, работали молча и слаженно. Было видно что они давно работают вместе и все их действия были слишком слаженными. В молодости Арджун мечтал работать в такой команде, но с годами, стал слишком ворчливым и привередливым. Теперь ему хотелось работать только одному.

Один держал куб щипцами с магнитным захватом, другой подводил тончайшие провода, золотые, толщиной с волос. Третий следил за монитором, где бежали строки кода, графики синхронизации и уровни энергии. Всё высоко-технологичное: голографические проекции над столом показывали 3D-модель куба и внутренней части головы и тела, лазерные сканеры фиксировали каждое движение, системы охлаждения тихо гудели, отводя тепло от перегретых плат.

В воздухе висел низкий гул. Иногда кто-то из инженеров тихо ругался по-английски или на хинди, когда контакт не хотел ложиться ровно. Один раз куб мигнул ярче обычного и все замерли, будто боялись, что он сейчас взорвётся. Но ничего не произошло. Только сердце Арджуна стукнуло сильнее.

Арджун стоял у стола с монитором но чуть в стороне, руки в карманах. Он почти не участвовал в процессе, только смотрел. Всё делали другие. Его роль была в настройке и адаптации кода, в том, чтобы «разбудить» куб и заставить его работать с новым телом.

Он повернулся к Мэйсону, стоявшему рядом.

— Я вам правда был нужен? — спросил он тихо.

Мэйсон кивнул, без улыбки.

— Да. Дело не в установке. Дело в настройке и адаптации кода. Ты единственный, кто разобрался с ним за два дня. Остальные бы ковырялись месяцами. И так слишком много времени прошло, стоило бы сразу предложить тебе эту работу.

Арджун посмотрел на свои руки, пальцы всё ещё пахли припоем и флюсом. Он вспомнил свою мастерскую в Дели: заваленный стол, старый вентилятор, запах сигарет и горелой изоляции. Там он был один. Здесь же среди людей, которые знали больше, чем он мог представить. И всё равно, он почему-то им был нужен.

Арджун хмыкнул.

— Ладно.

Он вернулся к экрану. Строки кода бежали быстро, он вносил правки, пальцы летали по сенсорной клавиатуре.

— Я так понимаю… всё, что здесь происходит, я должен буду забыть? — спросил он, не отрываясь от монитора.

Мэйсон покачал головой.

— Думаю, что нет. Мы почти в финальной стадии. Со дня на день всё будет закончено и… прятаться больше не нужно будет. Сможешь продолжить работать с нами, у нас много разного интересного.

Арджун вдруг понял: это конец его старой жизни. После этого, либо новая роль, либо… ничего. Он вспомнил отца, тот всегда говорил: «Не лезь в дела больших людей, сынок. Они сожрут тебя и не заметят». А он полез. И теперь стоял здесь, в бункере, где создавали бога из металла и кода.

Арджун поднял взгляд. Терять уже было нечего.

— Тогда… может, расскажешь, что вообще происходит?

Мэйсон вздохнул будто ждал этого вопроса.

— Без проблем. Но у нас самих лишь обрывки информации. Всё, что у нас есть, это книга, написанная более десяти тысяч лет назад, и некоторые находки… ну и найденные при раскопках следы, которые подтверждают всё, что было указано в книге.

Арджун прищурился.

— То есть кто-то в прошлом всё это предсказал?

— Не совсем, — хмыкнул Мэйсон. — Всё немного сложнее. Слышал про миссию «Орион»?

Арджун открыл рот, чтобы ответить, но в этот момент началась суета.

Экраны мигнули красным. Строки кода заплясали хаотично — символы смешались с цифрами и пометками на международном. Один из инженеров крикнул:

— Алакид загружен! Готовы к запуску!

Мэйсон шагнул к роботу.

Арджун завернул строки кода, пробежался взглядом.

— Нет связи с телом! — крикнул он. — Скорее всего, что-то не подключили.

Инженер подбежал к нему, заглянул через плечо.

— Что с голосом?

— Нет сигнала.

Строки кода скакали. Непонятные символы вперемешку с цифрами и пометками. Один из инженеров снова заглянул в голову робота, поправил контакты, те что были самые тонкие, золотые нити. И все взглянули на стол с экраном

Арджун глянул на экран.

— Должно работать, — пожал он плечами.

Мэйсон шагнул к роботу, наклонился к открытой голове.

— Господин Эмре, вы с нами?

Тишина.

Затем из динамика раздался голос, низкий и слегка искажённый.

— Да. Только вы перепутали платы для зрения и слуха. Это очень сбивает. А ещё, активируйте двигатель. Реактор не включён, и алакид внутри не питает тело.

Арджун сорвался с места и подбежал к роботу. В этот момент он решил, что без него они не справятся. Бегло осмотрел его, отсоединил часть корпуса. Завис на мгновение.