Пятый сектор

~ 4 ~

"Даже в самом простом
человеке скрывается
огромная тайна."

(Семиран, 1964)

На обратном пути Марисоль уже не замечает благоухания цветов и красоты садового фонтана. Проклинает себя за то, что не надела кроссовки. Каблуки, хоть и невысокие, проваливаются в землю, заставляя шататься и спотыкаться. При том, что новый знакомый передвигается очень быстро, летящей походкой.

— А кто такой Битраэль? — спрашивает Марисоль почти набегу, наконец поравнявшись с парнем.

Тот резко замедляет шаг, так что девушка почти врезается в него, и щёлкает ей пальцем по кончику носа.

— Наставник глупышей первогодок. Должен был проводить вам Церемонию Распределения. — затем громко ахает и бьет себя по лбу ладонью. — Ах да, совсем забыл, ты же пропустила церемонию, так что откуда же тебе знать?

— Вообще-то я там была и даже успела пройти ее сама. — обиженно отвечает Марисоль, потирая нос.

— Правда? Ну и куда попала? Софлетэр или, может быть, Шансуаль?

Бесцеремонно хватает ее за руки и осматривает идеально чистые белые запястья.

— Ох, как же так? — цокает языком и качает головой. — Где же твоя метка, врунишка?

В груди постепенно поднимается волна гнева. Ну и что, что нет метки? Кто знает, почему не сработало волшебство? Может, произошла ошибка? Может, статуи встали не в то место? Может, кто-то начертил неправильные руны в круге?

— Я не вру! — Марисоль сердито отдергивает руки. — Я правда проходила церемонию. Просто... — голос предательски дрожит. — Просто почему-то не получила метку.

В глазах парня читается абсолютное недоверие. Более того, кажется, он считает Марисоль полнейшей идиоткой. Хотя, в какой-то степени он прав. Она идиотка, что приехала сюда. Игра не стоила свеч.

— Я понимаю, преподы, но мне-то зачем врешь? Я не первогодка, я знаю, что каждый прошедший получает метку, ошибок быть не может. Если только ты...

Он подходит ближе, так близко, что Марисоль становится некомфортно. Чувствует запах парфюма - кажется, ванильный зефир? Какой парень вообще в здравом уме будет по доброй воле пахнуть как конфетка?

— Если только ты не простая смертная... — заканчивает фразу и расплывается в улыбке, довольный своей догадкой.

Марисоль ругается про себя на всех известных ей языках. Конечно, рано или поздно все должны были раскрыть ее обман, но лучше поздно, и уж точно не этот кретин, который уж точно не вызывает доверия.

— Это неправда! — хочется звучать грозно, но вместо этого голос похож на вопль истеричной девчонки. — У меня есть магия! Ещё с детства!

Нервно оглядывается по сторонам. Они стоят совсем близко ко входу. Только бы никто не подслушивал!

— Правда? — парень усмехается, небрежно поправляет упавшие на лицо кудрявые волосы. — Ну и какая же у тебя магия? Вода?

Этот гад издевается. Скребёт осколками позорных воспоминаний по ее душе, понимая, что не получит наказания за свои слова. Марисоль сжимает кулаки, ногти до боли впиваются в кожу, оставляя ярко-красные вмятины.

— Или, может, воздух?

Он поднимает руку, крутит длинными пальцами. Над головой Марисоль образуется маленький воздушный вихрь. Поднимает в воздух ее волосы, портит и так давно растрепанную прическу.

— Клауд, перестань пугать первогодок! — Марисоль узнает этот низкий бархатистый голос, радостно оборачивается и видит того самого эльфа преподавателя, который проводил церемонию.

Он идёт от дверей зала, на ходу сворачивая стопку пергаментов в трубочку и запихивая за пояс. Все так же красив даже при свете луны, хотя Марисоль замечает на его лице тень усталости.

При виде эльфа Клауд явно немного убавляет пыл, и вихрь над головой рассеивается.

— Да кто их пугает? — пожимает плечами парень. — Они сами кого хочешь испугают, да, русалочка?

Марисоль бросает на него испепеляющий взгляд и ужасно жалеет, что не может в самом деле оставить на месте дряного мальчишки горстку пепла. Битраэль хмуро качает головой и кивает девушке.

— Марисоль, идёмте со мной. Директриса Грета хотела вас видеть. — делает шаг к дверям, но вдруг останавливается и поворачивается к Клауду. — Ты тоже.

— Я? А я зачем?

— Хватит, Клауд. — устало приглаживает идеально прямые волосы. — У меня нет времени с тобой препираться. Директор разберётся.

Марисоль окончательно раскисает и понуро плетется за эльфом, потирая плечи. Вот и все. Вот и кончается ее личная сказка. Поиграли, и хватит. Пришло время платить по счетам. Хорошо, если просто попросят уехать, а если хуже? Если выпишут штраф или вовсе казнят? Не слишком приятная перспектива умереть в 18.

Битраэль толкает массивные позолоченные двери и галантно пропускает вперёд Марисоль. Огромный зал теперь кажется ещё больше, ещё внушительнее. Абсолютно пустой, хотя статуи все ещё стоят на местах, подпирают макушками туманный потолок. Свечи на люстре потухли, и теперь неизвестные руны в круге сияют ещё ярче, чем во время церемонии.

Марисоль чувствует себя невероятно маленькой, буквально крошечной. Маленькая жертва в логове страшного зверя.

"И этот зверь - твоя собственная глупость, Марисоль! Прекрати паниковать! Ещё ничего не решено, ещё есть шанс на то, что все обойдется."

Пытается убедить себя в хорошем, но на деле ещё больше понимает, в каком болоте увязла.

Проходит мимо круга, и в голове проносятся те жуткие минуты позора, заставившие трусливо бежать. Вспоминает сотни глаз и перешептывания. По телу проходится волна сильной дрожи, так что зубы слишком громко стучат друг об дружку, и этот звук эхом раздается в огромном зале.

Битраэль резко останавливается, разворачивается и трогает Марисоль за мокрый рукав платья.

— Замёрзла?

Марисоль молча кивает. Эльф недовольно цокает языком, а затем снимает с себя пиджак, расшитый какими-то замысловатыми цветами, названия которых Марисоль не известны. На плечи ложится мягкая ткань, и девушка чувствует, как по телу растекается приятное тепло.