Пыль под кожей

Глава 22 Фотограф мёртвых мгновений

Ева обитала в старом, немного облупленном, но уютном доме на окраине, где стены всё ещё хранили эхо шагов прежних жильцов. Из окна были видны железнодорожные пути, и ей нравится слушать ночные поезда.

Возвратившись из Слоя она долго ходила с чувством, будто всё вокруг немного бледнее, чем должно быть. Постепенно цвета вернулись — не такие, как в Слое, но свои, земные. Она полюбила ходить на вокзал, слушать, как уходят поезда — в этих звуках было и обещание пути, и память о тех, кто не вернётся.

После выхода на Поверхность девушка сначала жила с Марой, но постепенно разные дела захватили их, и они стали встречаться только по ночам. Нет, они по-прежнему оставались близкими, могли разговаривать о чём угодно. Девушка была благодарна сестре за то, что и на Поверхности она её не бросила, увлёкшись своими тайными делами с Городом, что помогла пережить нелёгкие времена сомнений. Даже за создание архива, которым Ева с интересом занималась.

Но ей хотелось почувствовать себя самостоятельной, и, набравшись храбрости, она сообщила Маре, что съезжает. Та не возражала, и девушка сняла квартирку неподалёку от вокзала. Почему там? Просто сюда её постоянно тянуло.

Теперь она жила в маленькой квартирке на третьем этаже старого дома с облупленными и потемневшими от времени стенами. По утрам она пила крепкий чёрный чай, сидя у окна, и слушала, как город просыпается: гудят автобусы, где-то лает собака, на соседнем балконе кто-то поливает цветы. Она давно уже перестала ждать чудес — но каждый вечер, возвращаясь домой, обязательно заглядывала на вокзал. Там она садилась на деревянную лавку, клала сумку рядом и просто слушала: далёкий гул рельсов, дрожь платформы, шёпот уходящих поездов.

Работала она в мастерской при маленькой галерее. Реставрировала старые фотографии и картины. Чужие лица из прошлого медленно проступали под её руками, и в этом было что-то похожее на молитву. Иногда, задержав дыхание, Ева ловила себя на мысли, что пытается уловить в этих чужих глазах что-то родное, как будто кто-то смотрит на неё сквозь время. А ещё Ева много фотографировала.

Её любимое дело - снимать портреты. У неё есть даже собственная серия: “Лица у вокзала”. Она ловит на камеру людей в ожидании — тех, кто уезжает, и тех, кто встречает. Её фотографии покупают для выставок, иногда — для журналов. Это не приносит богатства, но даёт ей ощущение, что она делает что-то настоящее.

А ещё у неё было собирание архива Города. Она посетила все библиотеки, книжные развалы и барахолки в поисках предметов истории. В выделенном здании стала создавать первые экспозиции. Недавно даже провела выставку фотографий – собственных и старинных.

На этой фотовыставке среди старинных чёрно-белых работ висела одна странная фотография. На ней — девушка на крыше. Без лица, только силуэт, очерченный светом заходящего солнца. И ещё одна фигура — рядом. Рука на плече. Почти неразличимо. Почти выдох.

Название: «Когда небо стало ближе». Автор: Ева М.

А на полке у стены стоял альбом. Открытый. На первой странице — подпись от руки:

«Мы не исчезли. Мы выбрали остаться. — Мара».

Никто из посетителей не знал, кто такие Ева и Мара. Но в зале всегда было тихо. Будто даже стены слушали.

Друзей у неё было немного — соседка Оля, с которой они иногда вместе ужинали, и художник Тимур, который любил приходить в мастерскую и спорить с ней о том, какой цвет у заката на самом деле. Тимур давно был в неё влюблён, но Ева будто нарочно держала его на расстоянии.

А ещё есть одна близкая подруга — Саша, которая работала в цветочном магазине. Они иногда встречались по вечерам, чтобы просто бродить по городу или сидеть в дешёвой кофейне и обсуждать людей, проходящих мимо. С остальными Ева сохраняла дистанцию — она умела быть дружелюбной, но не раскрывается полностью.

В свободное время она рисовала — в альбомах, на салфетках, даже на старых билетах. Особенно любила зарисовывать людей на вокзале: тех, кто ждёт поезд, и тех, кто только приехал. Иногда ей казалось, что в их лицах есть что-то от Слоя — легкая прозрачность или тень за спиной.

О любви Ева думала осторожно, почти как о вещах из хрусталя — красиво, но опасно. Иногда, сидя на вокзале, ей казалось, что любовь — это как поезд, который может увезти куда угодно. Но вот в какой вагон сядешь — в светлый или в тёмный — понять невозможно, пока не сделаешь шаг.

И всё же, иногда, возвращаясь вечером домой, она ловила себя на улыбке — будто где-то впереди её ждёт встреча, от которой изменится жизнь. А ещё, слушая поезда ночью, девушка мечтала: о том, как кто-то подойдёт, возьмёт её за руку и скажет: "Я остаюсь".

Город помнит о своём задании - создать архив. Он дышит ей в затылок, вмешивается в её маршруты, тихо подталкивает в стороны, куда она сама бы, может, и не пошла.

Однажды утром автобус, на котором она всегда ездит, сломался. Она отправилась пешком и случайно свернула в переулок, которого раньше не замечала. Там — маленький книжный с вывеской, мигающей половинкой буквы. Внутри — человек, который ищет книгу по старой фотографии. Они познакомились и стали частенько встречаться – не свидания, а общий интерес.

Город даёт ей странные встречи. В кафе она постоянно садится за один и тот же стол, потому что в окна там видно старую кирпичную стену с обрывками афиш, а однажды туда садится и мужчина с альбомом — он рисует ту же стену.

На вокзале она фотографирует поезда, и вдруг понимает, что некоторые из них в расписании вообще не значатся.

Город будто бы подбрасывает ей фрагменты пазла, но не даёт всей картины. Ева понимает – цель Города это его архив. Он поручил его ей, и делает всё, чтобы она увидела как можно больше. Наблюдатель, всё-таки.