Пылающее небо

Пылающее небо

— Мелкая, еще раз отстанешь — отправлю на кухню, — зло шипит угол. Конечно, не он сам, а Макс, который за него только что завернул. А я что? Иду, поторапливаюсь. Правда, последняя лестница чуть не доконала. Зато хоть не валяюсь, как раньше, с перекошенным лицом, пугая окрестности хрипом. Да и к тяжести Девочки за спиной привыкла.

Наверное, не осталось на Земле человека, который бы помнил моё настоящее имя. Я не жалуюсь, «Мелкая» норм позывной — парням из отряда я еле до плеча достаю.

Делаю глубокий вдох, восстанавливаю дыхание.

А вид отсюда открывается замечательный, и выбитые стекла не сильно бросаются в глаза.

Стою на крыше первой из семи высоток, выстроившихся ступеньками и объединенных в новомодный комплекс ныне мертвого города. Города, в котором люди, как крысы, забились в норы, поднимаясь на поверхность, чтоб найти еду или куснуть врага побольнее.

Сегодня наша очередь делать вылазку. Только это не обычный поход за головами — мы встречаемся с группой из соседнего района.

Внезапно о мой ботинок споткнулся кто-то невидимый и чувствительно так приложился о крышу - аж взвизгнул.

Руки сработали быстрее, чем отреагировал мозг.

Рывок — винтовка слетела с плеча, приклад врезался в нечто мягкое, и поверхность отозвался жалобным писком.

Упав на колени, я выдернула нож из-за пояса. Удар, еще удар. Визг оборвался, и на лезвии выступила ярко-оранжевая кровь.

Стэлс!

Около меня проявилась скрюченная фигурка твари.

Мы зовем их стэлсами из-за способности сливаться с поверхностью. Хамелеоны ростом с десятилетнего ребенка. Повезло, с такой маскировкой они едва умнее собак, и баги используют их на простых заданиях: выкидывают рядом с нужным местом, твари лепят бомбу и уходят. Как провод из коробочки размотается на безопасное расстояние — взрыватель срабатывает.

Бомбу!!!

Я шарю по крыше, пальцы ожидаемо зацепляют тонкий, прозрачный провод. Аккуратно провожу по нему и засекаю направление. Хреново-то как! Прям откуда мы только что пришли.

Повезло. Если бы тварь была расторопнее, мы бы уже летели в направлении райских кущ. А вот оставлять «подарочек» нельзя. Нам еще возвращаться этим путем.

Достаю нож.

Пальцы у стэлса длинные когтистые. Меня давно уже не тошнит при виде крови, особенно оранжевой. Немного усилий, хирургической практики — и маленькая прозрачная коробочка оказывается в моих руках.

Про этих тварей нам союзники рассказали. Они вообще много чем полезным поделились. Давно с багами воюют.

Но про багов позже. Я уже до входа на лестницу дошла. Обошла бетонную коробочку и застыла. Бывает так — грудь сожмется: ни вздохнуть, ни выдохнуть. Мысли в голове роятся, а толковой ни одной.

Передо мной на стене пульсировало сердце: ярко-красное с темно-синими прожилками — жуткое зрелище, а как оно взрывается... Я один раз издалека видела — жесть! Полздания, как ни бывало.

Интересно, если я его со стены сниму, оно взорвется?

Вытерла ставшие мокрыми от волнения руки. Ухватила, осторожно потянула на себя — сердце послушно отклеилось от стены. Похоже, если коробочка рядом, взрыва не происходит.

И куда эту красоту деть? А то руки дрожать начинают — это до мозга доходит, что именно я держу.

Не придумала ничего лучше, чем убрать в рюкзак.

Теперь ходу, пятой точкой чувствую — чистить мне сегодня картошку на кухне.

У стэлса задержалась. Брать у него в принципе нечего. Голое чешуйчатое тело серого цвета, перепонки между пальцами, морда... лучше не смотреть. На шее плоская табличка. Её-то и возьму. Мне подобное украшение ни к чему, но, по словам союзников, баги с ее помощью отслеживают питомцев.

Побуду стэлсом. Пусть ищут его в той помойке, куда я табличку выкину.

Когда догнала своих, они стояли у края первой высотки. Ждали лишь меня, чтобы подняться на крышу второй. По лицам видно — злые, как черти.

— Мелкая, — рыкнул командир.

— Я! — встала по стойке "смирно", с самым преданным видом таращась на бинокль, висящий на широкой командирской груди.

— Еще раз отстанешь, отправлю в бабское отделение, — зло выдохнул отец-радетель.

А вот это уже серьезно. Не для того я в отряд пробивалась, чтобы обратно на кухню посуду мыть или чужих детей нянчить.

Мой обиженный взгляд утыкается в командирскую спину. Мысль о том, чтобы рассказать про находку, разом вылетает из головы.

Однако думать все равно продолжаю. Не зря стэлс там оказался. Ждал нас? Или все же случайность?

Непонятно, как и остальное на этой дурацкой войне.

Мы на ней вымирающие партизаны, и если бы не союзники…

Те появились, когда баги уже вовсю хозяйничали на Земле. Примчались, чтобы отомстить за своих. У них насекомовидные несколько колоний вырезали и порядком народу положили. А когда союзники верх одерживать стали, ушли, забрав с собой пленных: то ли в качестве заложников, то ли рабов.