Пышечка (не)для Мажора

Глава 13

Лера Данилова

Я замираю, увидев его. Губа Молота рассечена, покраснение на скуле, бровь разбита. В груди что-то сжимается, а дыхание становится сбивчивым и тяжёлым.

– Чего застыла? – пытается встать, но у него не выходит.

Заставляю себя подойти к нему. А он начинает ржать. Смеётся сквозь боль сам над собой, над своими безуспешными попытками подняться.

– Сходил в клуб, называется! – зубы в крови, но ему будто всё равно. – Зато получил необходимую дозу адреналина, – прижимает ладонь к рёбрам, и вновь на красивом лице растягивается та самая дикая улыбка.

– За что тебя так?

– Ты лучше не вопросы задавай, а помоги! – протягивает руку.

Сердце делает резкий выпад, когда наши пальцы соприкасаются. Он крепко цепляется за мою ладонь. Жар его кожи растекается по кисти. Тяну Лекса на себя, но эту громадину не так-то просто поднять.

– Может, мне позвать на помощь? – предлагаю я, делая уже третью попытку.

– Нет! – отрезает.

– Тогда приложи больше усилий! – наезжаю на него. – Я всё-таки девушка, а ты вон какой здоровый.

Климов сжимает зубы, готовится к очередной порции боли. Мне приходится сделать рывок. И, наконец, удаётся поставить эту махину на ноги. Только он наваливается на меня, а я, стараясь сохранить равновесие, крепко обвиваю руками его широкую спину.

Лекс поднимает голову, и наши взгляды встречаются. Щеки вспыхивают от того, как руки светловолосого демона обхватили мою шею.

Не могу собраться с мыслями и произнести хоть слово.

О Боже, он слишком близко!

Его грудь прижимается к моей груди. Надеюсь, не чувствует какое у меня сейчас неистовое сердцебиение.

– Тебе кто-нибудь говорил, что у тебя, ЗАШИБИСЬ, какие завораживающие глаза? – выдаёт, чем обескураживает конкретно.

– Не… нет, – не без усилий выдавливаю из себя.

– В этом океане и утонуть можно! – его слова пускают мурашки по моему телу.

Господи… куда мне смотреть?

Лицо горит, словно стою рядом с огнём, и руки дрожат сами по себе. Они слишком выдают моё смятение.

Во рту пересыхает, а в висках стучит беспокойное сердце. Хочу что-то сказать, но голос застрял где-то в горле, и всё, что выходит – это неловкая улыбка, которая только сильнее подчёркивает мою растерянность.

Я смотрю на него и чувствую, как ускоряется пульс, а колени предательски подкашиваются. Хочется провалиться сквозь землю. Каждый его взгляд, каждое движение мощного тела вызывает непривычный трепет внутри.

Парни никогда меня не жаловали комплиментами. Особенно такие, как Климов. Хотя нет, таких, как Лекс, больше нет. Ну по крайней мере не встречала.

– Жаль, пухленькая! Это портит впечатление! – не может не испортить всё.

Смущение рукой снимает, и я отталкиваю его от себя.

– Чёрт! – морщится от боли.

Сразу подаюсь к нему.

– Ой, прости-прости! – перекидываю руку Молота себе на плечи.

– Отвези меня домой! – просит он. – Моя тачка на парковке.

– Я не умею водить.

– Не умеешь? – так удивляется, будто в девятнадцать лет все обязаны уметь.

– Да.

– Придётся брать такси! – злится.

– Придётся! – достаю телефон и вызываю через приложение.

Мы подходим к дороге. Он опирается на меня. Периодически чувствую его горячее дыхание на своих волосах.

Я пытаюсь сосредоточиться на чём-то другом, но глаза сами ищут профиль Климова. Гляжу украдкой, боюсь, что заметит, но перестать смотреть не могу. Даже такой избитый, он всё равно чертовски привлекательный. И не сомневаюсь, что Лекс позволил себя избить. Либо их было слишком много.

В его разноцветных глазах порой мелькает грусть. И я уверена, тому есть серьёзная причина. Но что это может быть?

Такси останавливается перед нами. Я помогаю ему сесть в машину. Климов называет адрес, но не тот, который ожидала. Собиралась сесть на переднее сиденье, чтобы ему было, где развалиться, но он хватает меня за руку и заставляет опуститься рядом с ним.

Автомобиль трогается. Лекс откидывает голову на спинку и закрывает глаза. А я вновь залипаю на идеальном лице. Невольно задерживаю дыхание, а внутри разгорается волнение.

Мне хочется рассмотреть совершенные черты повнимательнее, но боюсь, что заметит. И снова это безумное сердцебиение. Оно убыстряется только рядом с ним.

Заставляю себя отвернуться от Климова. Даётся с трудом, приходится приложить усилия. Ведь он как книга, которую ужасно хочется прочитать, но у тебя нет такой возможности. Эксклюзивный экземпляр недоступный простым смертным.

Неожиданно голова Лекса опускается мне на колени. Вздрагиваю не столько от неожиданности, сколько от собственных ощущений.

Щемящее и тёплое чувство пронзает меня. Всё внутри бурлит, качается, будто море в непогоду, и каждая волна заставляет сердце то стихать, то срываться словно сумасшедшее.

– Какая ты мягкая! – сонно шепчет он.

Лежит на спине, скрестив руки на груди. Удобнее устраивает голову на моих бёдрах. Я же не представляю, куда мне запихнуть свои руки. Они так и повисли в воздухе.

Не знаю, откуда берётся это чувство, которое держит меня на краю тревоги и интереса одновременно?

Вдруг Лекс находит мою руку и кладёт себе на голову.

– Поиграй с волосами, это успокаивает меня! – просит.

Поначалу мешкаю, потому что просьба Климова вгоняет в ступор. Но потом я зарываю пальцы в густые светлые волосы и наслаждаясь их мягкостью. Подушечки мгновенно пронзают разряды тока.

– Уф, как приятно! – выдыхает он от удовольствия.

Его веки поднимаются, и зелёно-голубые глаза захватывают в плен.