Пышка для дракона. Сладости Лотти

1. Лоуренс Грейвуд

Переступая порог кабинета, я ожидала увидеть разорившегося аристократа. Потрепанного жизнью мужчину, который отчаянно пытается сохранить остатки достоинства.

Однако виконт Лоуренс Грейвуд выглядел так, словно только что сошел с обложки светской хроники.

Он сидел за массивным письменным столом и лениво просматривал бумаги. Темный сюртук безупречно скроен, серебряные запонки поблескивают в свете пасмурного дня. А в горделивой осанке нет ни малейшего намека на человека, которого со всех сторон обложили кредиторы.

Красивый, что мне совершенно не выгодно.

Резкие скулы, прямой нос, длинные черные волосы и взгляд человека, который привык получать желаемое. В нем было что-то опасное, хищное. Наверное, виной тому очень темные, практически черные глаза… и драконья кровь.

Виконт Грейвуд был ониксовым драконом.

Именно такой мужчина играючи разбивал женские сердца. Именно такой мужчина никогда не посмотрел бы на женщину вроде меня дважды.

Если бы не обстоятельства.

На лице виконта застыло выражение легкого, хорошо отрепетированного безразличия. Он скользнул взглядом по моей фигуре. Оценивающе прошелся с ног до головы.

Я уловила момент, когда красивое лицо Лоуренса чуть изменилось. Нет, это не гримаса отвращения. Ничего явного или грубого… просто едва заметное разочарование в глазах.

Будто он открыл шкатулку, ожидая найти там жемчуг, а обнаружил речную гальку.

Я знаю, что он видел. Мое новое полное тело, с трудом втиснутое в тесное платье. Растрепавшиеся каштановые кудряшки, которые никогда не лежали ровно и аккуратно, сколько их ни расчесывай.

В прежней жизни я была другой. Не худой до измождения, просто стройной, подтянутой, с плоским животом и выступающими ключицами. А потом я открыла глаза в теле Шарлотты Гастингс. И обнаружила мягкие бедра, полную грудь и руки, которые казались слишком большими и неуклюжими.

Первые недели я пыталась понять, как жить в теле, которое общество считало едва ли не позорным. Ведь здесь, в Рок-Арво, царили иные нравы. Здесь было принято скрывать излишне полное тело. А лучше — морить себя голодом, пока не достигнешь приемлемых, угодных обществу форм.

Поначалу мне отчаянно хотелось вернуть былую фигуру. Но потом я посмотрела на себя в зеркало, увидела усталую, бледную, раздраженную после очередной попытки похудеть женщину… и разозлилась. Не на свое новое тело. На саму мысль о том, что я должна его исправлять, а не жить в ладу с ним.

Я не проведу остаток новой жизни, ненавидя саму себя и пытаясь себя исправить. Я приму себя такой, какая я есть.

А вот виконт…

— Мисс Гастингс.

И снова отрепетировано-вежливый тон. Темные глаза, правда, остались холодными.

— Виконт Грейвуд.

Слава богине, мой голос не дрогнул.

Не дожидаясь приглашения, я села за стол напротив него. Положила перед собой портфель, словно щит, и сцепила руки.

— Предлагаю не терять времени и обсудить условия нашего брака. Мне нужен доступ к моему приданому после заключения брака.

Он приподнял бровь.

— Полный доступ? Какую же выгоду тогда буду иметь я?

Я подавила вспышку раздражения. Спокойно, Вика. Ты теперь тихоня Лотти. Пока этот брак не будет заключен, не стоит выдавать свой характер.

А уж потом…

— Я имела в виду, что мое приданое мы поделим ровно пополам. Одна половина пойдет на покрытие ваших долгов и ремонт имения…

Лоуренс едва заметно скривился. Что такое? Не нравится, когда упоминают о вашем непростом положении, виконт?

Драконы — знатные гордецы. Этот явно гордец в кубе.

— Вторая половина остается в моем распоряжении. И это должно быть подтверждено документально.

Я не привыкла принимать слова на веру и без оглядки доверять незнакомцу. А мой будущий муж — если, конечно, этот брак вообще состоится, — был для меня именно таким.

— На что вам такая сумма, мисс Гастингс? — Лоуренс наклонил голову, изучая меня с каким-то хищным интересом. — Обычно женщины просят содержание на наряды. Или, в вашем положении, на лечение.

Мое положение. Лечение…

Он говорил так, будто я была тяжело больна.

— Или вам требуются иллюзорные чары? Слышал, они сейчас очень популярны. Мне не слишком нравится идея фальшивой внешности, но некоторым это не повредит, — усмехнулся виконт.

Осекся, увидев что-то в моем взгляде. Скорее всего, желание убивать.

Я прикрыла глаза, мысленно считая до десяти. Потом, для верности, обратно до единицы.

— Лечение мне не требуется, — открыв глаза, заверила я. — И иллюзии тоже.

Как и Элла, моя лучшая и единственная подруга в новом мире, я всей душой ненавидела их.

— Правда?

Виконт небрежно откинулся на спинку кресла. В этом жесте сквозила легкость человека, который привык говорить что угодно, не боясь последствий. И делать что угодно…

Из-за чего он, собственно, и угодил в долговую яму.

— Признаться, мисс Гастингс, я ожидал увидеть невесту… иного рода.

— И какую же невесту вы ожидали увидеть?

Спрашивать было совсем не обязательно — и так понятно. Но часть меня, пылкая и упрямая, хотела услышать это вслух. Чтобы получить законное право разозлиться.

— Более сдержанную в… — он сделал паузу, будто подбирал слово повежливее, но так и не нашел, — в аппетитах. Я предпочитаю женщин, способных держать себя в руках.