Пышка для (сводного) брата

Глава 1.

— Мам! — размахиваю руками в протесте. — Я не хочу ехать с ним! — указываю пальцем на Максима.

Мама тяжело вздыхает и переводит взгляд с меня на моего сводного брата-козла.

Я бы душу дьяволу продала, чтобы его не видеть. Честное пушистое! Он меня достал!

При родителях весь такой белый и пушистый, аки солнышко. А на деле — чудовище, которое только внешне превратилось в мужчину.

Он задирал меня в школе не только словами, но и руки распускал.

«Морозова, классная жопа» — удар по моей пятой точке.

«Эй, Морозова, давай потрогать сиськи».

Я, когда школу закончила, в церковь сходила, свечки ставила, чтобы больше никогда его не встречать. И что же? Я с ним в одном доме живу, чёрт возьми!

Его отец мою мать окучивал, когда ещё мой родной отец жил с нами.

По итогу бизнесмен Игорь Максимов добился своего — моя мать вышла за него. Я бы злилась на него, если бы не знала, как мама была несчастна с папой. Игорь действительно хороший мужчина. Только не пойму, в кого пошёл его сын.

Максим делает страдальческое лицо ангела и поворачивается ко мне.

— Викуся, угомонись. Мы теперь семья.

— Нет! — вспыхиваю.

— Да! — рычит. — Нравится тебе или нет, ты теперь моя сестра.

Мама вздыхает и разводит руками, мол, не выпендривайся. Я поднимаю руки в знак капитуляции.

Прекрасно знаю, что стоит мне остаться наедине с этим монстром — он обязательно начнёт тянуть ко мне свои ручонки. То коснётся невзначай, то взгляд задержит на моих округлостях.

Он парень спортивный ещё со школы, а сейчас вообще превратился в гору мышц. И я прекрасно вижу, какие модельки около него крутятся. А я обычный кондитер, который уплетает булки и пироженки днями и ночами. Худеть я никогда не хотела. Точнее, хотела до выпускного.

Долго я боролась со своими комплексами из-за Максима. Благодаря ему я добрых одиннадцать лет была объектом для насмешек в школе. Только поступив в институт, я обрела веру в себя.

Да, я пышка. Но мужчинам я нравилась. У меня даже парень есть, мы скоро поженимся. Эта новость очень обрадовала всех, кроме Максима. Он убедил мою мать, что я должна жить с ними до свадьбы. Серёжа был в бешенстве, но и он не мог её переубедить.

Мы вместе с института. Он тоже кондитер. Благодаря дяде Игорю я открыла собственную кондитерскую — лучшую в городе.

Но добираться до неё чертовски неудобно из этого шикарного особняка, в котором я вынуждена жить.

И Максим, естественно, вызвался меня подвозить и забирать. Меня это дико раздражало. Я не могла проводить время с Серёжей вне работы.

Братец всегда приезжал за час до закрытия — после того случая, когда я смылась, не дождавшись его. Очень хотелось побыть наедине со своим мужчиной вне работы.

— Мам, может, я лучше с подругой поживу? — делаю последнюю попытку избежать совместного проживания с этим… существом.

Мама качает головой, и я вижу в её глазах ту же беспомощность, что и в себе. Она любит меня, но не может защитить от этого монстра, который теперь стал её сыном.

— Вика, это временно. Мы все должны научиться ладить, — её голос звучит так мягко, что хочется закричать.

Максим подходит ближе, и я инстинктивно отступаю. Его глаза скользят по моему телу, и я чувствую, как по коже пробегают мурашки отвращения.

— Викуля, не будь такой букой. Мы же одна семья. Может, я даже помогу тебе с работой в твоей кондитерской.

— Не нужна мне твоя помощь! — выплёвываю я. — И не называй меня так!

Он ухмыляется, и эта ухмылка заставляет меня сжать кулаки.

— Как скажешь, сестрёнка. Но от судьбы не уйдёшь.

Мама пытается разрядить обстановку, но я уже всё решила. Если придётся, я буду спать в машине. Только не с ним под одной крышей.

Выхожу из дома, громко хлопнув дверью. Пусть только попробует подойти ко мне.

Я больше не та запуганная девчонка из школы. И пусть он только попробует снова распустить руки.

Холодный воздух обдает разгоряченное лицо. Я прислоняюсь к стене дома, пытаясь унять дрожь. Ненавижу его. Ненавижу каждую клеточку его самодовольной физиономии.

Телефон вибрирует в кармане. Серёжа. Он всегда чувствует, когда мне плохо. Дрожащими пальцами разблокирую экран.

«Ты в порядке? Где ты?»

Набираю ответ, стараясь, чтобы буквы не прыгали по экрану:
«Ушла из дома. Не могу больше там находиться. Этот урод…»

Сообщение обрывается. Не могу писать — ком в горле мешает.

«Приезжай за мной. Пожалуйста».

Через десять минут слышу звук подъезжающей машины. Серёжа выходит, обнимает меня, прижимая к себе.

— Я говорил твоей маме, что это плохая идея, — шепчет он, целуя меня в макушку. — Но она не слушает.

— Знаю. Она думает, что я должна дать ему шанс.

— А ты?

— Я не могу. После всего, что было… — голос срывается.

Серёжа крепче обнимает меня.

— Поехали ко мне. Устроим ночёвку. Закажем пиццу, посмотрим фильм.

Киваю, не в силах говорить. В его присутствии страх и злость отступают. Он — мой якорь в этом хаосе.

Садимся в машину. Я откидываюсь на сиденье, закрывая глаза. И тут дверь автомобиля резко распахивается.

Разъярённый Максим навис словно дракон — лицо красное, перекошенное от гнева.

Серёжа начал возмущаться, выходя из машины. Я моргнуть не успела, как братец вытащил меня из автомобиля.

— Она остаётся. А ты, — тыкает пальцем в разъярённого Серёжу, — уезжаешь.

— Ты заигрался, Максимов, — рычит мой жених. — Она моя невеста.

— Забудь, — смешок. — Я в лепёшку расшибусь, но свадьбы не будет. Моя булочка тебе не достанется.

Серёжа делает шаг вперёд, сжимая кулаки. В его глазах читается решимость.

— Не тебе решать, кому она достанется.

Максим лишь усмехается, будто слышит самую смешную шутку в своей жизни.

— Поверь, решать буду именно я. И поверь, у меня достаточно рычагов давления.

Я пытаюсь вырваться из его хватки, но его пальцы только сильнее впиваются в моё предплечье.