Пышка открывает Пекарню. Закатаю в тесто, Дракон!

Глава 10. Нежданная встреча

Мой вопрос прозвучал чересчур пискляво — в отличие от зычного голоса заросшего, морщинистого старика, который едва не свалился мне на голову.

— Пошто орёшь?! Я не глухой! — рявкнул он.

— Ой ли? — я машинально отползла на своей пятой точке ещё дальше. — А чего ж тогда дверь не открыли, когда я барабанила что есть сил?!

Под моим укоризненным взглядом старик чуть стушевался.

— Да я это… сон у меня крепкий… Пушкой не разбудишь, — буркнул он, словно оправдываясь, и принялся разглядывать меня из-под густых, нависших бровей. — Меня это… Ёшкой кличут.

Заслышав, как смягчился его тон, я поднялась на ноги и миролюбиво опустила кочергу.

— Я Эмилия, — выдавила робкую улыбку. — Можно просто Милли.

Теперь, глядя на него не с ракурса пола, Ёшка уже не казался таким грозным. Передо мной стоял плотный коренастый мужичок с рыжеватыми патлами и бородой до ключиц, ростом с меня, в потёртых штанах и распахнутом тулупе.

— Ты? — коротко кивнув в сторону печи, осведомился он.

— Д-да… — я предупреждающе выставила перед собой руки, одна из которых всё ещё сжимала кочергу. — Я всё потушу, не волнуйтесь. Мне бы только переночевать…

— Молодец, девка! — неожиданно расплылся в улыбке Ёшка и потёр мозолистые руки. — Деятельная! А то бывают такие — с ними каши не сваришь.

— Я не думала, что дом жилой, простите, — немного растерявшись от его реакции, я переступила с ноги на ногу.

— Твоя правда, дом ничейный, — махнул рукой Ёшка и увлечённо почесал бороду. — А я так… приглядываю.

— Плохо, значит, приглядываете, — поджала я губы. — Протапливать надо, чтобы дерево не отсырело. Сами-то как не околели в таком холоде спать?

Слова старика доверия не вызывали. Неухоженный, немытый Ёшка скорее походил на бродягу, который укрылся от холода и темноты в первом попавшемся доме, нежели на настоящего смотрителя.

— Дык у меня подшёрсток знатный, — хмыкнул он. — Привычен ужо.

— М-м-м-м… — неразборчиво промычала я.

Что именно имел в виду старик, уточнять не решилась. Но немного расслабилась. Раз Ёшка тут не хозяин, значит, у нас с ним равные права. А значит, я могу оставаться под крышей этого дома сколько захочу.

Потянувшись, Ёшка смачно зевнул и протопал к буфету.

— Чаёвничать сейчас будем, коль уж зашла, — погремев посудой, он выудил ковшик и пару чашек. — Метнись за водицей, а я пока заварку наведу.

Я в растерянности замерла.

— Так… а идти куда? До колодца?

— Экая ты медлительная, — Ёшка уже вовсю копошился у буфета, перебирая льняные мешочки с травами. — Жизнь шустрых любит! Налево от крыльца, да за угол. Там колодец и найдёшь.

Хмыкнув, я направилась в указанную сторону.

Очертания колодца в полутьме я заметила сразу. Лязгнув цепью, выудила из тёмных глубин полное ведро воды и, пошатываясь, потащила его обратно.

Добротный дом на городской окраине, окружённый зарослями топинамбура. Ни любопытных глаз, ни лишних вопросов. Еда и вода под боком. Местечко, скажем прямо, перспективное… если не считать въедливого старика.

Пока Ёшка колдовал у печи, споласкивая чашки и разливая по ним кипяток, я устроилась на скамейке и с опаской развязала тесёмки выбранного им мешочка. В воздухе тут же поплыли ароматы чабреца, мяты и мелиссы — голова приятно закружилась.

Ароматный сбор оказался как нельзя кстати. Воздух в горнице прогрелся, стал суше, и горло нещадно саднило. Жажда начала брать верх.

Уткнувшись носом в чашку, я делала мелкие глотки, безмолвно благодаря высшие силы за первые минуты покоя в своей новой, странной жизни.

— Скажите, а вы хозяев дома знали? — выжидающе покосилась я на притихшего Ёшку.

Вопрос прозвучал будто бы случайно, но у меня были на него причины. Заросли топинамбура за окном не давали покоя.

— Знавал, знавал, — нехотя откликнулся Ёшка. — Давно уж отошли в мир иной. С тех пор я за домом и приглядываю. Чтобы, значит, не подпалили ненароком или чего не разворовали.

В рассеянном свете свечи его тёмные глаза предупреждающе сверкнули.

— Так вы тут работали? — растерянно уточнила я.

— Вроде того, — хмыкнул в усы Ёшка и вновь приложился к чашке. — Ты пей-пей, а то остынет отвар — хуже горькой полыни станет.

Неловкую паузу заполнило потрескивание поленьев. Казалось, тема бывших хозяев дома была старику не по душе. Я решила не настаивать.

— Ой! — спохватилась я и потянулась к накидке. — Хотите печенье? У меня немного осталось…

Хмурое лицо Ёшки заметно подобрело. Кустистые, обычно сдвинутые брови удивлённо поползли вверх и встали домиком, отчего морщины на лбу стали ещё глубже.

— Коль предлагаешь — не откажусь.

Печенье было не только отсыревшим, но и изрядно покрошилось, когда я катилась кубарем со склона. Высыпав эту жалкую кучу из кармана, я даже почувствовала стыд.

Но Ёшку это ничуть не смутило.

— Всё же сечёфь ты, дефка, — уже с наслаждением чавкая, проговорил он. — Я — тебе, ты — мне. Фундамент благополучной жизни, это.

Нет, он точно меня оценивал. Но вот с какими намерениями?

— Сама-то ты откуда? И как тут оказалась?

Вопрос был вполне закономерным, но всё равно застал меня врасплох.

— Обстоятельства… — откровенничать мне не хотелось.

Вообще-то я планировала не попадаться никому на глаза до своего восемнадцатилетия. Осталось всего-то пара дней.

А до того момента был риск: меня могли схватить и выдать тому извращенцу, что купил себе сироту-толстушку.

Хитро прищурив один глаз, Ёшка многозначительно хмыкнул и отхлебнул отвара.

— Обстоятельства… — задумчиво повторил он, не сводя с меня внимательного взгляда. Дёрнул мясистыми ноздрями, будто пытался что-то уловить. — Знаю я вас, пришлых душ…

Я вздрогнула и икнула. Кусок картонного печенья застрял в горле.

***

Авторы будут признательны, если вы подпишетесь на их странички, чтобы быть в курсе новинок, скидок и прочих новостей! А также удем рады звездам, библам и комментам!
История начинает закручиваться. Впереди много вкусного быта и много странных знакомств))