Пышка открывает Пекарню. Закатаю в тесто, Дракон!

Глава 22. Первый блин — комом

Я быстро распродала остатки топинамбурных чипсов и, подхватив пустую корзинку, помчалась к бургомистру — а точнее, к его секретарю, Ванессе. Находу впопыхах поправляла платье, выбившиеся из косы пряди волос и судорожно думала, состоится ли сделка вообще.

Однако, стоило переступить порог кабинета, как сердце ухнуло вниз, окончательно развеяв все иллюзии. Сидящий в кресле мужчина, мой предполагаемый поручитель, оказался далеко не таким, каким я себе его представляла.

Скорее, он был противоположностью даже самым робким ожиданиям.

— Мисс Вайс! Перед вами господин Маркус Коваль, — представила его Ванесса и натянуто улыбнулась.

— Доброго дня, — произнесла я суховато и осторожно присела на стул напротив этого самого Маркуса.

Он вальяжно откинулся на спинку кресла, с довольным видом разглаживая свои... шесть подбородков. А может и семь… От жирообразных складок под его мясистой нижней губой у меня зарябило в глазах.

И как после этого Милли вообще могли жирной называть? Да она милая пампушка и совершенно воздушная девочка! Которую генерал одной левой… кхм, ну не будем о грустном.

Господин Коваль выглядел не просто неприятным, а откровенно отталкивающим: морщинистое лицо покрывали язвы и пигментные пятна, а от дыхания исходил удушливый запах прогнивших зубов и квинтэссенции съеденного на завтрак.

Одежда на нём выглядела так, будто её пытались натянуть на чучело — серый бархатный кафтан зиял дырами в нескольких местах, а на плечах и рукавах буквально расходился по швам. Возможно, его носили настолько давно, что господин Коваль успел располнеть на пару десятков килограмм.

Кружевной воротник, некогда белый, желтел пятнами пота и жира.

Я с трудом сдерживала приступ дурноты. За что мог поручиться Маркус, так это за мою скорую смерть от удушья, находись я рядом с ним дольше нескольких минут.

— Господин Коваль согласен стать вашим поручителем, но у него есть условия, — проговорила Ванесса и её глаз нервно дёрнулся. Мой, кажется, тоже.

— Я должен быть записан, как хозяин вашего жилища, — заявил Маркус и расплылся в отвратительной усмешке, обнажив желтоватые зубы.

Я недоумённо подняла бровь:

— Разве это возможно, учитывая то, что домом должна владеть я?

— У вас останутся некоторые права на дом, — пояснила Ванесса, поджав губы. — По закону жилище не обязательно нужно покупать и быть официальным владельцем, достаточно прописки. Чей дом — не особо важно. Важно, что вы официально зарегистрированы.

Что-то бургомистр об этом не упоминал. Он чётко говорил, что я должна владеть недвижимостью. Наверное, это какая-то дыра в законе, которую и нашёл Маркус. Только вот для чего?

Я нахмурилась.

Картина вырисовывалась сомнительная. Если дом будет принадлежать Маркусу, меня смогут попросить оттуда в любую минуту. Даже после того, как я погашу всю сумму займа.

— Однако расплачиваться за дом должна я?

— Безусловно, милочка! — крякнул господин Коваль. — Я же поручитель, в самом деле!

Интересно девки пляшут. Это считай, иномирную ипотеку должна погашать я, а владеть имуществом будет кто-то другой? Да идите вы в пень…

Я осторожно перевела взгляд на Ванессу. Та едва заметно сморщила носик и чуть покачала головой. Ясно. Она явно не рекомендовала связываться с этим человеком. Впрочем, я и сама чувствовала то же самое.

— Спасибо огромное за ваше щедрое предложение, господин Коваль! — сказала я, выдавливая из себя вежливую улыбку. — Но решение довольно серьёзное. Мне нужно подумать.

Я поднялась со стула, поблагодарила Ванессу кивком и направилась к выходу.

— Моё предложение единственное и весьма щедрое, мисс Вайс! Соглашайтесь! Возможно завтра я могу передумать! — прокаркал вслед Маркус.

Я прибавила шаг. Вот уж нет. Лучше пусть он передумает. Точно не стану приводить к Ёшке таких сомнительных личностей и не подвергну себя риску остаться без крова.

Я вышла на улицу и уже направилась прочь от здания магистрата, когда услышала за спиной окрик Маркуса. Несмотря на его грузное телосложение, прыти ему не занимать.

— Да куда ты бежишь! Остановись, говорю!

Пришлось нехотя притормозить. Весь красный то ли от злости, то ли от быстрого шага, Маркус крепко сжимал в руке какие-то бумаги. Наверное, договор, который он уже подготовил, думая, что я сразу же соглашусь.

Не на ту напал. Я лучше соглашусь на Агнесс, честное слово.

— Я же сказала, что мне нужно… — вдохнув полной грудью, начала я, но была бесцеремонно перебита.

— Ты что из себя строишь, клятая девка?! Подумать решила?! — голос Маркуса стал хриплым и визгливым. — Ты должна на колени падать и башмаки мои вылизывать за то, что я оказал тебе такую честь!

Я попятилась назад, лихорадочно оглядываясь по сторонам. Вокруг, к несчастью, никого не оказалось. Улочка была пустой. Вот черт.

Маркус резко сорвал с себя ремень, и в его взгляде засветилась какая-то нездоровая ярость.

— Вы что делаете, господин Маркус?! — завопила я погромче и повизгливее, чтобы хоть кто-нибудь услышал.

— Мало тебя родители в детстве драли… Ах, у тебя же их не было, — злорадно протянул он, подступая ближе и наматывая ремень на руку. — Ну, ничего. Я займусь твоим воспитанием!

Сердце бешено колотилось, в висках застучала кровь. Вот так влипла! Но не стоять же на месте и ждать, когда этот мерзавец накинется на меня с ремнем!

— Хрен тебе! — взвизгнула я, развернулась и рванула прочь, как ошпаренная.

Я неслась, не разбирая дороги, поддерживая одной рукой подол, чтобы не запнуться о ткань. Завернула за угол… и врезалась лбом в кольчугу.

Ооо, мой многострадальный лоб!

Передо мной возвышались двое стражников. В доспехах, с копьями наперевес и крайне недовольными рожами. Один задумчиво почесал шлем, второй злобно крякнул. Да что за день такой!

Я дернулась было в сторону — и тут из-за угла, как бешеная свинья, вылетел Маркус.

— Стой, девка! — размахивая ремнём, вопил он. — Ты пожалеешь! Я тебе… А ну иди сюда, гадина!