Пышка открывает Пекарню. Закатаю в тесто, Дракон!

Глава 23. Бизнес-идея

Замерев, господин Коваль принялся судорожно мять ремень. Поросячьи глазки нервно забегали от меня к стражам и обратно. Было видно, что он застигнут врасплох.

Я же, не раздумывая, жалобно завопила на всю улицу:

— Этот господин злоупотребляет своим положением! — отгородившись корзинкой, я ткнула подбородком (одним, прошу заметить!) в резко притихшего Маркуса. — И преследует меня от самого магистрата! Госпожа Ванесса Рюк может это подтвердить!

Упоминание имени секретаря бургомистра подействовало на стражей почти волшебным образом — и чаша весов правосудия тут же качнулась в мою сторону.

— Попрошу проследовать с нами, — зычно гаркнул тот из стражей, кому посчастливилось не огрести от Маркуса.

Второй же оказался менее деликатен. Он просто вырвал ремень из рук растерявшегося Коваля и с размаху приложил по его жирному заду.

— Пшёл!

Маркус взвизгнул и подпрыгнул с такой прытью, что я даже удивилась — откуда у него при таком телосложении такая скорость?

— Вы ещё пожалеете! У меня связи…

Гневная тирада господина Коваля превратилась в белый шум, едва на другом конце улицы мелькнула высокая мужская фигура в чёрном — подозрительно напоминавшая Дрейгара Зейна.

Дослушивать Маркуса я не стала — рванула прочь. От греха подальше, как говорится. Сталкиваться лишний раз с генералом Зейном ой как не хотелось!

Поплутав по улицам, я уже сворачивала к родному домику на окраине, когда за спиной раздался топот. Я даже не успела испугаться — это оказался мальчишка-посыльный, окликнувший меня по имени.

Переведя дух, который после всего пережитого держался во мне на честном слове, я распечатала доставленное письмо.

«Уважаемая мисс Вайс! Господин Маркус Коваль выдворен из города за непотребное поведение, и в статусе поручителя ему отказано. С уважением, Ванесса Рюк».

Зависнув посреди улицы, я перечитала послание. Это сколько прошло с момента нашей с Маркусом стычки? Час? Ну не чихуа-хуа себе скорость! Оставалось только воздать должное тому, кто сработал так оперативно.

То, что я лишилась вероятного поручителя, меня совершенно не тревожило. Себе дороже было бы связываться с таким самодуром.

***

С боевым настроем я сбежала с крыльца, неся перед собой корзину, доверху наполненную топинамбурными чипсами. Первый блин вышел комом, но всё же дело с поручителем сдвинулось с мёртвой точки. А значит — не всё так плохо. Но и о бизнесе забывать не стоило! Время включать фантазию и расширять ассортимент.

Пока что в моём распоряжении были всё те же клубни топинамбура. Пф-ф-ф, тоже мне — напугали… У меня уже зрела идея, от которой у местных глаза полезут на лоб. Вот только кое-чего для её осуществления мне всё же не хватало.

Поплутав по улочкам, я наконец вышла к массивной кованой вывеске, на которой были изображены молот и наковальня.

Воздух в кузнице был насыщен запахами металла, угля и смолы, создавая неповторимую атмосферу древнего ремесла.

В центре зала возвышался мощный горн, бока которого были выложены огнеупорным кирпичом. Рядом высилась огромная наковальня, хранившая следы тысяч ударов. По стенам поблёскивали лезвиями разномастные инструменты: увесистые топоры и изящные кинжалы, тонкие алебарды и длинные мечи.

Без сомнения, кузнец был мастером своего дела. Мне оставалось только узнать, возьмётся ли он воплотить мою идею в жизнь.

— Что изволите, мисс? — раздался сбоку глубокий бас.

В полумраке мелькнула внушительная фигура, словно вытесанная из камня, и заполнила собой всё пространство. Лицо кузнеца казалось суровым, почти зловещим.

Глубоко посаженные глаза сверкали холодным огнём, а тяжёлый подбородок покрывала многодневная щетина. Волосы — когда-то чёрные, как смоль, а теперь тронутые сединой — были собраны в неопрятный хвост.

Отмерев, я поздоровалась и деловито зашуршала листом пергамента, на котором накануне вечером набросала эскиз.

— Вот, посмотрите. Мне нужно нечто подобное. Металлические формочки, примерно такого размера... — я обозначила размеры пальцами в воздухе.

Пожевав губу, кузнец заглянул в лист. Поиграл широкими бровями. Затем — могучими, покрытыми шрамами бицепсами. И заржал так, что в кузнице дрогнули стены... и я вместе с ними.

— Слышь, Симка! — громыхнул он басом. — Тебе тут работёнка подвалила!

В кузницу опасливо заглянула девчонка лет двенадцати. Невысокая, нескладная и худющая, как оглобля.

— Сделай вот даме… — кузнец кивнул на кусок пергамента и вновь расхохотался. — Формочки! Авось с дюжину медяков получишь.

У девчонки загорелись глаза. Я же в полной растерянности наблюдала за происходящим. Это они со всеми заказчиками так разговаривают? Или только с женщинами?

Смачно сплюнув на пол, кузнец развернулся и демонстративно направился к наковальне, по пути поигрывая молотом.

Тяжело вздохнув, я без особой надежды передала пергамент Симе и подробно повторила все нюансы. Деловито покивав, девчонка взмахнула куцыми косичками:

— К вечеру будет готово, приходите!

Сдержанно кивнув, я покинула кузницу. Один пресвятой Матроскин ведал, что из этой затеи выйдет...

***

Ближе к вечеру, когда чипсы были распроданы, а снедь для ужина закуплена, я вернулась в кузницу. Признаться, особо ни на что не рассчитывала. Всё же двенадцатилетняя девчонка — это вам не опытный, состоявшийся мастер.

— Ой, госпожа! — задрав голову из ящика с металлическим хламом, Симка с готовностью вскочила. — Минутку обождите!

И скрылась за дверью в глубине кузни. Понуро кивнув в пустоту, я послушно застыла. Как оказалось — ненадолго.

— Мисс Вайс, — раздался за спиной насмешливый, хрипловатый голос, от которого у меня волосы встали дыбом. — Как продвигаются поиски поручителя?

Сглотнув, я сдержанно обернулась, мазнув по чёрной глыбе генерала Зейна взглядом, в котором неприязнь конкурировала с плохо скрытым страхом. Надеюсь, он меня не преследует?