"Омут"

В поисках духовных скрепов

Едва заметная тропинка, ведущая по заросшей просеке векового бора, последний раз вильнула, вырвалась на небольшую полянку правильной круглой формы, и исчезла, растворилась в чистом желтом песке крохотного пляжа.

Двое мужчин вышли из сумрачной чащи, прищурились от яркого полуденного солнца и не спеша направились к небольшой рыбацкой избушке, стоящей у самой кромки воды лесного озера.

- Ну вот и добрались… - через выдох, с облегчением случившегося ожидания, проговорил старший, - Вот он - «Омут».

- И чоо… сараюга… а я то дууумал… - голосом хазановского попугая прогундосил младший, снимая с плеча гитару, - Ты мне про дворец сказывал…. Обманул выходит. Стоило было переться…!

- Копыта вытри…. И хвост подбери….

- Мой хвост – чо хочу с им, то и делаю….

- У босяк… валенок… здесь же обчество… свет, так сказать….

- Это в этом-то сарае? Да паашел ты….

- Ну смотри. Было б говорено.

Ленивая перепалка в полголоса двух мужчин напоминала разговор отца с непослушным строптивым сыном.

- И про девок сказывал – а где они?

- Когда последний раз здесь был - водились. В процедурном русалочки молоденькие были, кикиморочка в массажном тоже ничего… я тогда за ней решил приударить. На кухне лешачиха снова ж, такая вся молочная, мммм… а мухоморы готовит… - крышу сносит! И приезжих дамочек было, - он сбросил с плеча увесистый армейский «сидор», и закинув руки за голову, с хрустом потянулся. То ли от нахлынувших воспоминаний, то ли от удачного завершения пути улыбка непроизвольно пробежала по его лицу.

- Да то када быыло? Сто лет назад. Так скока воды утекло…. Сараюга твоя, вон уж почти сгнила вся.

- Вокурат сто лет. Воды утекло, даааа, а «Омут» - вот он, стоит целехонькой…. Ну шо, Хринь, заходь… - и слегка подтолкнул попутчика в спину.

Проскрипела страдальчески дверь, блямкнул надтреснуто колокольчик и… двое мужчин оказались в огромном холле из белого и розового мрамора, с открытой стеклянной крышей. Он был наполнен светом, прохладой, тонким ароматом цветов, тихим журчанием фонтана, стоящего в центре темной малахитовой чашей. Непонятно откуда зазвучавший сахарный голос Сирены прошелестел в головах вошедших:

- Добро пожаловать в грязелечебницу для творческой нечисти «Тихий Омут». Прошу зарегистрироваться и предъявить….

- Это чо это…? Это хто это..,? Это как это…? – удивленно озирался по сторонам Гриня, даже не замечая статной строгой женщины за стойкой в центре фойе.

Вместо ответа его попутчик хмыкнул и подтолкнул Гриню под локоть.

- Ух тыыыы… мляааа…! – не смог удержаться Гриня, увидев прекрасное перевоплощение.

Перед ним стояла огненно-рыжая красавица в небесно-голубом костюме стюардессы Аэрофлота, золотые пуговки которого готовы были расстегнуться от распираемого бюста. Эти два прекрасных «футбола» нежно-розового цвета кожи с тонюсенькими прожилками венок были никак не меньше пятого размера и возвышались из костюма параллельно стойке. От такой красоты представительского класса перехватывало дыхание, кружилась голова, и пересыхало в горле.

- Мляааа… хочу полапать…! – буркнул Гриня, вытянул руки вперед и в позе вратаря, ринулся ловить эти два изумительных мяча.

Но он застыл в сантиметре от аппетитных персий и почувствовал, как неведомая сила тянет его вверх за рога и хвост, отрывая от пола. Гриша, с выпученными глазами, испуганно и беспомощно повис в воздухе.

- А по рогам…? – улыбнулась рыжеволосая принцесса белоснежной улыбкой тридцати двух зубов.

Пожилой мужчина едва заметно ухмыльнулся, и лукавый прищур снова собрал возле глаз паутинку смешливых морщинок-лучиков.

- Хм… кхм… Аделаида Вельзевуловна, - прокашлялся он, – Вы уж простите его, молодой эшо, рога не обломанные….

- Ааааа, - как будто только его заметив, сладко расплылась в улыбке Аделаида, - Господин эээ… Забубенский…!

- Кхм… Забагрянский….

- Ой простииите… - пропела еще медовей Аделаида, – Как могла забыть… прошлый Ваш приезд… сожженная деревня…

- Сгоревшая, - поправил ее мужчина, косвенно отрицая причастность.

Аделаида удивленно вздернула брови:

- Да погубленный урожай…. Ладно еще из людей никто не пострадал.

- Чего уж вспоминать… - потупил он виновато глаза, – Было, да быльем поросло. За то и был наказан. На сто лет. Остракизмом, так сказать….

- Вот времечко-то летит… сто лет, как один день… - делано вздохнула она, – Давно срок-то изгнания истек?

- Вчерась… кажысь….

Аделаида нависла своим бюстом над лэптопом, пощелкала клавишами:

- А у меня тут третьего дня отмечено. Где денек-то потеряли?

- Может я под амнистию попал, - хохотнул тот в ответ, вспоминая, что Гриню он еще вчера смог «разглядеть» в толпе.

- Тут вот за вами еще небольшая гора битой посуды числится… - подняла она глаза от монитора, - Ну да с Администрацией сами разберетесь. Бывали случаи, что списывали….